Американский демон (ЛП) - Харрисон Ким

— Да… — нерешительно сказала я, и он заволновался еще больше.

Демон был высоким, скорее жилистым, чем грузным, с тонкой талией и широкими плечами. Он выглядел так, будто ему было за тридцать, с темным, гладким цветом лица. Ну почему бы и нет, когда вы можете быть в любом возрасте, в каком захотите? Мужские ботинки на низком каблуке, черные джинсы, черная хлопчатобумажная рубашка и легкая кожаная куртка. Могу поспорить, что его богато украшенная серебряная пряжка на поясе на самом деле была лей-линейным амулетом. У него на шее был еще один предполагаемый амулет на цепочке из черного золота. Кольца, много колец. Его длинные черные волосы были густыми и волнистыми, как у оборотня, и были убраны с лица серебряной заколкой. Добавьте классический подбородок и сильную челюсть, и он мог бы быть кем угодно на улице, если бы не его красные козлиные глаза… если бы кто-нибудь на улице мог целый день грести на лодке викингов и не уставать.

— Мы уже встречались? — спросила я, не понимая, почему он смутился. Я не знала лично каждого демона, но каждый демон знал меня.

— Я видел тебя, — демон указал на зеркало рядом со мной, как будто это было оскорблением. — Ты в коллективе. Ты принадлежишь к благословенному Богиней коллективу. Ты разговаривала с Дали!

— Стоп! — предупредила я его, когда он сделал шаг ближе, и он резко остановился. — Кто ты такой, и что ты делаешь на моей кухне? — Я пыталась быть милой, но это становилось все труднее.

Его глаза метнулись к моим, а затем, как будто только сейчас поняв, что я настороже, он отступил еще на несколько футов. С облегчением я кивнула, чтобы сказать ему, что это был умный ход.

— Итак, — сказала я, подавляя дрожь, когда когти Биса впились мне в плечо, — кто из четырехсот тринадцати демонов ты, и чего хочешь?

У демона отвисла челюсть, и он удивленно провел рукой по подбородку.

— Четыреста тринадцать? Черт бы побрал мою даму, мы почти вымерли.

Его легкий акцент напомнил мне акцент Тритон, и от него исходил характерный запах жженого янтаря.

— Ну, это были трудные пару лет, — сказала я, глядя на него вторым зрением, ожидая худшего, но его аура была такой же чистой, как и моя, веселая желто-зеленая, с оттенками фиолетового и красного, кружащимися вокруг его головы и рук.

— Все нормально, Рейчел? — прошептал Бис, и я покачала головой и позволила своему второму зрению отключиться.

— Не знаю, — пробормотала я, и демон криво изогнул бровь.

— Ты занимаешься эльфийской магией, — заявил он, жестикулируя, как будто это все объясняло. — Богиня узнает тебя. Они все.

Мои губы сжались, и я позорно покраснела. Где этот парень был последние два года? В дыре в земле?

— Да? И что? — сказала я, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить Айви. Втягивать ее в это было действительно плохой идеей.

Он пристально смотрел на меня в течение одного или двух ударов сердца, как будто пытаясь понять слова, которые только что сорвались с моих губ.

— Я наблюдал за тобой в течение трех недель, пытаясь понять это. Они знают, кто ты, чем занимаешься, — твердо сказал он. — Они оставили тебя в живых. Свободной и, ну, возможно, не на равных, но они позволяют тебе жить. Почему они не убили тебя?

Я взглянула на Биса и приподняла бедро.

— Разве я только что не сказала, что это были трудные пару лет?

— Но ты открыто общаешься с… эльфом, — сказал он. — Ты стремишься обезопасить его в неопределенных ситуациях. Он тебе за это платит.

Хорошо. Я не знала, кто этот парень, но он ничего не делал, только задавал глупые вопросы. Раздраженная, я переложила использованную миску с вином в раковину.

— У тебя с этим какие-то проблемы?

Он наблюдал за мной три недели? — подумала я, когда вино потекло вниз. А потом мои глаза сузились. Демоны могут быть кем угодно. Не только пикси, но, может быть, и вороной. Черт возьми, до поворота и обратно. Три недели?

— У меня? Нет, но у них, — многозначительно сказал он, и затем мой взгляд поднялся на звук крыльев пикси, доносящийся от входа для доставки.

— Привет, Рэйч, — ворвался Дженкс, одетый в халат и босой. — Я слышал, как ты кричала.

Мой взгляд обратился к демону, а мысли вернулись к сыну Дженкса, Джумоку.

— С лодки? — удивленно переспросил я, и он опустил свой садовый меч.

— О, это демон, — сказал Дженкс, зевая. — Бис! Мой парень! Как поживаешь, серая дрянь?

Все еще сидя у меня на плече, Бис обменялся ударом кулака с теперь уже сверкающим Дженксом.

— Неплохо. Жара вернулась. Ты возвращаешься в церковь?

— Нет, пока мы не получим разрешение на проживание, и сначала нам нужна кухня. Ты проверяешь Рейч? — спросил Дженкс, с крыльев капало серебро, когда Бис прыгнул к мешку с солью на прилавке.

— Да, но я ей для этого не нужен, — сказал маленький горгулья, когда его хвост надежно обернулся вокруг большой сумки.

Удовлетворенный, Дженкс засунул меч за пояс своей мантии и остановился рядом с горгульей размером с кошку, как будто собирался посмотреть фильм.

— Что ты сделал, чтобы разозлить ее, Домашний Кусочек?

— Он сказал, что шпионил за ней, — сказал Бис, и Дженкс рассмеялся.

— Плохой жизненный выбор, чувак.

Демон нахмурился, нисколько не удивленный видом пикси и горгульи, сидящих вместе как лучшие друзья.

— Они считают, что если тебя родила ведьма, то ты можешь подчиняться их законам? — спросил он.

Крылья Дженкса захлопали от оскорбления, и я вытерла руки коротким, резким движением.

— Тебе нужно уйти, — сказала я, задаваясь вопросом, сколько неприятностей у меня начнется, если я швырну в него полотенцем. — Сейчас же, прежде чем я окружу тебя и заставлю уйти. — Это было слабое предупреждение, поскольку больше невозможно было вызывать или изгонять демонов, так как первоначальное проклятие изгнания было снято. Однако быть окруженным было бы неловко, и гнев окрасил его щеки, подчеркнув легкую щетину.

— Ты не посмеешь.

Медленными и обдуманными движениями я провела церемониальным ножом по стойке и подняла его в бесполезной угрозе. Он бы только стал туманным, чтобы избежать этого, но это заставило меня чувствовать себя лучше. На мешке с солью Дженкс ткнул Биса локтем, чтобы ребенок не заснул. Три недели…

— И если я даже увижу хоть одно перышко, я разыщу тебя и узнаю, какова ворона на самом деле на вкус. — Это была, пожалуй, самая глупая вещь, которую я когда-либо говорила, но я была зла, черт возьми. Я чертовски усердно работала, чтобы демоны считали меня равной. Мне не нужно было, чтобы он усиливал мою неуверенность в себе.

Дженкс злобно захлопал крыльями и воткнул свой меч в Биса, чтобы разбудить его. Горгулья подпрыгнул, выгнув крылья над головой, чтобы казаться больше, и стал угрожающе черным. Взгляд демона скользнул с них на меня, а затем снова на мое магическое зеркало. Разжав челюсти, он сделал что-то вроде жесткого полупоклона.

— Приношу свои извинения, — официально сказал он. — Я не имел в виду никаких оскорблений.

Но я не могла понять, имел ли он это в виду, и это разозлило меня еще больше.

— Просто… — в растерянности он указал на меня. — Почему они не посадили тебя в бутылку за то, что ты практиковала эльфийскую магию?

— Потому что они устали сражаться в этой вашей проклятой войне, — сказала я, беспорядочно размахивая ножом. — Или, может быть, потому, что я использовала эльфийскую магию, чтобы снять проклятие, удерживающее вас всех в безвременье, — добавила я, опуская нож. — Или, может быть, потому, что мне нужна была эльфийская магия, чтобы украсть силу Богини, чтобы помочь Бису создать новое безвременье, когда лей-линии пали, и магия исчезла. — Я нахмурилась от его очевидного недоверия, когда он уставился на Биса, изо всех сил пытающегося не заснуть. — Но предполагаю, что это было, когда ты сбежал, — закончила я, потому что становилось очевидным, что кто-то запихнул его и забыл о нем, вероятно, за то, что он практиковал эльфийскую магию из-за его всепоглощающей озабоченности этим.