Академия Черного дракона - Елена Ха
Мара же устала защищать Свада во время этой бесконечной трапезы. Со слов Розарики он был самым некрасивым, тщедушным, глупым и бездарным драконом королевства.
– Думаю, если бы не твои колдовские уловки, твоя истинная уже сейчас наставляла бы тебе рога! – заметила Розарика. Свад почти не участвовал в разговоре, отмалчиваясь. Вот и на это милое замечание он лишь согнул серебряную вилку в рогалик. Мара же с нотками обиды в голосе заметила:
– Я бы никогда не стала изменять Сваду! Сильнее его, внимательнее и краше нет на этом свете!
Восторженные реплики Мары явно тоже утомили мужчину, он отшвырнул вилку и взялся за нож.
Мара же с каждым отпитым глотком вина чувствовала, как ее отпускает безоглядная влюбленность и на ее место приходит опустошение. Но слушая едкие замечания гостьи, она продолжала играть роль восторженной дурочки.
Последним гвоздем в крышку гроба этого милого семейного обеда стала реплика Розарики:
– Интересно, Свад, а ты и детей своих зачаровывать будешь, чтобы они не рыдали от одного твоего вида?
Мужчина резко встал и объявил:
– У меня дела! Слуги покажут тебе твою комнату. Мара, идем, я провожу тебя на пару. Ты как раз успеешь на последнюю.
Девушка тут же подскочила и встала плечом к плечу с истинным. Их уход из собственной столовой больше напоминал бегство.
Сидя на паре по стихиям Мара не переставала думать о детстве Свада:
«Неужели в родительском доме каждый обед и ужин были такими? Неудивительно, что Свад никого не любит и не уважает. У него развит только один инстинкт – выжить любой ценой!»
Потом Мара с содроганием вспомнила, что раскрыла Сваду тайну своей защиты.
«Он мог бы уничтожить булавку. И я бы оказалась полностью в его власти. Но он вернул ее на место. Кажется, Свад действительно нуждается в моей любви, – размышляла девушка и тихонько хихикнула, вспомнив, с каким нетерпением он пытался затащить ее к себе в кабинет, – Интересно, что он хотел там со мной сделать…»
Фантазия тут же подкинула несколько интересных картинок, от которых девушку бросило в жар. Хорошо, что лекция закончилась, и Мара поспешила на улицу. На полпути к жилому корпусу ее догнал Свад, взял за руку и тихо спросил:
– Как себя чувствуешь?
Мара посмотрела на него внимательно, он все тут же понял без слов.
– Я рад, – выдохнул он с облегчением.
– То есть ты не хочешь, чтобы я была в тебя влюблена? – с усмешкой уточнила Мара.
Мужчина резко остановился и дернул ее на себя. Она тут же оказалась в его объятиях.
– Очень хочу, но по-настоящему…
Он пожирал ее лицо глазами, его пальцы нежно погладили ее по щеке. Она сама привстала на носочки и потянулась к его губам, он рвано выдохнул и поцеловал, нежно и неторопливо. Когда его язык несмело принялся ласкать ее, дверь их дома распахнулась, и Розарика огласила округу гневным криком:
– Как ты мог отправить моего сына жить в общежитие?!
– Он студент моей академии. И живет со всеми студентами. Что тебе не нравится! – вмиг заледенев, процедил сквозь зубы Свадрик, медленно развернувшись к сестре.
– Он твой племянник и должен жить в твоем доме! К тому же у него уже есть истинная, и им положено жить в одной комнате. Им же невыносимо быть в разлуке друг с другом! Но тебе не понять! Ты всегда был ледышкой.
Розарика вернулась в дом, и через открытую дверь Мара услышала ее причитания:
– Идем, сынок, выберем тебе подходящую комнату.
Свад решительно направился за сестрой, Мара поспешила за ним.
Розарика поднялась по лестнице, ведя за руку сына, у которого на лице не было ни грамма восторга от того, что он переедет из общежития в дом дяди. За ними бежала Лерика. В конце процессии вышагивал угрюмый Свад. Мара вздохнула. Теперь она понимала, почему ее истинный попросил о помощи. С этой драконицей у любого мужчины сдадут нервы.
«Интересно, какой у нее истинный?» – размышляла Марика, поднимаясь на второй этаж. Ей хотелось снять мантию, подготовиться к завтрашним урокам и обдумать события дня, а еще ужасно хотелось побыть наедине со Свадом, поговорить, узнать лучше. Ведь пока его поступки ее скорее радовали. Мучил вопрос, что же он собирался делать с ней в кабинете?..
– Эта комната мне нравится. Я остановлюсь здесь, – услышала Мара, подходя к своей спальне, – А Гройрик вполне может расположиться в апартаментах напротив. Это будет очень удобно…
– Это моя комната, – заявила Мара. Она не привыкла отдавать без боя свое, – Напротив личная спальня Свадрика. Для вас, Розарика, приготовили гостевую комнату, она дальше по коридору. Если вы будете настаивать, Гройрик также может переехать в спальню рядом с вашей.
Розарика удивленно посмотрела на Мару, как на клопа, осмелившегося подать голос.
– Милочка, а я тебя не спрашивала. Эта комната мне нравится. Слуги, принесите мои вещи сюда.
– В этом доме слугам приказывает один хозяин, и он уже отдал распоряжение, – ледяным голосом объявила Мара, прямо смотря в глаза новой родственницы.
– А у девочки есть зубки, – усмехнулась Розарика, – Ты новенькая и не знаешь, что в нашей семье принято уважать старших. Поэтому собери свои пожитки и отправляйся в гостевые комнаты, и Свада с собой прихвати.
Маре категорически не нравилось поведение Розарики, еще больше ее расстраивало, что Свад на всю эту сцену смотрел молча и даже не думал вступиться за девушку. И только она хотела обиженно покинуть поле боя, как мужчина полным угрозы голосом объявил:
– Розарика, твоя комната находится по соседству с этой. Если она тебе не нравится, в Уграде есть пару достойных трактиров, я прослежу, чтобы там тебе предоставили лучшие апартаменты. Гройрик останется жить в общежитии, потому что он студент. Это спальня Мары, напротив моя. Твои капризы не изменят установленного порядка.
– Я напишу маме, каким хамом ты стал! – взвизгнула Розарика.
– Она не интересовалась моими делами с тех пор, как я покинул родовой замок, а было это четыреста восемьдесят
