Сапфир. Сердце зверя (СИ) - Синякова Елена "(Blue_Eyes_Witch)"

Но даже эта омерзительная и страшная картина не смогла бы ввергнуть меня в дикий шок, как то, что тот самый огромный новенький с окровавленным торсом, поднял машину, в которой до этого спокойно передвигалась я, кидая ее куда то в кусты, откуда снова послышались стоны, крики и вопли умирающих и в буквальном смысле раздавленных людей.

…он не походил на человека, даже если внешне оставался прежним.

В каждом порывистом движении огромного тела, в каждом взгляде этих страшных глаз не было ничего человеческого, и я взвизгнула, когда эти глаза, что стали почти черными и хищными, вдруг остановились на мне, интуитивно сжимая своей ладонью футляр, даже если не понимала, что именно было в нем, зная лишь то, что это мое спасение.

Спасение от зверя!

- БЕГИ, МИШКА!

************************

И вот я снова была здесь.

Раздавленная, разбитая, перепуганная до смерти и до потемнения в глазах одинокая, с каким-то холодным разумным ужасом понимая, что в моей истории поставлена жирная точка.

Не осталось никого, кто был бы жив…

Те раны, которые получили мужчины были просто несовместимы с жизнью, ибо они были разорваны на части и разбросаны по всей поляне вперемешку с покореженными машинами, которые словно попали в огромную мясорубку.

И это всё сделал ОН!

Одно единственное создание, которое с одинаковой силой и полнейшим удовольствием уничтожало железо или людей, а теперь охотилось за мной, пока я сидела в кусах, уже не в состоянии рыдать от шока, только раскачиваясь из стороны в сторону, словно была в колыбели.

Я никогда не видела перед собой мертвых людей…

Вернее будет сказать, в принципе не видела мертвых!

Никогда не могла даже представить, что это настолько страшная и всепоглощающая беспомощность, которая выжимала сердце острыми зубами, делая больно в груди и отнимая способность мыслить. Всё, о чем я могла думать сейчас это лишь то, через какую боль и страдания им пришлось переходить в иной мир…

Нужно было двигаться дальше.

Найти возможность сообщить папе, где я была, и ждать спасения.

Но где было найти в себе силы и смелость пройти по поляне, усеянной покореженными трупами и пропитанной кровью, где уже роились сотни мух и каких-то насекомых, чтобы попытаться найти рацию или собственный сотовый телефон, даже если совершенно не было надежды на то, что осталось хоть что-то из этого в целости...

Всё, что я смогла сделать – это лишь протяжно выдохнуть, чуть прикрывая ресницы, когда из кустов вышла уже знакомая огромная фигура, передвигаясь спокойно и грациозно.

Всё такая же кровавая, излучающая силу, хищность и высокомерие от собственной всесильности.

- Набегалась? – усмехнулся мужчина тяжело и мрачно, даже не пытаясь скрыть собственные клыки, на пока не нападая, и просто усевшись передо мной на корточки. -  Или еще поупражняешься?

- Чтобы лишний раз повеселить тебя? Нет уж, спасибо,  - сухо и на удивление сдержанно отозвалась я, внимательно наблюдая за каждым его движением и отмечая, что его глаза пришли в норму, как и координация в целом, что лично меня совершенно никак не радовало.

Он пришел в норму слишком быстро!

На что было надеяться теперь?

Никаких шприцов отныне у меня в запасе не было.

Он усмехнулся кончиком губ, снова облизываясь и рассматривая меня с каким-то странным интересом, словно увидел перед собой только что.

Может, был еще чуточку пьян и мысли путались?

-…что? – шикнула я, не выдерживая этого раздевающего взгляда, и тяжело сглотнув от собственной необоснованной смелости, когда он подался вперед, отчего его широченные плечи заходили ходуном тугими выпирающими мышцами, словно раскрываясь и становясь еще больше.

Стоило мне содрогнуться даже внутренне, ощущая новую кусающую волну страха и паники от его близости, силы и желания, как он тут же зарычал, чуть ощетинившись и прищуривая свои голодные глаза, от взгляда которых вероятно можно было запросто получить ожог на коже!

По инерции отодвинувшись на собственном заду назад, я видела, как в его глазах с новой силой разгорается то опасное совершенно безумное пламя, близко к которому лучше было не подходить, и не подливать бензина в кратер вулкана, иначе он поглотит меня своими волнами, в смерти мучительной и долгой от его похоти такой же яростной, как и жажда крови.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Его возбуждал мой испуг?

Заводила моя паника и попытки сдержать себя от криков о помощи?

Отчетливо казалось, что если я закричу, то это будет последним звуком.

Но как же тяжело было делать вид, что я дышу ровно и не стремлюсь снова убежать, когда он склонился надо мной, поглощая ароматом своего огромного тела, и жаром, который ощущался так ясно, словно я сидела у открытого огня. А еще запахом крови.

Я заставляла себя не двигаться и замереть, когда он обхватил моё лицо своей ручищей, заставляя поднять его вверх, прямо к нему, глядя в эти жуткие глаза, в которых снова не было ничего человеческого.

Его совершенно не волновало, что за небольшой растительностью нашли свою гибель пара десятков человек, чьи души никогда не найдут покоя, и питая литрами своей крови эту землю, а я не могла от этого сделать и вдоха!

Осознание того, что с минуты на минуту мой желудок вывернется наизнанку, придавало не только смелости, но и безрассудности, когда я с силой оттолкнула его руку от себя,  шарахнувшись в сторону, закрывая рот обеими ладонями, и замечая, как жаркий и хищный блеск его глаз поутих, а ручища легко схватила меня за шиворот, словно невесомого котенка, практически отшвыривая в ближайшие кусты, куда я шмякнулась, тут же переползая на колени и судорожно хватая ртом воздух в попытках сдержать тошноту.

Вы только посмотрите на него!

То есть ходить по самый пупок в кровище – для него было приемлемым и не противным делом, а вот вид моего корчащегося в тошнотных позывах тела, явно вызывал у него не самые приятные ощущения!

Интеллигент хренов!

Но хорошо, что мой желудок был пуст и выжат досуха, не в силах выдавить из себя что-либо кроме болезненных спазмов, благодаря чертову мозгу, который никак не хотел убрать из памяти месиво на поляне и вид этого создания, который упивался кровью, болью и собственной силой до такой степени, что был возбужден и крайне доволен.

Я ощутила его рядом раньше, чем успела увидеть, стараясь не поднимать глаза и поморщившись оттого, что аромат крови снова пробивался ко мне даже через запах влажной лесной земли и легкой травяной свежести, заставляя снова дышать коротко и рвано, чтобы не допустить его к себе.

- Наша избалованная папочкина дочурка не выносит запах крови? -  прозвучал его голос язвительно, надменно и ядовито, даже если казался скорее мурлыканьем, нежели речью человека, на что я кинула сухой взгляд на него с колен высоко вверх, намереваясь ответить что-нибудь в его же стиле про его собственный вид и вкусовые предпочтения, но тело сделало это раньше, скрутив новым позывом очистить желудок, отчего мужчина сморщился, поспешно покидая мою полянку метр на метр, окруженную растительностью, где, к счастью, больше не было видно царившего вокруг кошмара.

И как бы мне не было плохо, а я не смогла сдержать злорадной улыбочки, мысленно хмыкнув.

Ха! Ну, зато теперь я знала совершенно точно, чем именно его можно выгнать подальше от себя, и сбить эту животную спесь из вожделения и ненависти!

Может я бы даже почувствовала себя хотя бы немного отомщенной, если бы только мне не было настолько плохо.

От бесполезных болезненных спазмов в животе, внутри все жгло и ныло, заставляя меня скрутиться в позе зародыша и обхватить колени, прижимая их к груди, словно это могло помочь избавиться от боли и заглушить вопящие мысли, в которых была полная каша!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Меня уже не волновало, что я была вся в грязи, своей крови и разводах от травы, и что лежала прямо на земле с растрепанными волосами - я пыталась найти себе точку опоры, чтобы снова попытаться встать и идти вперед смело и стойко, хотя бы до тех пор, пока папа не найдет меня.