Академия магических риэлторов. Продай и беги (СИ) - Сапфир Ясмина

Эти аномальные зоны представлялись самыми загадочными. Купил особняк с колоннами и витражами — проснулся в лачуге без горячей воды и отопления. Отправился собирать вещи, начал паковать чемоданы — и хрясть — ты в готическом замке с большими темными залами. Только решил осмотреться — как вокруг уже коттедж из красного кирпича. И так весь день ходишь как по минному полю. Но в землянке, то в замке, а то в дачном домике… Кажется, фет хорошо усвоил уроки госпожи Сафроновой.

— Ну отпустите меня, — взмолился тальвин. — Я просто ошибся.

— Я тоже! — оскалился Лат. — Увидел ледяной шар, отмахнулся, парировал. А твой труп вряд ли выскажет иную гипотезу.

— Ну я же вас ждал! Готовился’

— Да-да! Я тоже именно так готовлюсь к желанным гостям. Просто они не выживают, чтобы поделиться впечатлениями.

Я решила, что тальвину хватит острых ощущений — во всех смыслах слова.

— Да, ладно, отпусти его. Нам пора уже.

Лат посмотрел на меня, нахмурился и сказал Мейратту уже без язвительности:

— Моей напарнице грозила беда. И если бы не ее просьба…

Огненное оружие пропало, пламя потухло в ладони фета. Он развернулся, бросил через плечо:

— Было бесконечно неприятно познакомиться. Я еще по призракам оценил уровень умственных способностей в вашем семействе. Не стоило подтверждать все так явно.

И утянул меня в портал.

Лишь когда мы очутились в спортзале Академии — прибыли, кажется, одиннадцатыми — я заметила, что рука Лата в крови. Поранился, отражая ледяной шар от моей головы. Фет отследил направление моего внимания.

— Ерунда! — хмыкнул он. — Пройдет.

— Слушай… — во мне проснулась дикая потребность что-то сказать, поблагодарить напарника. И усыпить ее, кажется, удалось бы лишь при помощи сильных транквилизаторов. И только вместе со мной. — Спасибо, что выручил. Даже не думала…

Фет странно, криво усмехнулся — впервые не так весело и беззаботно, как я привыкла.

— Странная ты, Эйлетта Дар, как бы ни звали тебя на Земле. Когда я хвостиком за тобой хожу, запоминаю: что любишь есть, одевать, где проводишь свободное время, какие темы тебе интересны в дружеской беседе. Вызываюсь работать в тандеме, рисковать ради тебя жизнью — тебе плевать. Косишься как на чумного и держишь на расстоянии вытянутой руки… Шарахаешься, едва сокращаю дистанцию. Выдаешь нечто язвительное на любые намеки на более близкое знакомство… А из-за царапины столько эмоций.

***

Он отвернулся лишь на мгновение — шарики желваков прокатились по скулам, а я опешила. Впервые Лат разговаривал со мной без прежней иронии, бравады, пафоса. С какой-то затаенной обидой. Я собиралась что-то спросить, уточнить, но фет повернулся, сверкнул улыбкой плейбоя и резюмировал:

— Я понял! Чтобы добиться твоего внимания нужно, чтобы мне оторвали конечность. Ммм… Надеюсь, ты не претендуешь на нечто интимное? Довольствуешься рукой или ногой? Может, сойдемся на ухе или пальце?

Я не поняла — шутит Лат или ерничает. Не нашлась что ответить, но выручила, как обычно Оксана. Они с напарником вывалились из портала, сильно помятые, но не побежденные. Волосы приятельницы стояли дыбом, буквально. Одежда напоминала нечто очень винтажное: дырка на дырке, трещина на трещине. Зертал выглядел почти также, просто волос на его голове и так не было.

Оксана с Вердисом выпучили глаза и пытались отдышаться. Из их ртов вырывались струйки дыма, словно напарники резко превратились в драконов и недавно упражнялись в плевках пламенем.

От тандема несло гарью на все гигантское помещение, при каждом движении приятельницы и боевика в воздух взвивались пыль и пепел. Несколько студентов, которым повезло очутиться рядом с точкой выхода Оксаны и Вердиса, начали тереть глаза и чихать.

— Теперь я понимаю — откуда взялось выражение — пустить пыль в глаза, — подал голос Николай.

— Все нормально? — уточнила я у Оксаны.

— Нормально, — сложила пальцами в знаке «ОК» приятельница. — Так, маленькое происшествие.

— Живой замок Фолькенштейн? — улыбнулся Лат.

Оксана кивнула.

— Чтоб его! — добавила в сердцах.

И прежде чем, я спросила, фет объяснил:

— Вообще-то он добрый и милый. Но очень не любит, когда гости заходят на кухню. Тут же пытается сделать из них шашлык.

— А как же хозяева замка питаются? — не поняла я.

— Хозяев Фолькенштейн узнает. Почти всех. Больше года мало кто с ним уживается. Слишком язвителен, слишком нахален. Вечно вторгается в интимные дела владельцев. Да-да, и в такие тоже! — добавил Лат, заметив, как округлились мои глаза. — Но готовит отменно!

— Я это заметила, — усмехнулась я и кивнула в сторону Оксаны с Вердисом. — И на продуктах, небось, здорово экономит… Главное, чтобы гости почаще заглядывали…

Тандемы, что уже прибыли с заданий, разразились дружным хихиканьем.

ГЛАВА 4

Многие думали, что физкультура и внеплановая тренировка работы в тандеме — последнее наше испытание на сегодня.

Но ошиблись. Пейтрал и Стресс на ножках, впрочем, как и любой другой физрук, даже землянин — про гуманизм слышали едва ли. И, скорее всего, понимали это слово как непереводимый фольклор слабаков и ботаников.

Честно говоря, я всегда подозревала, что преподаватели физкультуры, неважно в школе они работают или в вузе, слегка маньяки. Но не думала, что все настолько запущено.

Когда оставшиеся тандемы прибыли с заданий, в зале появился Пейграл. Уж не знаю, как догадался, что студенты вернулись. Не иначе как по запаху Оксаны с Вердисом. Стресс на ножках вошла следующей.

Представьте себе это фееричное зрелище. Двадцать три девушки-индикатора, из которых твердо на ногах держалась только Летисия — уж не знаю почему русскую девушку с белой кожей, светлыми волосами и спортивной фигуркой так назвали. Она не рассказывала. Причем, Летисия твердо держалась не на своих двоих — отнюдь — а на ногах гимнастического коня, которые крепко обнимала, сидя на мате. Ее напарник — даргол Герт — гора мускулов с коротким ершиком белокурых волос — застыл рядом, опираясь о спортивный снаряд.

Изрядно потрепанные, но не побежденные боевики ожидали преподавателей с лицами военнопленных перед жестокими пытками.

Пейтрал в темпе марша… именно так он шагал — маршировал — добрался до центра зала. Ри-ал ди Стрест очутилась рядом в мгновение ока, грациозно оперлась о плечо коллеги и застыла в непринужденно-угрожающей позе. Синяя женщина с головой, гладкой, как футбольный мяч, желтыми глазами и мускулами штангиста уже никого не пугала.

Похоже, тандемы впали в глубокий транс.

Физруки прошлись вдоль шеренги, осмотрели, принюхались… Летисия поднялась, приняв руку Герта.

— Опять замок Фолькенштейн затеял шашлыки? — уточнила у Оксаны Стресс на ножках.

Шеренга начала похохатывать.

— А с тобой что? — кивнул на Лата Пейтрал. — Портал попался острый или призрак тупой? Не сразу осознал твое преимущество.

— Ерунда, — отмахнулся Лат. — Клиент принял меня за вас, а Эйлетту — за Ульяну.

Теперь уже все оглушительно захохотали.

— Ну-с… На этой чудесной ноте… Продолжим тренировку? — радостно предложила Стресс на ножках, а Пейтрал закивал.

— А можно последнее желание? — взмолилась Летисия.

— Русское имя? — усмехнулась Оксана.

— Русскую баню, — оскалилась Летисия. — А то очень хочется помыться… Перед смертью. Вообще у нас принято покойников обмывать, если что…

Физруки еще раз оглядели нашу дивную компанию. С минуту чудилось — занятие уже не закончиться. Никогда и ни при каких обстоятельствах…

Пейтрал и Стресс на ножках только вошли во вкус… А запах шашлыка из Оксаны с Вердисом, кажется, здорово подогрел аппетит физруков.

***

Я даже начала скучать по магическому праву и лекциям Наины. Там хотя бы удавалось сидеть, пускай и под пулеметным огнем взглядов мадам Сафроновой. К ним мы как-то уже привыкли, даже где-то пристрастились… Русские студенты шутили: «Бьет лазерным взглядом, значит любит».