Лили Сент-Кроу - Странные ангелы

Я упала плашмя на пол, не успев затормозить перед креслом, и стала лихорадочно искать оружие. Времени подняться на ноги не осталось, тем более что они то и дело цеплялись друг задруга или разъезжались в стороны. Из кухни донеслись звуки разбитого стекла, и через мгновение в коридоре послышались тихие шаркающие шаги, а потом громкий стук и разъяренные вопли зомби, споткнувшегося о коробки.

Пальцы превратились в толстые неуклюжие сардельки и до ужаса медленно тянулись к пистолету. Наконец я выхватила оружие из кобуры — липучка, к счастью, не помешала. Правая рука почувствовала приятный холод металла, а левой я уже отбрасывала в сторону кресло, одновременно переворачиваясь на спину. В голове снова прозвучал успокаивающий голос отца: «Не торопись, солнышко! Никогда не целься в кого бы то ни было, если не собираешься стрелять на поражение. С любым оружием обращайся с осторожностью и не забывай, что оно может быть заряжено!»

Я надеялась, что пистолет заряжен. Точнее, не сомневалась: отец никогда бы не держал оружие под руками в кресле, не будь оно готово к бою. Я научилась стрелять еще в девять лет из ружья, что хранилось у бабушки дома. Да мне ли не знать о правилах обращения с оружием, ведь не зря я помогала отцу на охоте! Как держать пистолет в руке правильно и даже неправильно, расскажу любому без запинки…

Из-за угла появился спотыкающийся на каждом шагу зомби и сразу устремил на меня взгляд подгнивающих глаз. В них мерцает дьявольский голубой огонек, а в глубине зрачков то и дело вспыхивают красные искры. И тут в нос ударил запах зомби.

Вонь, исходящую от ходячих трупов, невозможно вообразить, если только вам не доводилось охотиться на нежить за темной гранью мира. Зомби пахнут сладковатым гноем, протухшими яйцами и залежалым мясом, в котором завелись личинки. От омерзительного смрада гниющей плоти на любого человека мгновенно накатывает волна тошноты, а в следующее мгновение открывается рвота.

Я кричу от страха, но из пересохшего горла вместо крика вырывается только глухой свистящий хрип. Быстро целюсь и нажимаю на спусковой крючок.

Слышится щелчок.

Дьявол!

Пистолет не снят с предохранителя!

А зомби уже тянет ко мне руки, из его рта снова вырывается жуткий рев, и он… падает на пол!

Шевелись, снимай скорее чертов пистолет с предохранителя! Я судорожно тереблю в руках оружие, пока зомби пытается встать с ковра. Мне повезло, мокрая от снега и исходящая желтым гноем тварь в любимой отцовской армейской куртке споткнулась о коробку, которая частично загораживает вход в гостиную.

Наконец щелкает предохранитель, и я со вздохом облегчения, больше похожим на воронье карканье, откидываюсь на спину и снова прицеливаюсь.

Встречаюсь взглядом с зомби и смотрю прямо в остекленевшие глаза, некогда принадлежавшие отцу. Он уже стоит на ногах. Странно, но ботинок на разлагающихся ногах нет — куда подевались папины ботинки?! Зомби пытается дотянуться до меня трясущимися руками, с которых на ковер падают отгнившие кусочки мертвой плоти. Мерзкая вонь проникает в нос, заполняет легкие и туманит голову. Я нажимаю на спусковой крючок, содрогаясь от приступа накатывающейся тошноты.

Первая пуля уходит мимо цели и, выбив часть штукатурки, застревает в стене гостиной. Я кричу, но кроме глухого хрипа не могу выдавить ни звука. Взбешенный зомби рвется вперед и почти падает на меня. Зубы щелкают, полусгнившая челюсть двигается с жутким чавкающим звуком — голодная тварь готова сгрызть жертву заживо. Я еще раз нажимаю на спусковой крючок.

Странно, но выстрелов не слышно, хотя, надо полагать, они были оглушительными. В ушах отдаются лишь собственные рыдания.

Зомби упал на меня плашмя, липкий гной и черная кровь брызнули прямо в лицо. Капли жгли кожу хуже кислоты. Вблизи холодный как лед зомби вонял еще омерзительнее. Полуразвалившиеся челюсти дважды щелкнули, тело судорожно вздрогнуло, а изо рта полился черный поток отвратительной жидкости.

Я кричала, не умолкая ни на секунду. Набрать воздух в легкие не удавалось, поэтому крик получался жалким и пискливым. Пистолет щелкал вхолостую. Я расстреляла всю обойму, но по-прежнему держала палец на спусковом крючке.

Зомби умер, и на сей раз по-настоящему. В его груди зияла огромная дыра, пробитая кучно попавшими пулями. Самое главное в бою с зомби — уничтожить его сердце, по-другому ходячий труп не убить. На этом, кстати, и зиждется процесс создания зомби из умерших людей, ведь именно сердце заставляет тело двигаться. По крайней мере, так пишут в книгах. Если честно, не книги меня спасли, а рефлексы! Я просто целилась и стреляла так, как учил меня во время долгих тренировок отец.

«Никогда не целься в голову, если можешь выбрать другую цель. Не дави резко на спусковой крючок. Солнышко, нажимай плавно! — снова звучит в голове нескончаемым рефреном голос отца. Разбудите меня среди ночи, и я повторю папины наставления слово в слово. — Никогда не прицеливайся, если не собираешься убивать!»

Я беспомощно билась под тяжестью мертвеца, пытаясь освободиться, и с отвращением молотила зомби по голове пистолетом, словно молотком. Наконец мне удалось выбраться, и, судорожно всхлипывая, я отползла от трупа в самый дальний угол комнаты. Левая рука, натертая ковром, горела, а правая сжимала пистолет с пустой обоймой.

В углу гостиной я прислонилась спиной к стенке и неожиданно поняла, что продолжаю всхлипывать. Еле слышимые, бессвязные звуки эхом отражались от пустых белых стен. Меня трясло, как в лихорадке, а кожа зудела от вонючей липкой жижи.

Зомби в папиной куртке и джинсах лежал вниз лицом. Сквозь разлагающуюся плоть вытекали тоненькие ручейки слизи и гноя. В комнате плотной стеной стоял отвратительный до тошноты смрад. Стоит повредить сердце зомби, и его тело начинает стремительно разлагаться, даже кости превращаются в пыль.

Из глаз брызнули горькие слезы.

Сквозь рыдания пробивалось одно слово, которое я повторяла снова и снова:

— Папа? Папа?! Папа!

А он лежал на полу и не двигался.

Получив такую страшную рану, не поднимется ни один человек, и даже зомби.

Глава 6

Торговый центр был открыт для посетителей, что, впрочем, неудивительно, поскольку вся имеющаяся в городке снегоуборочная техника отправилась на борьбу с заснеженными улицами и дороги скоро вновь стали чистыми. В здешних местах к зимам относятся с маниакальной серьезностью и не дают снегу ни единого шанса на выживание, посыпая тротуары песком с солью и вычищая улицы до асфальта. Все автобусы ходят по своим маршрутам. Из-за горсточки снега жизнь в прериях не остановится ни на секунду, уж поверьте на слово! Кстати, нельзя забывать о расслабляющей музыке, которую без конца проигрывают в торговых комплексах. Кто ж ее будет слушать, как не покупатели!