Особенности магической любви (СИ) - Задорская Виктория

После этого я встала и гордо вышла в коридор. Там меня ждала напряженная Лиза.

— Ну что там? Я немного слышала ваш разговор.

— Все что могла — сделала, — сказала ей. — Если это их не убедит, то придется смириться.

— Спасибо, что хоть попробовала, — искренне обняла меня Лиза. — Возвращаемся?

— Давай.

— Кстати, а это правда, что у вас есть такой предмет, как зоомагия, где вас учат превращаться в зверей? — по дороге расспрашивала меня девушка.

— Правда, — ответила я и оторопела.

Элеонора же говорила заглянуть в карман! А я еще удивилась, что за бумажка вылетела из мантии.

— Что-то случилось? — спросила Лиза, не понимая, почему я замерла посреди коридора.

— Ничего, все в порядке, — ответила и резко ускорила шаг.

* * *

К счастью, в комнате было пусто. Агата еще не вернулась, а Лиза решила устроить себе успокаивающую купель. Поэтому я быстро нашла белый сверточек. Это была записка. В ней небрежным почерком было нацарапано:

«Злата, буду ждать тебя в полночь в лесу у конюшен. Есть информация о морионах и не только. Е.Л».

Записку перечитала несколько раз. Итак, кажется, что сегодня меня ждет беспокойная ночь.

Глава 15. «Ночная встреча»

Ночь была ясная и безветренная. Ярко светила полная луна, поэтому тропа в лес хорошо просматривалась. Агата все еще на меня сердилась, поэтому, когда я вышла из комнаты, даже не спросила куда иду ночью. Это было мне на руку.

— Доброй ночи, — сказала Элеонора, когда я подошла к конюшне.

Она сидела верхом на Пегасе, в своем привычном кожаном наряде. В одной руке держала какую-то книгу, а в другой — повод от еще одного пегаса, который смачно жевал траву.

— И вам доброй, — поздоровалась я.

— Садись, — указала преподавательница на крылатого коня. — Немножко прогуляемся.

Без лишних слов я подошла к прекрасному белому созданию. Сначала прикоснулась к его морде, здороваясь, а потом одним прыжком оказалась сверху. Ездить верхом я умела хорошо, ведь было время, когда отец увлекался лошадьми и часто возил меня в город практиковаться.

— Неплохо, — прокомментировала преподавательница.

— Знаю, — ответила я и ударила пяткой пегаса в круп.

Тот сразу расправил свои роскошные крылья и вызывающе заржал. Я едва успела схватить его за шею, как мы взлетели. Пегас — это отнюдь не лошадь, и полет на нем совсем не такой, как на метле. Чтобы удержаться, приходилось всем телом прижиматься к животному, ведь меня все время опасно подбрасывало.

— Расслабься и наслаждайся, — крикнула где-то рядом Элеонора.

Я повернула голову на голос и увидела, что женщина преспокойно сидит на крылатом коне, даже не держась за него. Они будто срослись и стали одним целым — пегас и его всадница.

— Легко сказать, — ответила я и попыталась выпрямиться.

Перед глазами открылся невероятный вид: густой еловый лес, залитый лунным светом, — целое море зелени и серебра, которому не было конца. Кажется, я на несколько минут забыла, как дышать.

— Ну что ж, теперь поговорим, — подлетела ко мне Элеонора, и пегасы сразу умерили свой ход.

Я почувствовала себя значительно увереннее, поэтому расслабилась и даже решилась оторвать одну руку от гривы животного.

— Морионы, — сказала Элеонора. — Что тебе о них известно?

— Не так много, как хотелось бы, — искренне ответила я. — Знаю их историю, знаю, что они были источником равновесия между мирами незрячих и зрячих.

— Правильно. А что ты знаешь об их силах?

— Только то, что рассказывали на уроках о магических расах. Знаю, что они предсказывали будущее, путешествовали во времени, обладали всеми стихиями. А еще, что морион, достигший совершеннолетия, мог выбрать любую личину и остаться в ней на всю жизнь, при этом сохраняя возможность в любой момент вернуться в истинную форму.

— Разве все это ничего тебе не напоминает? — хитро спросила Элеонора.

— К чему вы клоните? — вопросом на вопрос ответила я.

— Злата, ты понимаешь, что дракон не может быть тотемным животным у боевого мага. Это абсурд. Поэтому вывод один: ты — морион. И то, что ты обладаешь четырьмя стихиями, доказывает этот факт.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я задумалась. Ее слова, конечно, не стали открытием, но теперь надо было решить: сделать вид, что впервые об этом слышу, или признаться и рассказать о своих родителях.

— Что ж, как я и ожидала, тебе об этом известно, — опередила меня женщина. — Если не хочешь, можешь не рассказывать о родителях. Но у меня есть интересная информация, о которой ты точно не знаешь…

— На самом деле не о чем рассказывать, — решилась я. — Знаю, что моя мать была морионом. Об отце ничего неизвестно. Они погибли, когда я была младенцем, и воспитывали меня совсем другие люди.

— Значит, это правда, — сказала Элеонора и погладила своего пегаса по гриве. — Злата, ты — чистокровный морион, можешь в этом не сомневаться.

— Почему вы так думаете?

— Я не думаю — я знаю. Маги ветра всегда были приближены к драконам, они поколениями сотрудничали вместе. Мой прапрапрадед был летописцем, и в наших семейных архивах осталась одна из его работ о морионах. Я ее внимательно изучила, поэтому знаю о чем говорю.

— И что вам известно? — спросила и почувствовала, как мое сердцебиение ускорилось.

Уже было неважно, что я летела на пегасе, что до земли сотни метров и достаточно одного лишнего движения, чтобы сломя голову лететь вниз. Теперь это все отошло на задний план.

— Известно, что были зафиксированы случаи, похожие на твой. Когда незаконно рожденное дитя-морион росло не со своим племенем. Тогда истинная магия скрывала себя, защищала владельца от нежелательных последствий.

— То есть?

— Я о твоих тотемных животных, которые мне морочили голову целый год. Волчица. Как думаешь, почему тебе не удалось превратиться в нее без зелья?

— Не знаю, возможно, я выбрала не то воспоминание, — ответила я.

— Нет, дело не в этом, — возразила Элеонора. — Просто никаких тотемных животных у тебя на самом деле нет. Магия мориона создавала иллюзию, что ты на кого-то превращаешься. Она пыталась запутать всех вокруг, и тебя в том числе.

— А разве магия имеет собственное сознание и может принимать решения отдельно от владельца? — удивилась я.

— Столь древняя и могучая — может. Но это еще не все, что я хотела рассказать. Что тебе известно о владениях Томнатиков?

— Ну, они живут в горах, у них где-то есть собственный магический источник…

— Да. А еще в их владениях есть долина, которая когда-то принадлежала морионам. И тебе туда надо попасть. В этом году они возьмут нескольких студентов к себе на практику. Злата, ты должна быть среди этих студентов.

— Почему?

— Потому что тебе надо пройти инициацию. Только так получишь ответы на все свои вопросы. Дед писал, что в этой долине есть скрытая пещера, где протекает источник силы морионов. Он хранит память о каждом — представляешь? — каждом драконе! И во время инициации морион не только выбирает личину и открывает свою силу, но и получает знания, накопленные поколениями. Если хочешь разобраться в себе и узнать правду о родителях, тебе нужно туда. Конечно, Томнатикам известно о источнике. Ведь не просто так они туда никого не пускают. Но тебе придется нарушить правила и тайно попасть в долину. Другого выхода я не вижу.

Я не ответила, переваривая информацию. Почему все так сложно? Почему обязательно нужно делать что-то незаконное, запретное, опасное?

Элеонора права. Пройдя инициацию, я получу ответы на все вопросы о родителях и получу силу, которая поможет в противостоянии с Селеной. Следовательно, нужно попасть на практику к Томнатикам. К счастью, у меня есть Адам, который может помочь с этим. Но согласится ли он, когда узнает причину? И захочет ли он вообще иметь со мной что-то общее, если я расскажу о поцелуе?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты там не уснула? — спросила Элеонора.

— Нет, — тяжело выдохнула я. — Просто все это очень непросто.