Татьяна Богатырева - Гамбит

Ознакомительный фрагмент

Куратор все еще считал пульс, сверяясь с часами-луковицей на цепочке: их он носил в кармане темно-малинового жилета, такого же старомодного и уютного, как часы. А белый форменный халат не застегивал, а набрасывал на плечи. Все это вместе почему-то упорно наводило Лилю на мысли о Белом Кролике – хотя ничего от грызуна во внешности Михаила не было.

– Теперь, Лиля, коктейль. – Он улыбнулся, показав ровные белые зубы с крупноватыми клыками. – Сначала кислородный. Не быстрее, чем за три минуты. Потом переоденься, и белковый – десять минут. Пока пьешь, погуляй по центру, в общем зале сегодня турнир.

Ободряюще подмигнул и ушел. Лиля потянулась к столику рядом с камерой. Взяла тот стакан, что поменьше. Потянула коктейль через трубочку – мм, с кленовым сиропом. Вкусно!

Допила, поставила бокал обратно и пошла переодеваться. Халатик повесила в шкаф, натянула джинсы, потом майку, свитер – и нахмурилась. А носки где? Точно же были! В сумке носков не оказалось, в кармане джинсов – тоже. Лиля почесала затылок, подергала себя за коссичку, пощелкала пальцами и вытащила скомканные носки из правого сапога. В прошлый раз, кажется, запихивала их в карман куртки. Наверное, надо все-таки привыкнуть класть их в одно место. Застегнула сапоги – опять заело молнию на правом, что ж такое-то – и взялась за второй стакан. Здоровенный, на пол-литра. Тоже с трубочкой.

Отпила, поморщилась (белковый коктейль это вам не кленовый сироп) и вышла из комнаты. Турнир в общем зале – это хорошо, посмотрим, как другие игроки спасают мир от Суши.

Большой зал находился за зимним садом, а тот – в конце узкого коридора с шестью дверями, с каждой стороны по три. Комнатки за этими дверями были небольшие и обставлены совершенно одинаково: шкаф для одежды, столик с медоборудованием и камера, похожая на горизонтальный солярий. И попадали в эти комнатки в лучшем случае полсотни человек за год, а хотелось каждому игроку. Еще бы: почти настоящий мир, любимые персонажи, несколько суток игры! Когда выходишь – внимание, расспросы, восторги…

Наверняка ее тоже станут расспрашивать, а рассказать нечего. «Неправда, есть что рассказать», – самой себе возразила Лиля. Вспомнилась улыбка Эри, неловкий поцелуй, и на сердце потеплело, захотелось радоваться и праздновать невесть что. Вот только никого, кроме нее, это не касается, и вообще не надо о таком рассказывать. Никому.

Но ведь было же и другое! Ярмарка, принцева погоня… Лилю передернуло. Это интересно, да. Слушать – интересно, а вот когда за тобой так гонятся – совсем не весело. И то, что гонится принц Артур собственной персоной, дела не меняет. Да и, сказать по правде, тот принц совсем не походил на самого себя из игры. Зато капитан стражи, Марк Оквуд, – очень даже походил. Даже, было дело, захотелось сказать Эри, что его брат потом, после коронации Артура, станет лордом Оквудом, но как-то показалось некстати.

Так, вся в воспоминаниях и с дурацкой счастливой улыбкой, Лиля вышла в зал. При ее появлении гам притих, добрая половина игроков оторвалась от экранов и обернулась к ней: заветная дверь открывалась редко и, по большей части, выпускала сотрудников ИЦ. А от группы «лордов» и «леди» отделился смутно знакомый парень в бархатной бриганте с вышитым гербом и пошел прямиком к Лиле.

– Привет. Я – Егор. – Он улыбнулся, протянул руку. Лиля хотела пожать – не дал, малость неуклюже склонился и поцеловал. – Позволь угостить тебя кофе?

Голос тоже был знаком, только Лиля никак не могла вспомнить, где видела этого Егора. И почему ей неприятна его галантность… даже не так. Приятна, но неестественна. Не вяжется с… а пес его знает, с чем. С глюками.

Лиля пожала плечами и тоже улыбнулась: глупо обвинять Егора в собственных странностях.

– Спасибо. Только про игру не расскажу, я контракт подписывала. Растреплю – вылечу.

– Да знаю я про контракт. – Егор подмигнул. – И что это дело здорово выматывает. Кофе – самое то, ага?

Посмотрев на стакан в руке, Лиля смяла его и бросила в урну у ближайшего стола. Над столом висел плакат: здоровенный мужик в желтом плаще на фоне замка. На плакате все было гладкое, чистое. Гламурненькое. Совсем не похоже на настоящее. А мужика Лиля видела – один из игроков-счастливчиков. У нее в контракте тоже был пункт: изображение в рекламных целях.

– Ну да, – кивнула она, – самое то. Куда пойдем? Егор оглядел ее не то что критически – так, с намеком. Улыбнулся.

– Да недалеко. – Кивнул на стеклянную перегородку, за которой была кафешка. Обычно Лиля в нее не ходила, слишком дорого, а тут решила: праздник же, можно разок пороскошествовать! – Передохнешь, пойдем еще куда. Если захочешь.

– Ну пошли. – На этот раз улыбка вышла сама собой. Егор был милый и симпатичный, волосы вот темно-русые, длинные, заплетенные в сложную косу, как в Тейроне носят. И намек на «потом» тоже был приятен. – А кого ты косплеишь? – спросила она и опустила взгляд на герб: меч в дубовых листьях.

Егор нахмурился, стал как будто старше и серьезнее, подал ей руку…

– Я не спущу с вас глаз, миледи, – сказал с очень знакомой интонацией.

И тут все встало на свои места. Ну точно же, она его видела только вчера – но не здесь, а там, в Тейроне! Он же вылитый Марк Оквуд, только младше. И не такая сволочь!

– А, Угрюмый Лорд, – кивнула Лиля, убеждая себя, что пятиться и удирать не надо, здесь на нее никто охотиться не собирается. Или собирается, но совсем же не так!.. – Хороший персонаж. Только мало кто поймет, он несюжетный.

– Ну не принца же Артура Сотого играть, – хмыкнул Егор, улыбнулся и снова стал просто мальчишкой с деревянным мечом и хвостами по математике, или что он там изучает на первом курсе института.

В кафе было людно. По большей части тут тусили богатенькие великовозрастные детки, те, что в парке за игровым центром катаются на лошадях, хвастаются друг другу антикварным оружием, попутно налаживая крепкие деловые связи, и устраивают фуршеты с аутентичными потрахушками в кустах. И все они готовы прямо сейчас выложить стоимость московской квартиры за «миссию с полным погружением», вот только медкомиссия отчего-то и даром не пропускает, и взяток не берет. Раньше Лиля не могла понять, по какому принципу отбирают «погруженцев», а сейчас подумала: ведь в большинстве своем они, как и Лиля, обыкновенные. Без богатых пап, без видов на Нобелевку, чаще всего одинокие и не избалованные вниманием. Вот и сейчас пять человек, в том числе и тот бугай с плаката, сидят за отдельным столиком, вроде как своей компанией, отделились от народа – а на самом деле наверняка им от всеобщего внимания неловко.