Не отпускай (СИ) - Риз Лаванда

— Тебе ведь только стоит попросить меня Шарлотта.

— Не пользоваться телом Баса? — не скрывая раздражения бросила я, послав ему самый хмурый свой взгляд.

— Нет. … Вернуть твоему телу силу и гибкость, сделать тебя снова полноценной.

— Спасибо, не стоит. Если ты заметил, я за естественные процессы в природе.

— Зря ты воспринимаешь меня в штыки, — разочарованно вздохнул он. — Ты хочешь связать свою жизнь с парнем одарённым сверхъестественными способностями, да ты и сама из рода стражей — всё это далеко за пределами естественного Шарлотта. … И ещё, — нависая надо мной, Артур приподнял меня за подбородок. — Пока я с Басом — ему ничего не угрожает. Он любит тебя, но твоё отрицание того, что так важно для Баса — может стать червоточиной в вашей идиллии.

— Это твоё появление стало огромной червоточиной! Ты подвергаешь эту семью риску, и только ты. Своим эгоистическим желанием возродиться из мира усопших, где тебе и место! Из-за тебя стражи убьют Корвинов, всех до одного! — выпалила я ему в лицо.

— Не обязательно, — Артура даже не задели мои резкие слова, напротив, у него хватило наглости погладить меня по щеке. — Я позабочусь об их безопасности. Стражи бояться, их одолевает отчаянье, это понятно. Но тебе пора выбрать сторону Шарлотта. Окончательно. Либо стражи — либо Корвины. Третьего не дано. Ты не можешь выбрать Баса — не выбрав при этом меня. … Мне стоит как-нибудь взять тебя с собой, чтобы ты имела представление, какими же способностями я обладаю.

— Обойдусь. Ты вынуждаешь меня рассказать Басу о …

— Та любовная утеха была прекрасной. Сейчас это называют трахаться или заниматься любовью. …Расскажи ему! — усмехаясь, пожал он плечами, и моя ненависть к нему расцвела ещё ярче. … Но его слова не давали мне покоя, каким-то внутренним чутьём я чувствовала, что Артур прав. И я могу выбрать только одну из сторон.

Полночь. … Я напряженно жду, когда же откроется дверь и войдёт Бас. Мне так не хватает его, как глотка свежего воздуха или дозы обезболивающего. Его улыбка мягко освещает комнату и мою боль снимает как рукой.

— Я соскучилась.

— Чарли, — единственный плюс от этой бесполезной операции, это то что Бас стал ещё нежнее, ещё трепетней. — Как ты?

— Вот именно сейчас просто отлично, — расплылась я в счастливой улыбке. — Ты моё чудодейственное снадобье.

- Артур мог бы избавить тебя от боли.

— Не будем о нём. … Лучше расскажи мне, как ты жил все эти годы?

— О, боюсь это будет самый короткий рассказ. Эти семь лет не были наполнены чем-то важным. Закаты сменяли рассветы, школа сменяла трактор и наоборот, возня на ферме, короткие вылазки в город, изучение ведьмовского наследия и длительное ожидание. Каждый день, сжимая свой амулет я думал о своей девчонке. Сочные краски вернулись в мой мир с твоим появлением. Я люблю тебя Шарлотта Скорес, и хочу, чтобы ты вышла за меня замуж, — и вконец расчувствовав меня Бас раскрыл кулак, в котором лежало кольцо, маленькое, аккуратное с нежным камешком. — Попробуй только скажи, что тебе нужно подумать!

— Я была готова выйти за тебя уже в десять лет, — выдавила я, превозмогая дурацкий ком в горле. — Я хочу быть с тобой Себастьян. … Только с тобой.

— Это значит «да», или это значит «нет» из-за Артура? — моментально помрачнел Бас.

— … Пойми, мне тяжело. … Через день я буду видеть тело своего мужа, кольцо на его пальце, но это не будешь ты. Через день я буду сталкиваться с холодным, жестоким и расчётливым ублюдком с манией бога. Это сводит меня с ума, Бас! К этому я не готова.

— Но это не навсегда, — разочарованно выдохнул Бас, не отпуская моей руки.

— Вот тогда я и стану твоей миссис Корвин, — я видела, как мой отказ расстроил Баса, моё сердце обливалось кровью, но я не могла ответить иначе. И мне хотелось, чтобы он понимал меня. — Давай завтрашний день проведём вместе, только ты и я?

— Заманчиво. … Но твой ответ вынуждает меня рыть быстрее и без остановки. Мне нужно быть на раскопках, — его сухой тон, только добавлял соли на мои раны. — Нам повезёт, если мы отыщем янтарную глыбу с телом Артура.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

…А было время я надеялась, что когда я вырвусь из Манакра и соединю свою судьбу с Басом — я буду купаться в блаженном счастье. Но проблемы просачиваются в твою жизнь где бы ты ни находился, они видоизменяются, и методично закаляют тебя — либо ты сломаешься, либо станешь ещё крепче.

Начинало казаться, что меня избегают умышленно. Бас вернулся очень поздно, измученный и уставший. Его хватило только на то чтобы принять душ, поцеловать меня в губы и вырубиться рядом со мной. Но когда я проснулась Артура уже и след простыл, хоть этот паразит и обнаружил себя в моей постели.

Моя вылазка из комнаты так же не увенчалась успехом встретить хоть кого-нибудь. Если бы сейчас был вечер — я бы подумала, что все сели на мётлы и улетели.

«Кто-то должен быть» не покидающая меня уверенность вела меня дальше по дорожкам к фруктовому саду, где под одним из деревьев маячила макушка Тирэя. Надо же, как только я намерилась поговорить с одним из Корвинов — этим обязательно должен было оказаться тот, кто ненавидел меня больше всех!

Без всяких приветствий я умостилась рядом с ним, заметив, как раздражительно Тирэй захлопнул свой ноутбук.

— Я как раз читал, что нужно избавляться от мусора в своей жизни: в доме, в мыслях и в жизни, — процедил он, играя желваками. Это у него выходило очень выразительно. Но меня не так легко запугать. Знал бы Тирэй что творилось у меня внутри — бояться нужно было ему.

— Мы с тобой оба кого-то потеряли, Тирэй. Ты отца, я брата. Но ни ты, ни я лично не участвовали в этой войне, хоть она и принесла нам немало боли.

За что же ты так неистово ненавидишь меня? Я не сторонница агрессии, если конечно меня не задевать, и с твоей семьей я хочу ссориться меньше всего. Я люблю Баса всем сердцем, если будет нужно — я не раздумывая отдам за него свою жизнь. Так почему ты видишь корень зла именно во мне?

Прежде чем ответить, Тирэй тяжело и протяжно вздохнул, переведя на меня свой глубокомысленный взгляд:

— Потому что я в отличие от тебя, знаю кто ты есть, кем можешь стать, и как можешь навредить моему брату и моей семье. Для нас ты бомба замедленного действия, поэтому стражи и отпустили тебя, зная, что рано или поздно ты выполнишь свою миссию. Бас не станет защищаться, этот идиот слишком влюблён в тебя, чтобы отнять твою жизнь. Тогда это придётся сделать мне или дяде, или ещё кому из семьи если повезёт. Но Бас не простит нам этого. Он и Артур, кстати тоже, надеются что смогут контролировать ситуацию. А это значит, что одной тебе нельзя даже шагу ступить за пределы фермы, заводить друзей, ходить по магазинам. Тебе придётся полностью подчиняться решениям нашей семьи. Но и это не даст стопроцентного результата, ведь ты можешь совершенно случайно поднять монету на улице города, подброшенную стражами, либо же они завербуют постороннего, чтобы тот вынудил тебя прикоснуться к адамантию.

— Что это ещё за хреновина? И что тогда со мной случится? — если честно я слушала Тирэя, но не понимала о чём он говорит.

Тирэй скорчил раздраженную рожу, будто объясняется с умственно отсталой.

— Адамантий это особая сталь, коснувшись её — дремлющее в тебе пробудится. Любовь, все эти сопли — отойдут далеко на задний план, а возможно ты и вовсе отречешься от этого. Ты будешь чувствовать присутствие черты, строго разделяющей белых стражей и ведьмаков. У тебя появится жажда сражаться и истреблять таких как мы, и в этой жажде ты будешь черпать упоение. Только это станет смыслом твоей жизни. Ты вдруг обнаружишь в себе нечеловеческую ловкость и силу, умение драться и чуять нашего брата на расстояние, как собака. Вот чем ты станешь. Брошенное перед казнью Артура пророчество казалось совершенно невозможным в исполнении. Стражи и ведьмаки не создают семьи. Я не знаю как тебе удалось запудрить мозги моему брату, но он наивно верит, что вы будете исключением. Романтик, мать его! Поэтому я и прошу тебя исчезнуть из нашей жизни ради него же!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})