Айрин Луна - Танец Пепла

Хотя поначалу Сельвен сама не видела ничего подозрительного в их госте и даже радовалась, всё чаще наблюдая улыбку на губах ведьмы, которая стала редкостью с тех самых пор, как та вернулась из дворца. Да и сам менестрель казался ей абсолютно безобидным: шутил, пел и смеялся, как любой бродячий бард. Но чем больше они сближались с ним, чем больше времени они проводили вместе, тем неспокойнее становилось у эльфийки на душе. Она то и дело ловила себя на мысли, что Лаэрт будто-бы контролировал Ирину, а все его частые визиты были лишь для того, чтобы удостовериться, что та всё ещё была на месте. А после мужчина и женщина стали всё чаще отлучаться вдвоём, то к лесу, то в подземные сады, то к портному… Каждый раз у него был готов новый маршрут, а обычно нелюдимая женщина следовала за ним, как ребёнок. Сельвен всё хотела поговорить с Ириной, но их былое общение почти полностью сошло на нет, ограничиваясь лишь обрывочными фразами, в те недолгие минуты, что эльфийка и смертная проводили наедине.

А менестрель уже с нескрываемым азартом повсюду следовал за женщиной, что не осталось незамеченным другими. Вдобавок ко всему, чем больше она всматривалась в черты музыканта, тем более знакомыми они ей казались. Но в последнее верилось с трудом, и эльфийка списывала всё на разыгравшееся воображение да собственную, приобретённую за годы общения с людьми, излишнюю настороженность. Однако она всё же начала этот разговор сегодня. Нет, любовь с первого взгляда случалась и у эльфов, и у людей, но она не ощущала влюблённого света от темноволосого красавчика. «А может быть, ты и не хотела?» — мелькнуло неожиданно в голове, и эльфийка грустно вздохнула. Ведь в глубине души она чувствовала себя немного виноватой перед ведьмой. Если бы тогда она не остановила Ровиона посреди леса, если бы не настояла на том, чтобы забрать Ирину с собой, возможно та бы уже давно покинула Лихолесье, а не томилась бы здесь в ожидании. Но тогда, дочь леса очень заинтересовала фигура в потрёпанном плаще и такими необычными двуцветными глазами. — А твоё желание помочь и защитить является лишь прикрытием собственной любознательности и интереса… — Сельвен раздражённо выдохнула. — Это было тогда, потом всё поменялось! — Аргументировала она сама с собой. И это не было ложью, но осадок от её первопричинных порывов всё равно остался…Возможно, что именно из-за этого её так зацепили гневные речи смертной, ведь в них была толика правды, пусть даже Сельвен и не хотела в ней признаться.

В этот момент эльфийка неожиданно вышла из-под крон деревьев, оказавшись на небольшой, залитой лунным сиянием, поляне. — Какая ирония! — Она не удержалась и усмехнулась, оглядываясь вокруг. Прямо напротив сквозь тёмные силуэты лесных исполинов отчётливо различалась чуть поблёскивающая гладь того самого озера, а чуть правее было то самое дерево, у подножия которого она познала счастье первой любви и горечь первого разочарования. Почему именно сюда вывела её лесная тропа, она не знала. Возможно, чтобы преподать урок или предупредить… Она замерла на месте, настороженно вслушиваясь в звуки окружающего её величия природы.

Сначала слух не уловил ничего, кроме собственного дыхания да шёпота ветра среди вершин, и Сельвен уже хотела покинуть поляну, как следующий порыв ветра принёс с собой обрывки каких-то фраз. Будь на её месте человек, то не расслышал бы ничего, но лесная дева сразу же насторожилась. Ведь слова были не на Сильване, а значит в лесу были чужаки. — И так близко от дворца?! — Еле дыша, она двинулась в том направлении, откуда, как ей казалось, донеслись растревожившие её звуки.

И снова полумрак. В какой-то момент дочь лекаря посетила мысль, что при себе она не имела никакого оружия, за исключением небольшого кинжала, а там, в темноте мог оказаться кто угодно, но она не успела ничего предпринять, потому как какая-то неведомая сила неумолимо влекла её вперёд. Теперь фразы доносились всё чаще и чётче, что указывало на то, что она двигалась в правильном направлении, но определить на каком языке говорили те двое (а их было двое) пока не могла. Это был, как она уже успела определить, ни Сильван, ни Синдарин, и даже на Вестрон это было мало похоже. Ей казалось ещё немного, и она окажется достаточно близко, чтобы понять кто это и о чём говорят, как неожиданно всё стихло. Шаг, другой, но ответом ей была лишь тишина, и уверенность постепенно таяла. Эльфийка завертела головой, в надежде снова услышать разговор неизвестных, но всё было бесполезно. — Неужели лес решил сыграть с ней такую злую шутку? — Ей стало не по себе. Безоружная, она стояла посреди полумрака чащи, только сейчас осознав насколько опрометчиво поступила. Надо было скорее возвращаться.

Сельвен стала медленно отступать, то и дело оглядываясь, когда очередной порыв ветра донёс до неё лёгкую мелодию и пение. Из груди вырвался вздох облегчения: где-то рядом были эльфы, ведь это была их музыка. Резко поменяв направление, лесная дева поспешила туда, откуда лились чарующие переливы, однако никак не могла избавиться от чувства, что кто-то неотрывно глядел ей в спину.

В преддверии праздников лесные эльфы нередко собирались на небольших полянах, разбросанных по всему Лихолесью, где весело кружились в танце или же давали волю своим голосам, что устремлялись ввысь, к звездам, прославляя жизнь, красоту и величие природы. Так было и на этот раз. В центре прогалины горел небольшой костёр, вокруг которого собрались обитатели лесного королевства. Их было около десяти, может чуть больше. Они весело смеялись, наигрывая на арфе или грациозно двигаясь в такт мелодии. Сельвен замерла в тени деревьев, пытаясь привести в норму сбивчивое дыхание и всё ещё споря сама с собой о том, стоит ли сообщать собравшимся о возможных нарушителях, ведь даже точного направления, откуда слышались голоса, она не могла указать. Да и были ли они вовсе? Что если это было лишь наваждение, вызванное лесом и её собственными душевными переживаниями? — Нет, пожалуй не стоит отвлекать их беспочвенными подозрениями. — И это было её окончательным решением. Да и портить эти светлые мгновения мирного праздника ей совсем не хотелось, ведь в последнее время в Лихолесье их становилось всё меньше.

Её взгляд скользил по танцующим парам, пока не остановился на статной фигуре эльфа, ловко кружившего свою партнёршу в центре круга. Леголас тоже был здесь. Его светлые локоны и горделивую осанку она бы не спутала ни с кем. На благородном лице застыла задумчивая улыбка, глаза, устремлённые на рыжеволосую эльфийку напротив, радостно блестели. Сельвен не помнила её имени, но кажется, та служила на лесных границах, как и Ровион. Обычно глухая к сплетням, дочь лекаря не могла не обратить внимания на все эти голоса, что шептались о новой пассии принца Леголаса, а теперь вот увидела это своими глазами. Сельвен резко втянула воздух. Нет, ей не хотелось даже думать о том, какие чувства вызывало это в её душе. — Скоро всё закончится. Скоро мы уйдём отсюда. — Повторяла она как заведенная, не в силах оторвать взгляд от танцующей пары.