В плену удовольствия. - Анастасия Алексеевна Смирнова

анализ документов - это было мое стремление доказать, что я достойна большего.

Когда план был готов, я написала отцу письмо. Мои пальцы дрожали, пока я выводила слова, но я старалась быть четкой и ясной. Изложила свои предложения и попросила о встрече. Ответ пришел быстро, как будто отец ждал моего письма. Он согласился на встречу, и это стало для меня маленькой победой.

Сердце билось быстрее от волнения и надежды. Я понимала, что это мой шанс изменить свою судьбу. Но вместе с этим ощущала страх перед неизвестностью. Что, если отец снова отвергнет меня? Что, если мои мечты окажутся лишь миражом?

Встреча с отцом состоялась в главном зале нашей семейной резиденции. Это было величественное помещение с высокими потолками и массивными окнами, через которые проникал тусклый свет зимнего дня. Я вошла, чувствуя, как мои шаги эхом раздаются по мраморному полу. Отец сидел в массивном кресле из темного дерева, его взгляд был холодным и строгим. Я остановилась перед ним, стараясь держаться уверенно, хотя внутри меня все дрожало.

- Ты думаешь, что несколько дней изучения дел клана сделали тебя экспертом? - спросил он, едва я начала излагать свои предложения. Его голос был жестким, как камень.

- Я провела тщательный анализ и разработала план улучшений, - ответила я, стараясь сохранять спокойствие. Но внутри меня все клокотало.

- Твое мнение не имеет значения, - отрезал отец. - Ты думаешь, что можешь управлять кланом, основываясь на книжной мудрости?

- У меня есть поддержка друзей и преподавателей академии, - возразила я, чувствуя, как гнев поднимается внутри меня.

- Поддержка друзей? - отец усмехнулся, его голос был полон сарказма. - Ты думаешь, что советы детей твоего возраста имеют вес? А что касается академии... Они не понимают всей серьезности положения нашего клана.

- Но брак с наследником Велариона - это не решение проблем! - воскликнула я, не сдержавшись. Гнев и отчаяние переполняли меня.

- Это не обсуждается, - голос отца стал жестче. - Брак с Веларионами укрепит наши позиции и обеспечит стабильность.

- А как же мои чувства? - спросила я, чувствуя, как внутри меня закипает гнев. Слезы подступили к глазам, но я старалась не показать их.

- Твои чувства здесь неуместны, - ответил отец. - Ты - наследница, и твоя главная обязанность - служить интересам клана.

- Но я не хочу быть просто пешкой в политических играх! - мои руки дрожали от волнения, но я не собиралась сдаваться.

- Ты уже ею стала, в тот момент, когда родилась, - отрезал отец. - Этот разговор окончен.

Я развернулась и вышла из зала, чувствуя, как слезы скатываются по моим щекам. Сердце разрывалось от боли и разочарования. Все мои усилия оказались напрасными. Отец не только не принял мои предложения, но и отверг саму идею моего участия в управлении кланом. Я чувствовала себя одинокой и беспомощной, как будто весь мир рушился вокруг меня.

В саду меня ждали Алисия и Марк. Их глаза светились тревогой и пониманием, словно они могли прочитать мои мысли без слов. Я опустилась на скамейку, чувствуя, как тяжесть встречи с отцом сжимает мое сердце. Алисия обняла меня за плечи, и я ощутила, как ее тепло проникает в каждую клеточку моего тела, даря утешение.

- Что теперь? - тихо спросила она, ее голос дрожал от волнения.

- Не знаю, - прошептала я, вытирая слезы, которые предательски скатывались по моим щекам. - Кажется, мы исчерпали все возможности.

Марк посмотрел на меня с решимостью, которая светилась в его глазах, как огонь в ночи. Его голос был тверд, но полон надежды:

- Нет, Эвелина. Мы не можем сдаться. Должен быть другой путь.

- Какой? - я устало опустилась на скамейку, чувствуя, как силы покидают меня. - Отец непреклонен.

Алисия задумчиво посмотрела на Марка, и в ее глазах мелькнула искра вдохновения. Она медленно произнесла:

- Может быть, нам стоит обратиться к традициям? В древних текстах часто встречаются истории о испытаниях, которые могли доказать право наследования.

- Испытания? - я удивленно подняла голову, пытаясь осмыслить ее слова. - Но какие?

Марк, с легкой улыбкой, которая не могла скрыть его решимости, ответил:

- Например, испытание кристалла. Ты - его хранительница. Возможно, сам кристалл может помочь доказать твою компетентность.

- Это звучит безумно, - я покачала головой, чувствуя, как внутри меня разгорается сомнение. - Но, возможно, это наш последний шанс.

На следующий день, когда я возвращалась с занятий, солнце уже клонилось к закату, окрашивая стены академии в теплые золотистые тона. Я шла по коридору, погруженная в свои мысли, когда вдруг услышала тихий голос за спиной. Обернувшись, я увидела отца. Его присутствие было неожиданным и пугающим, словно тень, появившаяся из ниоткуда.

- Эвелина, - его голос был холоден, как зимний ветер, и я почувствовала, как по моей спине пробежал озноб. - Нам нужно поговорить.

Я остановилась, не зная, что сказать. Отец смотрел на меня с ледяным выражением лица, и в его глазах я видела что-то, чего раньше никогда не замечала - разочарование.

- Эвелина, - его голос был спокоен, но в нём слышалась холодная решимость, - я подумал над твоим положением и решил, что будет полезно, если ты лично познакомишься с наследником Велариона.

Я замерла, чувствуя, как ледяной страх сковывает моё сердце. Воздух в комнате вдруг стал густым и тяжёлым, словно я оказалась под водой.

- Знакомство? - прошептала я, стараясь скрыть дрожь в голосе. - Разве этого недостаточно?

Отец посмотрел на меня с лёгкой усмешкой, но его глаза оставались холодными.

- Знакомство с будущим главой клана поможет тебе лучше понять преимущества этого союза, - произнёс он. - Я договорился о встрече на следующей неделе.

Моё сердце сжалось, как будто кто-то ударил меня в грудь. Я почувствовала, как по щекам катятся горячие слёзы, но быстро взяла себя в руки.

- Нет! - воскликнула я, но голос мой дрожал, как натянутая струна. - Отец, я не хочу этой встречи!

Он развернулся и направился к выходу, не удостоив меня даже взглядом.

- Это не обсуждается, - отрезал он, бросив через плечо: - Ты должна присутствовать и проявить уважение к своему будущему супругу.

Я осталась стоять в коридоре, чувствуя, как отчаяние сжимает моё сердце. Слова отца эхом отдавались в ушах, словно удары молота. Встреча с женихом казалась чем-то ужасным, почти невыносимым. Я не могла