Звездокрыл - Маргарита Блинова

мощного северянина лекарка казалась невероятно хрупкой и нежной.

Я отвернулась. Отчего-то было неприятно смотреть на эту сладкую парочку, где один еще недавно лапал мою руку, а другая вообще поспорила на него с подругами.

Брат встал и обратился к Кристену:

– Адептка Нэш утверждает, что вы были свидетелем того, как она подошла и взяла бинт с поста медсестры. Можете показать, какой была пачка?

– Естественно, – кивнул парень и, как и я, ткнул в пачку без опознавательных знаков.

Каюсь, у меня отлегло от сердца. Сама не знаю почему, ведь была полностью уверена в своей правоте, но, наверное, червячок сомнения живет в каждом.

– Адептка Знающая, вы подтверждаете, что это был обычный бинт?

– Да, конечно, – пролепетала чуть дезориентированная лекарка, придвигаясь ближе к Арктанхау. – У ядожалов достаточно специфический, легко узнаваемый запах. Господин Горячий всю неделю тренировал нас определять его фактически с закрытыми глазами. Но даже без тренировок… Думаю, адептка Нэш тоже почувствовала бы неладное.

Господин ректор как-то нехотя, словно не желая соглашаться, кивнул:

– Вы свободны.

– Стоять!

В палату вбежала запыхавшаяся Эрика Магни. В руках декан держала журнал, в котором обычно отмечались дежурные.

– Адептка Знающая, здесь сказано, что ночью вы брали пробирки с ядом. Хотелось бы услышать, зачем они вам понадобились?

Лекарка смутилась, но тем не менее ответила бойко:

– Господин Горячий попросил Кристена… ну, то есть адепта Арктанхау, помочь перенести кое-что из новой мебели, привезенной для лекарского крыла. И так как его переносимость яда была выше, чем у всей остальной группы, то я предложила сделать ему повторную инъекцию. Господин Горячий одобрил.

– Значит, вы, Таина, взяли яд из шкафа, начали отмерять нужную дозировку, и тут пришла адептка Нэш… – перечислила Эрика Магни, дождалась кивка Знающей, а после спросила:

– Вы сменили перчатки?

Лекарка впала в ступор:

– Что?

– Перчатки, – повторила госпожа Магни, не сводя с нее глаз. – Вы сменили перчатки?

Брат как-то весь подобрался и развернулся к девушке, с секундной заминкой его движение продублировал северянин. Глаза блондиночки забегали, руки принялись комкать ткань фартука.

– Я… я…

– Риана, – позвал Дариан, прожигая лекарку взглядом. – Ты видела, чтобы адептка Знающая меняла перчатки?

Я посмотрела на побледневшую, испуганную блондинку, сглотнула непонятный ком в горле и попыталась вспомнить. Знающая сидела в пятой процедурной и ждала Кристена, но пришла я, невольная свидетельница девичьего спора, и мы обе растерялись.

Меняла ли она перчатки? По всему выходит, что нет. А может, я просто не заметила? Девушка работала с такой профессиональной уверенностью, что у меня и мысли не возникло контролировать ее работу.

– Риана?

– Не знаю, – прошептала я.

– Я всегда меняю перчатки, когда приходит новый пациент… – пролепетала Знающая, выкручивая собственные пальцы. – Я могу не помнить, но это на уровне рефлексов… Я не могла… Я просто… Я бы никогда!

– Уверены? – спросила Эрика Магни и вытащила из кармана черного комбинезона звездокрылов прозрачный пакет с уликой. Внутри лежали злосчастные перчатки.

Блондинка не выдержала и разрыдалась. Увы, но господина ректора это не разжалобило.

– Адептка Таина Знающая, – официальным тоном проговорил Дариан, – вы отчислены из академии из-за врачебной халатности.

– Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… – всхлипывала лекарка, молитвенно складывая перед собой руки, но магистр темной магии был непреклонен в своем решении.

– У вас есть три с половиной часа на сбор личных вещей. Форму сдадите главе факультета, у него же получите свои документы. Господин Клебо будет ждать вас в зале магмеха. Он же разблокирует и заберет манжету, вычеркивая из системы безопасности архипелага. Далее вас проводят на пирс и посадят на лодку до Крутогорья.

– Пожалуйста, господин Горячий! – взмолилась заплаканная девушка, только теперь заметив старичка-некронавта, тоже присутствовавшего при допросе. – Эта академия – моя мечта!

– И ты, голубушка, ее только что профукала, – грустно и безнадежно улыбнулся тот.

* * *

– Поверить не могу! Я могла умереть из-за такого пустяка, как перчатки.

Я все еще пыталась переварить виновность Знающей. Пыталась и не могла! Как-то все выходило… ну не знаю, просто?

– Из-за пустяков умирает гораздо больше народу, чем кажется, – «утешила» декан факультета звездокрылов, а некронавт со знанием дела добавил:

– Счастливый случай – псевдоним жизни. Пустяк – псевдоним смерти.

Но даже это меня не утешило. Сперва казалось странным, что лекарка могла допустить такой глупый промах, потом к делу подключилось воображение, и уже спустя пять минут мне грезилось, что перчатки были.

Это вкупе с усилившейся горячкой окончательно лишило меня сил, и я провалилась в пограничное состояние между сном и болезненной реальностью. Господин Горячий тоже не желал оставить меня в покое и все крутился рядом, то замеряя температуру, то беря кровь из пальца для анализа, то щупая холодными пальцами пульс.

А к вечеру все стало только хуже.

Это я поняла по тому, как забегали по палате лекарки, и по тому, как изменилось выражение лица старичка-некронавта, контролировавшего самочувствие пациентки. Декан факультета помощи и возвращения сам поставил катетер и капельницу, не доверив это архиважное дело никому другому.

По всей видимости, Тихон Горячий боялся, что у несносной пациентки начнется паралич, потому что постоянно проверял чувствительность рук и ног, но демоническая часть моей крови преподнесла всем сюрприз: у меня снизилась сатурация, и начали отказывать легкие.

Зашел господин ректор. Наорал и запугал лекарок, после чего был изгнан из палаты главой факультета.

Через час заглянула Эрика Магни и напугала уже меня.

– Адриана, там пришел Хет-Танаш и сел в коридоре с анатомическим атласом. Говорит, что, так уж и быть, дает лекарям еще пять часов, а после берет твое лечение в свои заботливые руки.

Подозреваю, что после таких новостей активнее стали не только всполошившиеся лекарки, но и все клеточки моего иммунитета.

К трем ночи некронавту удалось стабилизировать мое состояние. Демон успокоился и свалил, показательно забыв в коридоре анатомический атлас. Господин Горячий разрешил мне немного поспать, вышел и потушил свет в палате.

Я свернулась на постели и провалилась в глубины сна, но счастье было недолгим.

– Нет… – жалобно застонала, чувствуя, как меня в очередной раз кто-то трогает. – Дайте поспать…

– Спи, – согласился тихий мужской шепот, и сильные руки приподняли мое безвольное тельце за плечи.

Я послушно, но не открывая глаз, села. Кровать тихонько скрипнула, принимая на себя дополнительный вес, судя по всему, немалый. Спиной почувствовала, как кто-то устраивается сзади. Слабая и измученная, я откинулась назад, используя плечо и грудь очередного мучителя в качестве подушки, и задремала.

Кажется, кто-то спрашивал, можно ли ему заплести мои волосы, чтобы не испачкать. И, кажется, я даже сумела выдавить что-то отдаленно похожее на одобрительное угуканье. А потом