Сильвия Вайолетт - Ужин в «У Фокси»

Он кладет руку на мою.

— Я не… Я никогда… не думал о нем, как о захолустном.

— Спасибо, — слово выходит мягким и хриплым. Люди обычно думают обо мне гадости, просто потому, что я лис, и больше их ничего не волнует.

Он улыбается и поглаживает мою руку большим пальцем. Он делает это бессознательно? Он пытается меня успокоить?

— Меня с детства учили ненавидеть таких, как ты. Моя мама считает, что люди, которых сексуально привлекают оборотни, больные на голову. Но когда я лично познакомился с несколькими перевертышами, то понял, что они не такие, как мне говорили. Они были более человечными, чем многие биологические люди.

— Есть много превертышей, которые рады навредить другим.

— Да, это так, но…— он приближается ко мне еще на шаг, — Я не против вступить в связь с оборотнем.

— Хочешь быть оттраханным одним из них? — нет смысла пытаться завуалировать это выражение. Мы оба знаем, что хотим этого.

Он облизывает свои губы.

— Ага.

— Так ты никогда не…? — я качаю головой быстрее, чем остаток предложения выходит из моего рта, — Не отвечай.

— Нет, ты будешь первым, под кем я буду, — его взгляд натыкается на мой. Почему он выглядит так юно и невинно?

— Мы не должны.

— Я знаю, — отвечает он, в его голосе так много разочарования.

— Я думаю, мне лучше уйти.

— Или ты мог бы остаться на ужин?

Как на свидании. На свидании, которое не закончится постелью. Неа. Я не стану этого делать. Но я так хочу.

— Я мог бы приготовить спагетти, — предлагает он прежде, чем я успеваю ответить. Будет ли он так стараться мне угодить в постели?

Я качаю головой.

— Никакой готовки. Ты все еще не выздоровел.

— Тогда я мог бы заказать пиццу.

Если я не уйду прямо сейчас, то затащу его в кровать. Я бросаю взгляд на свои часы.

— Мне нужно пойти проверить забегаловку до закрытия.

— Ладно. Похоже, тебе и правда пора.

Я делаю несколько шагов от него. Почему, черт возьми, так сложно развернуться и уйти?

Я снова поворачиваюсь к нему.

«Не делай этого».

— Я хочу остаться, но не на ужин.

— Я знаю, — говорит он одновременно невинным и соблазнительным голосом. Это сводит меня с ума.

— Ты под обезболивающими? — спрашиваю я. Я должен убедиться, что он действительно понимает, что делает.

— Я принял только ибупрофен. Не хочу, что мой разум затуманился из-за лекарств.

— Хорошо, — киваю я, — Ты уверен?

Он снова проводит языком по губам, чем завоевывает полное внимание моего члена.

— Я хочу знать, какого это.

— Быть с оборотнем?

— Быть с тобой.

— Ебать!

— Именно, — он кивает.

Вдруг я понимаю, что он меня обыграл. Он не собирался готовить ужин. Он собирался любым способом заставить меня остаться. Он такой же хитрый, как и любой лис.

— Я знаю, что это рискованно. Но все и так уже думают, что мы переспали.

— И это хороший повод рискнуть?

— Нет.

— Тогда мы…

— Я не могу перестать думать о тебе. Вот повод рискнуть. Это и тот факт, что я дрочил сегодня утром, фантазируя о тебе, и делаю это не в первый раз.

Эти слова застают меня врасплох:

— Ты имеешь в виду…

— Я хотел тебя с тех пор, когда впервые увидел в «У Фокси».

Я не собираюсь сопротивляться ему, если он говорит такие вещи. Я хочу его, и я человек, который берет все, что хочет. Затем я ухожу.

Сайлас и я могли перепихнуться и разойтись, и никто бы никогда об этом не узнал. Но этого не произойдет. Потому что это, черт подери, не будет меня удовлетворять. Я не дам ему уйти и не уйду сам.

Я изучаю его. Его волосы немного завились на кончиках после недавнего душа. Щеки покрыты румянцем.

Он поправляет себя через штаны.

— Есть еще кое-что, — говорю я, уставившись на его пах.

— Да? — в его голосе проскальзывает неуверенность.

— Ты, возможно, уже это понял, но все же я скажу. Мне нравится быть главным в постели. Ты справишься с этим?

— Господи, да.

— Тогда снимай свои штаны.

Его глаза расширяются, но он делает, что я велел. И я был прав, он действительно не надел белье.

Я окидываю его долгим взглядом, надеясь заставить его извиваться от нетерпения.

— Ты создаешь впечатление хорошего мальчика. Но давай поговорим о лукавости. Ты ведь ненавидишь большую часть лисьего рода.

Он качает головой:

— Нет, ничего подобного.

— Но ты хотел ненавидеть, и это часть твой сущности.

— Я пытаюсь не показывать этого людям.

— Я рад, что ты не скрываешь это от меня. А теперь возьми свой член в руку и приласкай себя. Я хочу на это посмотреть.

Его лицо заливается краской. И почему это чертовски возбуждает?

Он обхватывает свой член рукой и ласкает себя медленными поглаживаниями. Вверх и вниз.

— Посмотри на меня, — требую я. Проходит несколько мгновений, и он, наконец, подчиняется, — Быстрее.

Он увеличивает скорость поглаживаний, и я делаю несколько шагов к нему. Я должен хорошо все видеть.

Его взгляд падает на мои губы. Я наклоняюсь, будто хочу поцеловать его. Наклоняюсь еще ближе, и его губы приоткрываются. Я хватаю низ его футболки и тяну наверх. Он отпускает свой член и поднимает руки, чтобы я мог снять ее с него.

Я швыряю футболку в сторону и делаю шаг назад:

— Продолжай.

В этот раз он даже не колеблется. Он гладит себя, а я наблюдаю, попутно рассматривая его обнаженное тело. Тонкая линия мягких светлых волос спускается от его пупка к широкому основанию члена. Я хочу облизать каждый дюйм его тела, но сделаю это позже. Я хочу заставить его изнывать от страсти прежде, чем прикоснусь к нему.

— Проведи рукой по своему телу. Начни с шеи. Затем по груди и животу и поласкай свои яйца.

Я прислоняюсь к стене, чтобы сдержать себя и не рвануть к нему. Не думаю, что он опытный соблазнитель, но его движения — самая эротичная вещь, которую я когда-либо видел.

Он щипает себя за сосок, когда проводит рукой по груди, и у него, как и у меня, от этого перехватывает дыхание. Затем его пальцы скользят по прессу. Он увеличивает темп поглаживаний, когда накрывает ладонью свои шары. Он закрывает глаза, пот проступает у него на лбу. Он скоро кончит, если я не остановлю его. Часть меня жаждет увидеть это, но другая, гораздо большая часть, хочет, чтобы это произошло только после того, как я глубоко войду в него.

— Остановись!

Он замедляет движения рукой, но не останавливается.

— Даже не думай кончить.

— Ты собираешься меня остановить? — с вызовом говорит он.

— Ты хочешь получить меня внутрь? — я знаю, что прерывать его сейчас чертовски грубо, но наслаждение от оргазма поможет притупить боль от вторжения.