Мой (с)нежный барс (СИ) - Ваниль Мила

А потом надел халат и вышел.

Алана лежала смирно, хотя внутри все сжималось в комок, стоило ей представить, как в каюту вламывается Шу. С него станется!

Шади вернулся с двумя мисками и шелковым платком.

- Терпеть не могу шоколад, - сказал он, устраиваясь между ног Аланы с миской в руках. – Но это тоже подойдет.

Он зачерпнул пальцем что-то тягучее и белое и поднес к губам Аланы. Она послушно попробовала. Сгущенное молоко?

- Оближи, - велел он.

Лизать палец было почти так же восхитительно, как и член. Потом Шади обмазал ей губы и долго целовал, проникая языком в рот. Такому же «наказанию» подверглись и соски. И клитор.

Алана извивалась и требовала закончить пытку, но Шади только посмеивался и говорил, что все еще «изучает». Губы опухли, соски пульсировали сладкой болью, от прикосновений к клитору она стонала и выгибала спину. А Шади завязал ей глаза и взял что-то из второй мисочки.

На губы упала холодная капля. И еще одна. Лед?!

- Нет, нет, - запротестовала Алана. – Не надо!

Кусочек льда очертил ареолу, прижался к соску. Алана закричала и забилась в руках Шади, но не от боли. Ее словно пронзил ток – от соска к клитору, и по телу пробежала сладкая судорога. Шади проделал то же самое с другим соском. И спустился ниже. Пушистый хвост пощекотал попу.

- Нет, нет! – умоляла она и пыталась сжать ноги.

- Не менять позу, - рыкнул он. – Накажу.

Лед коснулся клитора, Алана чуть не задохнулась от острых ощущений, и не успела продышаться, как почувствовала пальцы Шади во влагалище. Вместе с кусочком льда.

Алану бросило в жар. Хвост змейкой скользнул к груди, обмахнул соски, погладил живот.

Шади безжалостно шлепнул ладонью по клитору, и она взорвалась, содрогнулась, и по телу разлились легкость и приятное тепло.

- Ша-а-ади… - выдохнула она, всхлипывая.

Он быстро снял узел с рук и повязку с глаз, и лег рядом, прижимая Алану к себе. Она обхватила его руками и ногами, все еще пребывая в эйфории.

- Шади… - повторила она.

- Что, Вишенка?

- Я хочу, чтобы ты стал моим альфой.

- Но я же уже сказал…

- По-настоящему, Шади. Без поблажек. Это… возможно?

Она действительно этого хотела. Она могла ему доверять.

- Нет, - ответил он, помолчав.

- Потому что я не перевертыш? – Алана отодвинулась и посмотрела ему в глаза.

Шади шлепнул ее хвостом по попе: не больно, но чувствительно.

- Ай! За что?

- Не надо отвечать за меня, Вишенка.

Она уткнулась носом в его плечо и обиженно запыхтела. Однако любопытство оказалось сильнее обиды.

- Прости, - повинилась она. – Объясни, почему.

- Ты просишь на эмоциях. И не понимаешь, что это не игра. Альфа заботится, несет ответственность, но и требует больше, чем ты способна позволить.

- Почему ты так считаешь? Ты не знаешь меня.

- Ты правильно сказала, мы – разные. Давай пока остановимся на этом.

Алана фыркнула и потерла попу.

- Больно?

- Неприятно.

- Заслужила. И это тоже. – Он поцеловал ее в губы. – А теперь марш в душ. Я принесу твою одежду. Нам еще нужно решить, как и где тебя устроить. В кровати мы навряд ли сможем поговорить.

- Устроить? – переспросила Алана. – Я не останусь с тобой?

- Это невозможно. Но я помогу тебе…

Она не дослушала – сбежала в душ. Как будто это могло спасти ее от горькой обиды. Видимо, они действительно очень разные.

13. Интересный поворот

Глупая девочка не понимала, о чем попросила. И не почувствовала, с каким трудом Шади отверг ее просьбу. И опять обиделась, даже дослушать не захотела.

Впрочем, несправедливо считать Алану глупой. Она сообразительная, тактичная, спокойная. Ничего не требует и ведет себя скромно. Да и в ее идее с заложницей есть смысл. Так что не глупая она, просто… другая.

Шади теперь приходилось напоминать себе, что Алана – человек. Она идеально ему подходит. Она пахнет, как его единственная. И у них никогда не будет детей. Последнее приводило его чуть ли ни в ярость. Как такое возможно? Совпадать и не совпадать одновременно? Они никогда не должны были встретиться?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Шанс познакомиться с Аланой – минимальный. Череда случайностей – и жестокая насмешка судьбы. Им никогда не быть вместе.

Он пытался успокоиться, посмотреть со стороны. Может, это просто временное помешательство? Сладкая послушная девочка, прекрасный секс. Алана исчезнет из его жизни, исчезнет и влечение.

При слове «исчезнет» Шади хотелось грызть хвост, причем в гуманоидной ипостаси. Сейчас, как никогда, пригодился бы совет отца. Шади машинально дотронулся до бусинки в волосах. Не было такого обычая, он сам придумал, чтобы не забывать: самая большая бусинка – отец, самая красивая – мать, поменьше – братья и сестры.

Шади родился не зверем. Мать забеременела и выносила ребенка – единственного. Остальные дети появились на свет котятами: Алишка, Малло и Руби, Верт и Зойи, Рут, Ламми и Кор. У него много братьев и сестер. Сейчас, может, стало еще больше. Шади давно не был дома.

Он принес одежду – чистую и сухую – и терпеливо ждал, когда Вишенка выйдет из душа. Он редко мог позволить себе ничего не делать, и это приятное совпадение, что именно сейчас можно ненадолго расслабиться. От своего слова он не отступит – и будет альфой для Аланы столько, сколько потребуется. Для этого не нужно постоянно находиться рядом с ней.

Вишенка появилась в комнате – чистая, розовая, распаренная после мытья. И завернутая в полотенце.

- Иди сюда, - позвал Шади.

Мокрую тряпку долой. Алана шумно вздохнула, но не возразила. Умница. Шади поцеловал ее в живот, посмаковал запах и подтолкнул к стулу, на котором лежала одежда.

- Я быстро. Подожди меня тут, - попросил он и закрылся в душе.

При желании о хвосте можно и не забывать – специальный гель для шерсти, моментальная сушка, пара взмахов щетки. Когда Шади вернулся, Вишенка чинно сидела на стуле. В комнате прибрано, кровать перестелена.

- Я знаю, как тут стирать, - сообщила Вишенка. – А уборщики где? Или по старинке пол помыть?

- Не надо ничего мыть. Пойдем.

Не в кают-компанию и не в рубку. Шу отсидит свою вахту до обеда. Шади привел Вишенку на площадку со смотровым окном. Здесь было как-то… уединеннее. Да и просто красиво. Куда еще можно пригласить девушку на космическом корабле?

Он точно знал, куда повел бы Алану в родной долине. Летом – на холм, усыпанный цветами. С него открывался вид на реку и лес на другом берегу. Зимой – через замерзшую реку в тот самый лес, любоваться деревьями в инее.

Вишенка молчала. Что ж, это он хотел поговорить.

- Мы летим на Даржу, там нас ждут друзья. В моей команде еще двое перевертышей.

- Людей совсем нет? – вырвалось у Аланы.

- Нет. Пожалуйста, не перебивай.

Она кивнула и отвернулась, уставилась на звезды.

- На Даржу я тебя не оставлю, но по магазинам пройдемся, купим, что нужно. Скажи, у тебя есть кто-нибудь еще, кроме той ненормальной тетки?

- Нет. Или есть, но я о них не знаю.

- Тетка – сестра…

- Матери.

- А отец?

- Я его не помню. Не уверена, что видела. Шади, у меня никого нет. – Она помолчала и добавила: - Только ты.

«Только ты». Эти простые слова ударили под дых, выбила воздух из легких. Он раздраженно ударил хвостом по ноге.

- Прости, - поспешно произнесла Алана. – Я не хотела.

- Не хотела? Почему ты извиняешься?

- Не хотела стать проблемой. Не планировала. Я мечтала сбежать, но не думала о том, что будет дальше.

Шади почувствовал раздражение.

- Мне казалось, этот этап мы уже миновали. Или ты не понимаешь, что я взял на себя заботу о тебе добровольно и по собственному желанию?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Наверное. – Она повела плечом, так и избегая прямого взгляда. – Мне показалось, что я… что ты… что я тебе нравлюсь. И твои слова… я решила, ты хочешь, чтобы я была рядом…

- Так и есть. – Шади попытался обнять Вишенку, но она вырвалась и отошла на пару шагов. – Так и есть. Ты мне нравишься. И я хочу, чтобы ты была рядом.