Секрет темного прошлого (СИ) - Алфеева Лина

— Спасибо. Мне это нужно было услышать, — еле слышно призналась я.

Только сейчас я смогла по-настоящему расслабиться, а потом позволила увлечь себя на террасу. Так странно, столько раз на ней бывала, а все равно словно впервые ступила на залитую солнцем площадку. Сегодня и впрямь было все иначе…

— Я рад, что вы начали носить одежду своего мира.

— Ка-а-а-к вы узнали?

— По вышивке голубым жемчугом. Работы ваших мастериц известны первым модницам Содружества. К сожалению, товары с Сан-Дрима — редкость на прилавках других миров.

— Сомневаюсь, что это печалит наших мастериц. Боюсь, они и не ведают, что пользуются спросом.

— Но даже если бы и знали, это бы ничего для них не изменило, — с пониманием произнес архимаг.

Он действительно уважал желание жителей Сан-Дрима оставаться в изоляции. Наверное, поэтому жрецы Бога-Солнца и относились к нему столь благосклонно. Причем доступ на Сан-Дрим лорд Рендел Аратейр заработал ещё до нашего знакомства. Я всегда подозревала, что жрецы знали о других мирах намного больше, чем показывали. Знания — сила, и они их использовали, чтобы оградить Сан-Дрим и его уникальную магию от влияния Содружества.

— Вы правы. Верность Богу-Солнцу, своему народу, семье и традициям — краеугольные камни системы ценностей на Сан-Дриме. Для его жителей остальные миры кажутся чем-то далеким и совершенно непонятным.

— В этом Сан-Дрим похож на Кар-Шан. Только если ваш мир купается в лучах солнца, то этот сокрыть вечной тенью. — На мгновение мне показалось, что лорд Рендел добавит что-то ещё, но он лишь отодвинул для меня стул. — Присаживайтесь, и заклинаю, отдайте должное стараниям Зиновия, или старый ворчун меня совсем замучает. Это из-за него я отказался от обеда в лаборатории. Зиновий убедил, что заставленное реактивами помещение не самое подходящее место для приема пищи.

— Зиновий и с вами спорит?

— Постоянно. — С губ архимага сорвался тихий смешок. — У этого артефакта на редкость скверный характер. В последнее время он меня постоянно пилит из-за того, что я не слежу за вашим питанием. Утверждает, что вы привыкли перекусывать на бегу, да еще и в облике кошки. Немытыми лапами в рот еду тянете…

— Не правда! Просто мы с ребятами часто ходим в столовую, а кем как не кошкой мне сидеть за общим столом?! Знаете, я была лучшего мнения о Зиновии. Думала, солидный артефакт, а он сплетник похлеще Веньи Дормидонтовны!

— Да! Сплетник! А что ещё остается? — проворчали из комнаты. — Горячие тарелки, немытая посуда да слой пыли, когда используют не по назначению!

— А вас невозможно использовать по назначению! Вы же так и норовите угостить чем-то совершенно несъедобным!

— И это она о сыре с благородной голубой плесенью!

— Да мне все равно, благородная она или безродная, я не желаю есть просроченные продукты!

— Лорд Рендел, вам нужно срочно ввести в расписание вашей невесты этикет!

— Сомневаюсь, что дополнительные знания помогут отбить у меня обоняние. Ваш сыр с плесенью вонял так, словно рядом с ним кто-то сдох!

— Да чтоб вы понимали! И вообще… приятного аппетита!

Наша перепалка подняла лорду Ренделу настроение. Обычно сдержанный, он смеялся в голос, да так заразительно, что и я отложила ложку и заливалась, пока в боку не закололо.

Отдышавшись, заметила взгляд архимага, направленный на меня.

— Что-то не так? — я ощупала руками лицо. Вдруг крошка к подбородку прилипла?

— Вы удивительная девушка, Даниэлла. Я… — Его голос сделался низким, обволакивающим, а в глаза появилось то самое, свечение, которое я уже видела раньше.

Точно завороженная, я смотрела в карие глаза, в глубине которых мерцали золотистые искры, а потом его радужка резко потемнела и, от нее растеклось нечто темное, заволакивающее белки глаз. Это пятно расползалось пролитыми чернилами, а я вспомнила, где уже видела такие глаза раньше.

— Нет! — В панике вскочила со стула и замерла, отчаянно сжимая салфетку. Своей реакцией я себя выдала.

— Выходит, вы всё помните, — глухо произнес лорд Рендел и тяжело откинулся на спинку стула.

Уже сделав несколько шагов назад, я спохватилась и заставила себя остановиться. Не могу же я сбежать сейчас? И что с того, что у сидящего напротив мужчины глаза Зверя? Это же все равно тот же самый лорд Рендел Аратейр, архимаг боевой магии и артефакторского искусства, ректор Академии фамильяров Кар-Града.

— Это моя вина. Я не смог вас защитить. Я, лорд Рендел Аратейр из рода хранителей Кар-Шана, не смог уберечь свою единственную.

Тихие слова оглушили меня, заставив несколько секунд растерянно смотреть перед собой, а потом я поняла, что лорд Рендел меня не видел! Тьма, застлавшая его глаза, показывала ему совершенно иные образы. И в той другой реальности со мной происходило нечто страшное.

Не помня себя от ужаса, я подбежала к лорду Ренделу, но стоило мне прикоснуться к его руке, как перед глазами все поплыло, затягивая мое сознание в воронку чужого разума, а потом я обнаружила себя стоящей на выжженной земле среди искореженных деревьев.

Фамильяры тонко чувствуют магию, наполняющую живые создания. Её крупицы есть в каждом существе, появившемся на свет, в каждом ростке, проклюнувшемся из семечка, но место вокруг меня было абсолютно пустым, лишенным силы. Я находилась в мертвом лесу, освещенном призрачным светом голубых камней. Они вырастали прямо из земли, точно обломки костей неведомых животных. На негнущихся ногах я побрела к ближайшему дереву, тропа под ногами хрустела и трескалась, точно крошащийся лед. Я приложила ладонь к черному стволу и ощутила холод, какой обычно исходит от камня, потому что это дерево и было каменным! Даже трава тут была каменной.

Лорда Рендела я заметила не сразу, он стоял на коленях шагах в десяти от меня и яростно рыл землю голыми руками. Пальцы архимага вспарывали твердую корку, в призрачном свете блеснули длинные острые когти, такие, каких не может быть у человека.

— Рендел, что вы делаете?

Он замер, а потом повернул ко мне искаженное мукой лицо.

— Даниэлла? Тебя не может здесь быть. Ты погибла. Я лично зажег погребальный костер.

Признание было таким же жутким, как и похожий на затихающее эхо голос архимага, как и Тьма, сочащаяся из его глаз, но я нашла в себе силы улыбнуться.

— Мои родители никогда не позволили бы этого. Мое тело следовало погрузить в воды вечного океана Сан-Дрима.

Но он словно не слышал.

— Прости меня, родная. Я не должен был противиться предначертанному. Кар-Шан взывал ко мне, но вместо того чтобы откликнуться на призыв и принять магию рода, я сделал все, чтобы заглушить этот зов. Я подвел тебя и тех, кто в меня верил… — Последние слова были произнесены шепотом, но и он не смог скрыть боль, терзающую архимага.

Лорд Рендел казался таким потерянным и одиноким. Погруженный в личный кошмар, он смотрел на меня как на призрак. В панике я ощупала себя, потом как следует ущипнула и с облегчением поняла, что материальна.

— Я схожу с ума, Даниэлла, но, молю, не уходи. Ты нужна мне, моя маленькая кошечка. Так нужна, сердце мое… — Он протянул ко мне руку, а потом решительно встряхнул головой и рука упала. Мужчина оперся ладонями о землю и замер.

Я подбежала к архимагу, опустилась на колени рядом и накрыла его ладонь своей. Теплая! В следующее мгновение я очутилась на земле, распластанная мужским телом. Лорд Рендел нависал надо мной, окруженный тьмой, она ластилась к нему, притягиваясь как к магниту. Магия этого места, такая страшная, непонятная и неотвратимо искажающая образ любимого. С каждой секундой, проведенной в этом месте, архимаг менялся.

Он продолжал смотреть на меня как на призрак, хотя я и лежала под ним во плоти. Ладонь архимага приблизилась к моему лицу, и я подавила вскрик ужаса, увидев совсем рядом длинные когти.

Соберись, Даниэлла. Нашла чего бояться! У твоей мантикоры ноготки не меньше!

Мужская ладонь легла на мою щеку, и я ощутила влагу израненной в кровь кожи.