Александра Харви - Кровная месть

— Ох...— Люси поморщилась при мысли о том, как много времени должно было занять нанесение этих рисунков.

Большая их часть тоже изображала собак, бегущих одна за другой вверх по моим рукам. Их подчеркивал рисунок вен.

— Все равно они жутко крутые.

— Ты меня не боишься.

Я не спрашивала, а утверждала. Люси явно удивилась, услышав это.

— Нет. А что, надо бы? Ты же спасла Соланж.

— Даже вампиры нервничают рядом с куан мамау,— напомнила я, хотя и сама не совсем понимала, почему настаивала на том, что она должна бояться.

Просто меня не слишком часто принимали вот так безоговорочно, ни в революционном Париже, ни, само собой, в среде других вампиров. Я чувствовала необходимость разобраться в странном новом ощущении. Так некоторые испытывают потребность постоянно дотрагиваться языком до больного зуба.

— Это из-за того, что ты носишь всякие кости, и проводишь странные ритуалы в пещерах и раскрашиваешь лицо? — с усмешкой спросила Люси.— Ох, умоляю! Мои родители постоянно занимаются тем же самым. Они просто обожают участвовать в шаманских ритуалах и танцевать голышом в полнолуние.

— Это все объясняет, не правда ли? — Соланж осмотрела на меня с застенчивой улыбкой, предлагая включиться в игру.

— Да... она не как все,— согласилась я. '

— Причем совсем рядом,— благодушно пробормотала Люси.— Я вас слышу даже с моими никудышными человеческими ушами.

Все это выглядело совершенно нереальным. Если бы моя жизнь пошла по другому пути, я могла бы спокойно посиживать в шелковом платье, вместе с подругами попивая чай и угощаясь птифурами. Но так уж случилось, что ничего такого мне до сих пор делать не приходилось. Я попыталась представить, чем сейчас могла бы заниматься Магда. То ли исследует пещеры, то ли скандалит со стражниками. Я могла бы поспорить на что угодно, что Магда обязательно с кем-нибудь поругается.

— Можно дать тебе один совет? — спросила Люси.

— Наверное, да.

— У тебя сильный французский акцент. Так что если какой-нибудь парень спросит, почему ты не носишь французские платья, врежь ему ногой по коленке.

— Особенно если это будет один из моих братьев,— согласилась Соланж.

Шарлеман вдруг зарычал. Я нахмурилась и быстро оглядела комнату в поисках причины его тревоги, но ничего не увидела. Потом кто-то постучал в переднюю дверь. Мы выбежали в холл, причем Люси весьма рассудительно держалась за нашими спинами. Соланж посмотрела в глазок, потом взялась за дверную ручку.

— Еще один подарок,— вздохнула она.— Если честно, я думала, что, когда мои феромоны угомонятся после обращения, они от меня отстанут.

На террасе лежал пакет, завернутый в красную фольгу, вокруг него были рассыпаны лепестки белых роз.

Соланж потянулась, чтобы взять пакет, но я схватила ее за руку и сказала:

— Не надо. Это Монмартр. Я чую его запах.— Я подтолкнула ее в спину и взялась за меч.— Иди в дом.

Я не стала ждать, пока она послушается, а просто втолкнула внутрь и захлопнула дверь перед ее носом. Я уже осторожно спускалась по ступенькам, когда рядом со мной вдруг возникла какая-то бледная тень.

Я чуть не снесла голову Логану. Он грациозно, как настоящий танцор, уклонился от моего клинка. Его симпатичное лицо было мрачным.

— В лесу кто-то есть,— тихо сказал Логан.

— Знаю. Это воинство.

Я учуяла этот запах, каким бы слабым он ни был,— кровь, лилии и вино. Личная армия Монмартра всегда пахла именно так.

— Стой здесь,— приказал Логан.

— Я Гончая,— возразила я.— Это мое дело. А вот ты останься тут.

— Черта с два.

— Тогда не путайся у меня под ногами.

— Черта с два,— повторил он.

Мы двигались легко, как дым, между кедрами и кленами, стоявшими вдоль подъездной дороги, к полю, граничившему с лесом. Я держала меч низко, чтобы лунные лучи не отразились от лезвия и не выдали нас. Шарлеман мягко топал рядом со мной, готовый к битве, но не издающий ни звука. Деревья, обросшие мхом, высились над нашими головами, в ветвях между густыми листьями сидели совы и спящие ястребы. Земля под ногами была мягкой, папоротники щекотали нас. Даже насекомые затихли, ни единая цикада или кузнечик не выдавали себя. Лишь река вдали что-то негромко напевала себе под нос.

Логан резко повернул голову вправо и остановился. Я проследила за его взглядом и кивнула, давая понять, мол, вижу то же, что и ты.

Один-единственный лепесток белой розы, втоптанный в землю.

Пусть Логан и носил кружевные манжеты, когда не был обнажен до пояса, но оказался неплохим следопытом. Подул ветерок — и мои ноздри расширились. Запах кровавых лилий усилился, стал густым, как благовония. Мы пошли на него и по молчаливому согласию разделились, когда нужно было обойти большой дуб. Логан повернул влево, я осталась по правую сторону дерева. Что ж, в такой обстановке я чувствовала себя уверенно. Выслеживать воинство — мое главное дело. Оно подходило мне куда больше, чем вежливые беседы и королевская политика. Я уже почти жаждала стычки.

Их оказалось всего двое, хотя пахли они так, словно их было гораздо больше. Парочка двигалась быстро, но недостаточно. Логан метнулся вперед, чтобы перекрыть им путь, а я подкралась сзади.

Один из них зашипел:

— Ты слышишь?..

Он не успел закончить вопрос, стремительно развернулся на одной ноге и злобно уставился на меня. Я не стала тратить время на то, чтобы рассматривать его, а просто прыгнула вперед с мечом на изготовку.

— Собачье отродье!..— бросил он.— Далековато от дома забралась, а?

— Не дальше тебя.

Он взмахнул кулаком, уверенный в собственной силе.

Я отскочила назад, вскинула брови, глянув на врага, поддразнила его:

— На службе Монмартру ты стал жирным и ленивым.

От ярости лицо вампира покрылось пятнами, он зарычал и бросился в атаку. Но гнев сделал его неповоротливым, мне нетрудно было уйти. Я порхала вокруг него, как колибри. Шарлеман стоял чуть в стороне, ожидая приказа.

Логан расправился со своим противником даже прежде, чем они успели по-настоящему помериться силами.

— Хватит играть с ним, прикончи его! — проворчал он, пронзая врага кинжалом.

У воина, который изо всех сил старался достать меня, был такой же кинжал, изогнутый и длинный, почти как меч. Но у него не было ни арбалета, ни ружья с пулями, наполненными святой водой. Воины Монмартра очень любили это оружие и обязательно забирали его у погибших агентов «Гелиос-Ра». Мой противник был снаряжен для выслеживания и проникновения в тыл врага, а не для битвы. Я бесстрастно отмечала все эти детали, сосредоточившись на том, чтобы перемещаться как можно легче. Наши движения становились все быстрее и яростнее. Для постороннего взгляда мы, наверное, превратились в нечто размытое, в некие цветовые пятна, похожие на краски, расплывшиеся на влажной ткани. Пепел убитого Логаном вампира просыпался на ближайший куст папоротника. Логан наклонился и взял что-то из одежды, оставшейся на земле. Я парировала удар, направленный мне прямо в сердце, и металлические кольца кольчуги, вшитой в тунику, негромко звякнули. Я нацелилась в голову врага, но действовала с намеренной обманчивой медлительностью. Он инстинктивно отклонился назад и отбил удар. Я воспользовалась моментом, застала его врасплох и рубанула по ноге. Он выругался и пошатнулся. Из ноги хлынула кровь и растеклась по подлеску. Я хотела добить его, но он уже убегал, сломя голову несся по лесу. Конечно, я могла бы догнать врага, идя по кровавому следу...