Ведьма не для змея - Аврора Джейсон

проклятии, о тюремщике. Его внезапный визит, его двусмысленные слова – что-то скрывалось за этой чередой событий.

Морвен наверно сейчас во всю следит за новыми обитателями замка. Пусть ненадолго, но они должны развеять ее скуку.

Решив развеяться, я вышла на прогулку по саду. Пусть он и был заросшим и не ухоженным за долгие годы, но это добавляло ему особое очарование. Луна заливала все вокруг серебристым светом, превращая обычные кусты и деревья в загадочные силуэты. Вдалеке послышалось уханье совы, от которого по спине пробежали мурашки. Под ногами шелестели сухие листья, нарушая тишину ночи.

Вдруг в конце аллеи я заметила фигуру. Мой тюремщик. Он стоял, глядя на луну, и казался каким-то отстраненным, даже печальным. Я хотела было уйти, не привлекая внимания, но он обернулся. Его взгляд, в свете луны, казался еще более пронзительным, чем обычно.

Я замерла, не зная, что сказать. Сердце бешено колотилось в груди. Он медленно подошел ко мне, и вблизи его лицо показалось еще более уставшим. Морщины вокруг глаз стали глубже, а в глазах читалась какая-то невысказанная тоска.

– Ты очистила источник? – спросил он тихо, нарушая ночную тишину. Голос его звучал иначе, чем днем, более мягко и даже немного растерянно.

– Да. – ответила я, стараясь говорить спокойно.

– А как с проклятием?

– Слишком много осколков головоломки.

Он вздохнул и отвел взгляд.

– Кроме тебя, больше не кому справится с этим.

Он снова посмотрел на меня, и в его взгляде промелькнула тень.

– Я не должен был с тобой так поступать.

С этими словами он повернулся и медленно пошел прочь, растворяясь в лунном свете. Я осталась стоять одна, в голове крутились его слова. Что он имел в виду? Какую роль в них играет мой тюремщик? Ночь обещала быть долгой.

– Будь я живой и не будь он занят, я бы за ним приударила. – из не откуда появилась Морвен.

Ее внезапное появление заставило меня подпрыгнуть. Морвен, с ее неизменным чувством юмора, всегда умела разрядить обстановку, даже когда хотелось забиться в угол и не высовываться. Я обернулась к ней, пытаясь уловить хоть какую-то подсказку в ее обычно игривом взгляде.

– Что ты имеешь в виду? – спросила я, хотя в глубине души уже подозревала, что она увидела в его словах и поведении то, чего не заметила я.

– Да ладно тебе, – ответила Морвен, подмигнув. – Он смотрит на тебя, как голодный волк на кусок мяса. Только очень уставший и… благородный, что ли. Видно, что ему нелегко.

Я почувствовала, как щеки заливаются краской. Неужели он действительно испытывает ко мне что-то? Или Морвен просто подшучивает, вырывая меня из пучины тревожных мыслей? Его слова, его взгляд… все это путалось в голове, не давая покоя.

– Не забивай себе голову, – мягко сказала Морвен, заметив мое замешательство. – Просто будь осторожна. И помни, что у тебя есть я.

Я улыбнулась ее заботе. В такие моменты я особенно ценила ее присутствие рядом. Повернувшись обратно к месту, где только что стоял он, я еще раз прокрутила в голове его слова. Что он имел в виду под «не должен был так поступать»? И почему именно я должна справиться с этими «осколками головоломки»? Ночь действительно обещала быть долгой, полной вопросов и сомнений.

Глава 8. Неловкий случай.

Утром я надела платье из красного бархата и по традиции спустилась на кухню. Там уже был мой тюремщик. Он сидел за столом и пил горячий кофе. Горький аромат наполнял кухню.

– Стража доложила, что в подземелье найден труп, – сдержанно начал он. – Не хочешь рассказать об этом?

В животе похолодело, но я постаралась сохранить спокойствие. Нужно ли ему сказать правду или умолчать? Лицо оставалось невозмутимым. Выдохнув, произнесла максимально ровным голосом:

– Мне ничего не известно о трупе. Возможно, это случайность? Кто-то забрел в подземелье и… умер.

Он откинулся на спинку стула, сверля меня взглядом. Тяжелым, изучающим. Этот взгляд мог бы прожечь дыру в стали. Его длинный змеиный хвост словно отбивал ритм.

– Случайности исключены. В подземелье не забредешь случайно. Прозвучало как приговор.

– Как я могу быть причастна к… случайности? – я подчеркнула последнее слово, надеясь, что он уловит мою иронию.

– Именно. Как? – он выдержал паузу, а затем добавил с ледяной усмешкой. – Вот и мне интересно. Я чувствовала, как по спине пробегают мурашки.

Знала – он не поверит ни единому моему слову. Змеиный хвост продолжал отбивать свой зловещий ритм. Я играла в опасную игру, и ставка в ней – моя свобода, а возможно, и жизнь.

– Я провела всю ночь в своей комнате, как и всегда. Можете спросить у стражи, – парировала я, стараясь выглядеть максимально невинно. – Они же постоянно следят за мной. Разве нет?

Усмешка на его лице стала еще более зловещей. Он медленно поднялся из-за стола, и его высокая фигура нависла надо мной. Вблизи его глаза казались еще более пронзительными, способными видеть сквозь любую ложь.

– Ты была в замке одна до нашего прибытия. Никто не может войти или выйти без моего ведома. – прошипел он, приближаясь ко мне. – Это не случайность, и ты это знаешь. Скажи мне правду, и, возможно, я буду более снисходительным. Ложь же повлечет за собой последствия, которые тебе не понравятся.

Молчание обрушилось на кухню, сдавив воздух, словно тяжелый бархат погребального полотна. Я чувствовала, как он выжидает, словно хищник, притаившийся в тени. Ждет трещины в моей броне, которая выдаст мой секрет. Но я стояла недвижно, сжав кулаки, словно в тиски. Ни единой искры страха, ни малейшей уступки, что могли бы стать для него поводом торжествовать.

– Хорошо, – ледяным эхом расколол тишину его голос.

Он едва заметно кивнул страже, застывшей у входа. Высокий воин, закованный в холодный металл, приблизился ко мне, словно бездушная машина. В его глазах не отражалось ни сочувствия, ни жестокой радости – лишь бесстрастное исполнение приказа.

– Проводите ее в подземелье, – отчеканил мой тюремщик. – Посмотрим на твое преступление вместе.

Грубые руки воинов сомкнулись на моих запястьях, увлекая прочь. Красное платье, еще недавно казавшееся роскошным, теперь обернулось погребальным саваном. С каждым шагом, с каждым поворотом сумрачного коридора, надежда угасала, словно пламя свечи в ледяном ветре. Я знала, что в сырой глубине подземелья меня ждет не только мертвец,