Александр Бромов - Дорога к себе

«Кто о чем, а я все об этом», — усмехнулся демон, машинально уклоняясь от сверкающего росчерка ртутной нити.

Ангел свернул ее и перенаправил к бывшему друг, а Сантилли схлестнулся с магом. Если бы здесь была Бетти, то она бы завизжала от восторга, потому что человек, вываливший на демона тучу едкой пыли, был дьявольски похож на эльфа в облегченных доспехах, но без меча, зато с длинным ножом у пояса. Ашурт отмахнулся от заклинания воздушным потоком и едва не попал по Арту, неожиданно вынырнувшему слева. Дух увернулся и с рычанием набросился на человека, дав возможность хозяину осмотреться.

Маги, хоть и уставшие, были опасны и непредсказуемы. Никаких тривиальных летающих черепов, ходячих мертвецов и прочего арсенала, приписываемого темным волшебникам. Мишель этим тоже никогда не пользовался, разве только покрасоваться или попугать. Несколько воинов, беззвучно разевая рты, корчились на перерытой смерчем земле, сдирая ногтями кожу с безглазых лиц, еще двое медленно разлагались, жутко подергиваясь. Пока Сантилли разбирался с «эльфом», из всего отряда осталось всего несколько дэмов.

— Тварь! — демон выдернул ножи и метнул сразу весь веер, один да должен попасть.

Маг, потчевавший его пылью, захлебнулся кровью, схватившись за горло, второй, раненый в плечо, зло обернулся, отвлекаясь от заклинания. Ашурт, прыгнув вперед, ударом выпрямленных пальцев в кадык опрокинул его назад, подставляя колено. Со сломанным позвоночником много не помашешь. Последнего мага достали стрелой и уже добивали.

Вардис, поднырнув под плеть, перекувыркнулся, одновременно нанося удар мечом, но падшего на прежнем месте уже не было. Невероятно подвижный, он стремительно перемещался, перетекая с места на место, как ртуть, но крыльев не расправлял. Как и князь. Вряд ли ангелок играет в благородство, а вот на Вардиса это похоже. Сантилли выругался, свивая воздушное гасило, и бросил его, стараясь попасть по ногам.

— Что ж ты верткий такой, гад?

Ответный удар плети не заставил ждать. Ее конец щелкнул перед лицом ашурта сверкающими алмазными зубами и плюхнулся на изрытую землю, снесенный мечом. Ангел легко отбил выпад Вардиса и движением пальцев послал в ашурта белый шарик, мгновенно развернувшийся в блестящую тонкую сеть. Сверкнул щит, принимая на себя смерть, и изрубленная сеть осыпалась по бокам.

«И я гол, как младенец», — усмехнулся Сантилли, оценивая силу заклинания, полностью разрядившую защиту.

Небо, не выдержав напора магии, бушевавшей над долиной, решило вмешаться, разом вылив на сражающихся все содержимое туч. Ашурта прибило к земле под тяжестью воды и потащило обратно к склону. Кувыркаясь в мутном густом потоке, он на минуту потерял из вида и друга и его врага и чудом смог зацепиться всеми когтями за землю, остановившись у самого края. Ливень оборвался так же резко, как и начался, открывая сражающихся противников, а вот воинов, поднявшихся на холм вместе с Вардисом, видно не было. Побарахтавшись в грязи, демон встал, опираясь на крылья, и постоянно поскальзываясь, проваливаясь в рытвины и спотыкаясь о трупы, бросился обратно.

Красно-желтый вихрь пронесся над головой так быстро, что Сантилли не сразу узнал собственного разъяренного защитника. Арт и Хью атаковали одновременно с двух сторон, но, казалось, падший даже не заметил их. От темного ангел небрежно отмахнулся, как от мухи, отбросив далеко вниз, а огненному достался удар мечом. Оружие прошло вскользь, однако этого хватило, чтобы защитник Сантилли рассыпался огненной дымкой, искрами осевшей на избитую землю.

Разорвавшийся внутри шар боли заставил его вцепиться в грудь и подломил колени, опуская в грязь рядом с телами убитых. Ашурт едва не задохнулся в беззвучном крике, слепо скребя по броне скрюченными пальцами. И когда под ладонью оказался сложенный лук, он вцепился в него, как в свое единственное спасение.

Плечи оружия с мягким щелчком встали в пазы.

— Сука, за Арта, — выдохнул демон, накладывая стрелу на тетиву.

Увлеченный боем Вардис легко уклонился от меча, отбил кинжал, нацеленный в грудь, и не заметил, как за его спиной, начал вставать человек, облепленный грязью так, что невозможно было понять кто это.

— Влад, вправо! — срывая голос, закричал Сантилли и выстрелил.

Человек, едва разогнувшись, прыгнул вперед, обеими руками толкнул князя под колени и ткнулся лицом вниз под ударом хвоста вернувшегося Хью. Вардис невольно присел, на мгновение открываясь, и этого хватило, чтобы ангел достал его кончиком меча, чиркнув наискосок по лицу, и тут же сам выгнулся, получив стрелу в спину.

Нет в бою благородства. Нет, и никогда не было. Есть задача убить или взять в плен, а вот в каком виде — это уже второстепенно. Рев Хью, катающегося по земле, заглушил звериный крик падшего, а раненый князь, выронив меч, медленно повалился лицом в густую жижу.

Сантилли несколько раз едва не падал, помогая себе руками и крыльями, но не останавливался, на бегу выдергивая из-за пояса специальные путы и посылая их к ангелу. Тот, пошатываясь, вставал на четвереньки, когда змея из гибкого металла, сбила его, одновременно туго оплетая. Ашурт с чувством пнул его под ребра, поскользнулся и от злости добавил по зубам, очень надеясь, что хотя бы парочку выбьет.

Ангел помотал головой, сверкнул на него серебряными глазами, взглядом пригибая к земле и безмолвно позвал:

— Демон.

Сантилли стало смешно — его соблазняют? После Ласа это показалось как-то не серьезно.

— Ага, разбежался. Ашурты не встают на колени! Ни перед кем! — он наклонился, опираясь руками о ноги и приводя дыхание в порядок.

— Неужели? А как же твой дракон?

— Не путай удовольствие с ползанием в грязи, придурок, — Сантилли всем весом рухнул на ангела, локтями выбивая из него дух, но тот, извернувшись, выдохнул в лицо демону непонятное певучее слово и улыбнулся.

На покрытом грязью и кровью лице с отпечатком подошвы сапога улыбка больше походила на оскал, но своей притягательности, как ни странно, не потеряла.

— Да без проблем, — подался к нему ашурт.

Глупо сопротивляться собственному темпераменту, вставшему на дыбы, но всегда найдется лазейка для того, кто ее ищет. Демон расслабился и закрыл глаза, погружаясь в себя. А никто у нас не забыл, что тот, кого сейчас пытаются подчинить — демон страсти? Желание, похоть — вот что наш серебряный гений только что выпустил на свободу. И куда же нам их пристроить? На кого бы излить?

— Освободи меня.

— Как скажешь, милый, — ашурт повел рукой по его волосам, выплескивая все то, что у него так страстно просили.

Падший забился в путах, извиваясь и всхлипывая от вожделения и нетерпения. Сантилли мгновение брезгливо смотрел на него, зачерпнул солидную горсть грязи и с любовью повел лодочкой ладони от прекрасного лба по лицу, сгребая землю в отрытый рот.