Гражданство для попаданки - Екатерина Зыкова

и глядя в глаза, оставил на ладони горячее прикосновение мягких губ. После чего выпрямился и ступил в портал, открывшийся рядом с ним.

– Генри, что за подарки ты принимаешь от высшего демона знатного рода? – от былой агрессии блондина осталось только недовольство.

– Что, прости? Каин, мы знакомы первый день, а ты уже проявляешь…ревность? – я скрестила руки на груди и прищурилась. Дракон смотрел на меня напряженным взглядом, будто размышляя над чем-то известным только ему. На его лице происходила битва между эмоциями. И судя по преобразовавшейся из негодования улыбки, он к чему-то пришел.

– Я не хотел показаться грубым, прости. Просто почувствовал странный всплеск магии, а когда приблизился к вам – ты чуть ли не пополам согнулась, обхватив себя руками. Я искренне заволновался, так как сегодня утром ты мне… показалась интересной. И я бы очень не хотел, чтобы тебе причинили вред, – взгляд парня был открытым и искренним. – Так о каком подарке идет речь?

Я дотронулась рукой до кулона.

– Разрешишь посмотреть? – спросил дракон, с надеждой глядя на меня. После очередного закатывания глаз я кивнула.

Надо отдать Грейнкаину должное – парень покрутил кулон в руке, в опасной близости от моей груди, но так и не затронул меня. Мысленный плюс в копилку его достоинств.

Разочарованно вздохнув, дракон отодвинулся от меня на безопасное расстояние.

– Обычный артефакт, настроенный на связь с демоном. Без твоего призыва он даже не сработает. Но что за подозрительный всплеск произошел? Из-за чего?

Пожалуй, пришло время поделиться с драконом своей легендой.

***

В мрачном кабинете родового поместья одной из семей высшей аристократии Аделарда, в кожаных креслах сидели двое мужчин. Один из них был крайне обеспокоен произошедшими недавно событиями. Устало потерев переносицу, мужчина произнес спокойным, но твердым голосом:

– Ты должен следить за ней. Нельзя ни в коем случае допустить, чтобы они пронюхали. Иначе это значительно все усложнит.

– Я сделаю все, что в моих силах.

– И еще... Будь добр, проследи, чтоб ее не испортили. Не хотелось бы побочных эффектов, – мужчина брезгливо поморщился.

– Я буду рядом с ней все время. Обещаю.

– Можешь возвращаться в академию.

***

Закончив душевный разговор с драконом, мы разошлись по «домам», заранее условившись об утренней встрече перед завтраком и обменявшись номерами комнат. Жаль, что в новом мире отсутствует такой привычный технический прогресс... Мне будет не хватать моего любимого "китайца".

Вернулась в комнату я ближе к полуночи. Стараясь не разбудить соседок, тихонько прокралась в купальную комнату. Набрав и подогрев воду, я решила немного побалдеть. Закрыв глаза, позволила телу немного расслабиться, осторожно прислушиваясь к внутренним ощущениям.

Беседа с драконом оказалась приятной. На удивление, Каин не особо интересовался подробностями жизни на Харсуне. Похоже, единственное, что его заинтриговало – это выдуманная мною история любви матери-некроманта со слабым магом-иномирянином. Прерванная перед экзаменом беседа была продолжена и описана яркими красками. Аж стыдно немного стало, что я такая искусная лгунья.

Реакция дракона на мои переживания по поводу пробудившейся светлой магии не оправдала моих ожиданий: он по-хозяйски потрепал меня по волосам и заверил, что я научусь ее призывать и контролировать.

На самом деле ситуация складывается не очень. Из того, что я узнала из фолиантов – наличие одновременно темной и светлой магии – усложняет жизнь в разы. Магии конфликтуют между собой, а учитывая тот факт, что черная требует постоянной концентрации... В общем, учится надо будет охотнее и старательнее.

Предположим, что чутье профессора Гайринена на счет драконьей крови не подвело. Если во мне больше от некромантов – то я смогу контролировать обе магии, как и любой человек. Чисто теоретически. Если же больше от драконов – то я попросту не выживу. Я хорошо запомнила историю прибытия драконов и поглощениями ими магических потоков. Не зря они поделились темной магией с людьми…

Но есть еще один благоприятный для меня исход – прожив в не магическом мире почти пятнадцать лет, мой организм мог в корне изменится и мне ничего не грозит. Пожалуй, это единственно подходящий для меня исход, основывающийся на позитиве. Если бы не оптимистический настрой и упорство, то мое детдомовское детство могло закончиться не в колледже, а где-нибудь в другом месте, куда похуже. Останусь верной себе. Чтобы со мной не произошло ­– я справлюсь.

Как реагировать на свое неизвестное происхождение и странности магии – разобралась. Но как быть с драконами, подобными профессору Гайринену? Исходя из его признания, получается какая-то бессмыслица! Что еще за инстинкт проснулся, что его так трудно сдержать? Не помню я, чтобы в книгах писали о подобной реакции на самку. Тот же Каин, да и треть зала ожидающих экзамен драконов, – никаких проявлений озабоченности. И о каком втором варианте заикнулся профессор? Я только первый день в академии, а уже столько вопросов.

За размышлениями время пролетело, вода остыла, а я уснула, оказавшись очередной раз в мужских объятиях…

Мои рыжие волосы разметаны по шелковым простыням алого цвета. Грудь возбужденно вздымается, дыхание учащено. По телу блуждают мужские руки в голодных прикосновениях.

Проникновенный, приятный до дрожи голос шепчет мне на ухо такие вещи, от которых на лице проступил румянец. Я хочу рассмотреть обладателя голоса, но на глазах повязка для остроты впечатлений.

– Мира… Ты только моя…

Этот голос. Сквозь сладость поцелуев я пытаюсь вспомнить, где я могла его слышать в жизни. Думай, Мира, думай. Стоп. Рейган?!

Возвращение в реальность стало эпическим: подпрыгнув в ванне от неожиданности, я поскользнулась и шлепнулась пятой точкой о дно, расплескав вокруг воду. Выругавшись себе под нос, я наскоро смыла с себя остатки мыльной воды и закуталась в полотенце. Насупив брови, я обратилась к своей темной магии, призывая ее. Почувствовав свой дар, я произнесла несколько элементарных заклинаний: одно для уборки того безобразия, что я натворила, другое – для сушки волос. Одевшись в длинную со стоячим воротником сорочку, я прокралась на цыпочках к кровати и юркнула под покрывало.

Утром следующего дня я проснулась не только злая, но и, судя по ощущениям, потрепанная жизнью. Причиной моего пробуждения стал знакомый мужской голос:

– Генри? Почему ты еще в постели? Мы же договаривались пойти на завтрак вместе, я уже с голоду умираю.

Я приподнялась на локти и недовольно посмотрела на приятеля, смерив его таким взглядом, будто он виновен в моем состоянии.

– Каин, почему ты в нашей комнате,