Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

в Торволд. Там, по крайней мере, драконами уже никого не напугаешь.

— А если в роду Юшизвира сумасшествия не наблюдается? — всё-таки уточнил папа.

— Тогда и будем думать, — ответил ему альфа. — Но я практически уверен, что «родовое проклятье» их тоже преследует.

* * *

С попытками разговорить потомков третьего Великого Корвил провозился до самого обеда — крепкие оказались орешки, никак не желали выдавать семейную тайну. Мы даже успели сходить на несколько занятий. Но в конце концов, когда Корв разоткровенничался сам, наша версия всё-таки подтвердилась — да, у них в старости тоже все сходят с ума.

Затем наш огневик поехал за отцом и дядей, которые ещё спозаранку ускакали к Борвесу. Их жёны, кстати, остались приглядывать за стариком, потому что его собственная супруга уже не справлялась. Физически-то дед был очень даже крепок, а с мозгами совсем беда.

А вот с собой Корвил прихватил ещё и кузена. По возрасту тот был немногим старше Одера — родили-то дядя с тётей его уже после трагической гибели Говерта. И даже назвали почти так же — Го́рвард.

Тем временем мы с парнями посетили ещё одно занятие.

Но потом всё же отправились вместе со всеми в Торволд. Учёбу ещё успеем нагнать, а тут фактически новая история Артана творилась — ну как такое можно пропустить!

Едва я выехала из портала, меня вместе с лошадью чуть не сбил с ног кто-то огромный и пятнистый. В первый момент ужасно испугалась, но это оказался Кекс — соскучился котик, пока мы отсутствовали.

Невеста уже обнималась с Одером, Сонет — с Крэйдиром. А Барсик и Барса преданно вертелись возле наших зимников. Волки тоже были здесь.

— Зверей не трогать! — строго предупредил родичей Корвил.

— И тогда они вас тоже не тронут, — язвительно добавил Сэйвир.

Огневики напряжённо оглядывались. И ещё вопрос, что их тревожило больше — куча хищников вокруг или же сама по себе поездка в логово зимников.

— Корв, ты объяснишь наконец, зачем притащил нас сюда?! — хмуро вопросил его отец, которого звали Ми́нтас.

Имя его брата-близнеца было Ги́нтос. Причём они были настолько похожи, что я их, признаться, путала. Спасибо хоть, одежда на них различалась.

— Пойдёмте в дом, — пригласил альфа. — Там всё объясним.

— А может, начать прямо с демонстрации? — с хитрым видом предложил Корвил.

— Ну, если нервы у твоих крепкие… — пожал плечами зимник.

— Крепкие, — заверил его огневик. — В общем, смотрите, — обратился уже к родичам.

Они с Одером отошли подальше и… перекинулись.

Трое огневиков застыли в полнейшем шоке.

69-2

— Эт-то ч-что? — с трудом вымолвил Минтас спустя, наверное, секунд десять.

— Слева Корвил, справа Одерли, — любезно «пояснил» Сэйвир. — А вообще — драконы.

— Но как такое возможно?! — с вытаращенными глазами вскричал Гинтос.

— Ну вот такая у них природа, — развёл руками альфа. — Откровенно говоря, выяснилось сие, по сути, случайно.

— Собственно, мы все — драконы, — сообщил уже вернувшийся в человеческую ипостась Одерли. — Потому что драконом был наш предок Байдигир.

— Хочешь сказать, мы тоже можем превращаться в таких вот гигантских ящеров? — недоверчиво уточнил Горвард.

— Пока ещё не можете, ибо у вас данная способность заблокирована. Но если снять блок — да, сможете.

В этот момент перекинулся и Корвил. И тут же со сдавленным воем повалился на снег.

— Что с ним? — испугался за сына Минтас.

— Ничего страшного, дед, — успокоил его Одер. — Просто первые трансформации крайне болезненны. Я-то эту стадию уже миновал. Но отец начал обращаться позже меня.

— Что ты там про блок говорил? — вспомнил Гинтос. — Кто нам его поставил?!

— Над этим вопросом мы бьёмся уже который день, — признался Сэйвир. — Однако ответа так и нет. Ладно, пойдёмте в дом, нам нужно многое вам рассказать.

— А как же Корвил? — бросать сына в таком состоянии Минтас явно не собирался.

— Сейчас очухается и тоже присоединится к нам, — заверил альфа.

— Я останусь с ним, — сказала Бринэль. — А вы идите.

Едва мы все расположились в большой уютной гостиной, Корвил с супругой туда тоже пришли. Слуги подали нам кружки с глинтвейном.

А дальше были рассказы. Начали с истории Малварии. Это повествование вёл Сэйвир. А когда перешли к спалившим деревню драконам, слово взял уже Корвил.

Огневики слушали с величайшим интересом, но иногда, конечно же, перебивали вопросами. Особенно на второй части.

— Неужели же Байдигир действительно был такой отпетой скотиной?! — с горечью вопросил Гинтос уже в самом конце.

— Дядя, ну ты сам-то сопоставь факты, — сказал ему Корвил.

— А ведь выходит, — огневик помрачнел окончательно, — если бы не блок, Говерт был бы жив.

— Да, он мог бы улететь от лавины, — кивнул племянник. — И ещё других спасти.

— Но какая же тварь понаставила нам блоков?! — зло вопросил Минтас.

— Гибели сына никогда ей не прощу! — прорычал Гинтос.

— Да, вычислим — спалим к демонам! — поддержал его брат.

— Мы уверены, что первые блоки ставили сами Великие, поскольку до дрожи боялись конкуренции, — поделился итогами наших размышлений Корвил. — А вот кто продолжает ставить их до сих пор — загадка. Но кто-то точно продолжает, потому что на полугодовалой дочке Сомвирата он тоже уже стоит.

— А может, этот проклятый блок просто передаётся по наследству? — предположил Минтас. — Первых заблокировали драконы, а все остальные уже рождаются с блоком.

— Сэйвир считает, что такое невозможно, — сказал Крэйдир.

— А Сэйвир у нас что — главный специалист по блокам?! — раздражённо вскинулся Гинтос.

— Ну, снимать-то их никто, кроме нас с Энрилом и Велиной не умеет, — язвительно улыбнулся зимник. — Впрочем, ты можешь попытаться разблокировать свой дар сам.

— Если бы я ещё ощущал этот демонов блок!.. — буркнул тот.

— Но чтобы внешнее воздействие передавалось по наследству — это действительно нереально, — подчеркнул альфа. — Посудите сами. Если кого-то, например, изуродуют, его детям это увечье никогда не передастся. Так же и какое-либо ограничение посредством магии никак не может осесть в генах.

— Так если только ты умеешь снимать блоки — может, ты их нам и поставил?! — решил найти крайнего Горвард.

— Ага, и Гинтосу с Минтасом поставил, — криво усмехнулся Сэйвир. — Ещё до своего рождения.

— Ну значит, твой отец или дед, — нашёлся тот, осознав бредовость первого предположения.

И тут же огневики уставились на