Золотые пески Шейсары. Трилогия (СИ) - Лайм Сильвия

Он улыбнулся, и Арлин вдруг подумала, что, возможно, Фатель была бы не так уж несчастна с этим человеком. Граф казался спокойным, уравновешенным и вполне гибким человеком, готовым даже играть в такую сомнительную игру, которую она ему прямо сейчас предлагала.

– Что ж, будь по‑вашему, – хмыкнул он. – Жаль только, что передо мной прекрасная фея, а я нынче нечто вроде домашнего кота, – он улыбнулся и стряхнул с полосатой жилетки невидимую пыль.

Арлин сперва дернулась от ужаса, переспросив:

– Фея?..

– Простите, я не угадал ваш наряд? – вполне натурально испугался граф. – Простите мне мою глупость, я подумал, что, раз у вас есть крылья и прекрасные розовые волосы, то вы, несомненно, фея. Кто же вы тогда?

Арлин отпустило в тот же миг, как она поняла, что граф имеет в виду всего‑лишь ее платье, и он вовсе не догадался, что она на самом деле не человек.

– Вообще‑то это был костюм бабочки, – улыбнулась она, стараясь не вдаваться в подробности того, что волосы‑то – вовсе не часть наряда, – зато ваш костюм казался мне костюмом тигра, неужели на самом деле вы – кот?

Граф удовлетворенно растянул губы.

– Действительно это был “тигр”, спасибо, что угадали, сьера. Так что у вас было ко мне за дело?

Арлин глубоко вздохнула. Ну, вот и настал тот момент, ради которого все и затевалось.

Она должна была помочь Фатель, сделать хоть что‑нибудь хорошее для своих студентов. Как ни странно, за то недолгое время, что она преподавала в академии, группа, которая была прикреплена к ней всего лишь до конца года, стала важна для нее. И Арлин хотела, чтобы у них всех все было хорошо.

– Я хотела поговорить о вашей невесте, граф, – начала фея и тут же заметила, каким внимательным и серьезным стал его взгляд.

Через несколько минут, в течение которых Арлин осторожными фразами рассказывала об академии и о том, как важно обучение для молодых сьер, граф начал согласно кивать и тереть подбородок. Фея ни словом не обмолвилась о том, что у Фатель есть другой возлюбленный или о том, что она не хочет замуж. С этим, как надеялась Арлин, девушка уж как‑нибудь разберется сама. Главное дать ей возможность продолжать обучение. И наделить ее временем, которого у нее не было.

– Конечно‑конечно, – в очередной раз кивнул граф. – Я с вами совершенно согласен. Но почему маркиз Ранна‑еш не сказал мне, что его дочь проходит обучение в академии? Это ведь так престижно, конечно, я не стал бы торопить со свадьбой и тем более просить Фатель бросать обучение. Полагаю, есть смысл дождаться хотя бы конца года.

Арлин улыбнулась. Дело было сделано. А дальше, если Фатель захочет, найдет способ избежать этого союза. В конце концов, она может сбежать, Аскер может ее выкрасть, или вовсе граф передумает сам.

– Полагаю, маркиз просто беспокоился о вашем удобстве и не хотел стеснять вас, – пожала плечами она. – Но я рада, что удалось решить этот вопрос. Спасибо, граф.

“Тигр” снова взял ее руку и запечатлел на ней поцелуй уже гораздо с большим желанием, чем прежде. А когда снова посмотрел на Арлин, проговорил:

– Я хотел бы тоже быть вам чем‑нибудь полезен. Подскажите, что я могу сделать для прекрасной бабочки, красотой затмевающей фей?

Арлин улыбнулась.

– Что вы, не стоит беспокоиться, – ответила она и забрала руку от греха подальше. Пора было закругляться с разговорами.

Тем более что Арлин внезапно заметила, как метрах в двадцати от них мелькнула фигура того самого министра культуры, что привязался к ней в ателье. Не хотелось бы, чтобы он ее заметил.

– И все же я настаиваю, – говорил тем временем граф Дюпри‑эн, доставая из нагрудного кармана маленькую серебристую карточку с голубыми буквами. – Здесь указано мое имя и печать, – добавил он, протягивая ее Арлин, – один раз этот документ может послужить вам помощью в каком‑нибудь важном деле. Все что угодно: от разговора с любого рода чиновниками, до доступа к королевской библиотеке. Не знаю, что вам может понадобиться из этого, однако на всякий случай возьмите. Так я хотя бы не буду чувствовать себя должником.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Спасибо, – неловко проговорила Арлин, представления не имея, что ей делать с этой бумажкой, но на всякий случай забирая ее из рук графа. – А теперь, если не возражаете… – хотела она закончить разговор, как откуда‑то сзади раздался знакомый и невероятно грозный голос, от которого все внутри феи перевернулось и вспыхнуло:

– Прошу прощения, за то, что вынужден украсть у вас эту прекрасную сьеру, – сказал Рейнар Рес таким голосом, словно подписывал кому‑то смертный приговор.

– Сьер Рес, – с уважительным поклоном поприветствовал его граф Дюпри‑эн, и стало ясно, что хоть Рейнар – никакой и не граф, не виконт, и даже не барон, положение при дворе его величества короля он занимает даже не среднее.

– Сьер Дюпри‑эн, – вернул поклон ректор и, не дожидаясь, пока граф скажет что‑либо еще, схватил Арлин под локоть и повел куда‑то в сторону.

– Эй‑эй! – прошипела фея, едва сдерживаясь, чтобы не вскрикнуть, привлекая к ним излишнее внимание. – Что ты себе позволяешь?

– Это ты что себе позволяешь? – прорычал Рейнар, как только вытолкал ее за дверь зала, продолжая тащить по коридору. Впрочем сейчас со стороны могло сложиться впечатление, что они и вовсе обычная влюбленная парочка и просто прогуливаются вместе.

Словно подтверждая мысли Арлин, Рейнар втолкнул ее в какую‑то нишу в стене, спрятанную за высокой колонной. Фея ахнула, сперва решив, что вот‑вот ударится лбом о камень, но внезапно оказалась в крохотном узком пространстве, скрытом той самой колонной и дополнительно огороженном тяжелыми портьерами. Догадаться, что в обычном коридоре есть вот такое тайное место было совершенно невозможно.

– Что это? – опешила сперва Арлин, позабыв даже возмутительную наглость своего спутника.

– Это секретное помещение в стене, создано еще при строительстве замка для тайного прослушивания. Ну и для возможности спрятаться, если за тобой гонится, например, убийца или отравитель, – отчеканил ответил Рейнар, а в следующий миг упер руку в камень прямо возле головы Арлин, нависнув над ней всей своей огромной мощной фигурой.

Фея шумно сглотнула, почувствовав близость дракайна. Нечеловеческий жар его тела мгновенно достиг ее кожи, обжег. А губы, которые так вызывающе двигались всего в нескольких сантиметрах от ее лица, и вовсе вызвали вдруг неуместную дрожь вперемешку с раздражением.

– Не будем заострять внимание на том, откуда ты такой умный взялся, но кто позволил тебе так со мной обращаться? – фыркнула Арлин, стараясь всеми силами концентрироваться на той эмоции, которая казалась ей единственно верной – на возмущении. А вовсе не на желании прикоснуться к лицу своего похитителя, мягко провести ладонью по щеке, очертив пальцами подбородок и дойдя до приподнятого уголка губ…

Тролли его укусите, почему уголки его губ приподняты?.. Он смеется над ней?!

Или?..

– Умный я от природы, – улыбнулся Рейнар, но в этой улыбке Арлин почудилось что‑то хищное. Она подняла взгляд к его глазам и увидела, что они все еще агрессивно горят, несмотря на все остальные знаки, что подавало его тело. На то, что его рот изогнулся в улыбке, язык, будто случайно, облизнул нижнюю губу, сделав ее влажной, а все тело мужчины ощутимо напряглось, став горячее.

С каждым мгновением Арлин все сильнее казалось, что рядом с ней просыпался живой огонь.

– А вот тебя кто надоумил приходить во дворец? – тихо проговорил он, однако с каждым словом его голос все более походил на рык. Рейнар явно был в бешенстве, вот только арлин понятия не имела, почему.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Какая тебе разница? – хмыкнула она, отвернувшись. Следуя собственной легенде, мол, пришла она сюда и не из‑за него вовсе. И вообще – будто до ректора Вечерней академии никакого дела ей, приличной фее, нет.

Она даже демонстративно сложила руки на груди и приподняла нос.

Смешно конечно. Учитывая, как сильно билось ее сердце от того, что Рейнар прямо в этот момент наклонился к ней еще ближе и прошептал прямо на ухо, запутавшись носом в коротких рубиново‑алых прядях: