Наперегонки с ветром. Первое дуновение - Лера Виннер

Мы стояли достаточно далеко друг от друга, чтобы у него был простор для выстрела, но недостаточно, чтобы приходилось кричать.

У него не было шансов не расслышать.

— Ты рехнулась…

Я его услышала тоже, и улыбку пришлось сдержать снова.

— Да, так многие считают. Но пока тебе приказываю именно я.

— А если я промахнусь?

Я не могла видеть, но отлично представляла себе, как сильно у него расширились зрачки, почти затопили радужку.

— В лучшем случае, ты попадешь в плечо. Я подлечусь, и на завтра об этом даже не вспомню. В худшем — прострелишь голову, и сделаешь командиру Бергу лучший из возможных подарков. Ты ведь не хочешь его порадовать?

Упоминать Берга было откровенно низко, как дразнить сидящую на толстой и надежной цепи обозленную собаку, но и сбавлять обороты было уже поздно.

Либо он соберется и усвоит, наконец, чего стоит его и чужая жизнь, либо…

«Где гарантия, что он этого не повторит?».

— Ты рехнулась, — он повторил это уже отчетливее, качая головой.

Такая очевидная аргументация: он только что несколько раз промазал, почем знать, что попадет в цель теперь?

— Давай, Гаспар, — я все-таки позволила уголкам губ дрогнуть и закрыла глаза.

Смущать его прямым взглядом точно было опасно.

Возможно, даже опаснее, чем думать о том, что будет, если он действительно промахнется.

Вероятность этого была практически равно нулю, — я хорошо помнила, как он повел себя в ту ночь, когда все, включая меня, горело, — и все же…

Одно неверное полудвижение без поправки на ветер, и прощайте, леди из Совета!

Любопытно, что теперь запишут в памятной Летописи?

А впрочем, Гаспар достаточно умен, чтобы не захотеть жить с этим.

Очередной выстрел раздался слева — Кайл, конечно же.

Устраивая выволочку мальчишке, я о нем почти забыла.

Хорошо, что хотя бы не явился смотреть представление поближе — такой уровень сложности Гаспар бы точно не потянул.

Считая удары собственного сердца, я очень некстати допустила мысль о том, что почти издевательское предположение, высказанное Матиасу, вполне могло быть правдой.

Несколько безобразных и унизительных для нас обоих сцен, случившиеся в августе, не имели никакого отношения к женщине, которой он готов был в чем-то клясться на крови.

Мог ли он в самом деле предположить, что я не выдержала силы и давления Совета?

Немало было тех, с кем это случалось.

С той лишь разницей, что для прочих существовал спокойный и красивый, как сама Смерть, Даниэль.

Зная Кайла, я не сомневалась, что меня бы он даже Лагарду* не доверил.

Как, впрочем, и я бы не доверила Гаспара, случись это с ним.

Выстрел.

Треск.

Я задержала дыхание и постаралась не жмуриться сильнее, когда мелкая щепка врезалась в висок.

Еще три удара сердца.

Гаспар выстрелил во второй раз, и пуля рассекла воздух над моим правым ухом.

Очень близко.

Точно в цель.

Я открыла глаза, не спеша двигаться с места, но оказалось, что он уже опустил пистолет.

Казалось, даже ветер улегся или перестал быть ощутимым, потому что мальчишка стоял с таким видом, как будто это его только что превратили в мишень.

Стараясь не делать резких движений и не слишком торопиться, чтобы не волновать лишний раз взведенного человека с оружием в руках, я подошла к нему.

— Вот так. Ты молодец. Теперь понял?

Вместо ответа он полыхнул на меня взглядом, развернулся и пошел к воротам.

С тех пор он молчал, а я его не беспокоила.

День на полигоне мы уже бездарно потеряли. Возможно, пробежать кросс ему бы прямо сейчас не помешало, но поразительным для себя самой образом я боялась передавить.

Притравливать такого человека, как этот мальчишка, ради его же собственного блага не следовало.

— Только одно. Ты уверена, что не вырастишь из него чудовище?

— Ты можешь быть менее патетичен, когда мы одни.

— Уйди с глаз моих.

Как ни странно, Йонас был одним из немногих, кто по-настоящему в него поверил.

В какой-то мере видел в нем себя, быть может.

В любом случае, это было не моим делом.

А вот Гаспару следовало дать перерыв.

Я облизнула губы, собираясь сказать ему о том, что сегодня он может отдыхать, и тем самым предложить помириться, но сзади раздался топот копыт.

Кто-то возвращался в замок вслед за нами, а вести разговоры при посторонних не следовало. Точно не в момент, когда мальчишка готов взорваться от одной неверной интонации.

— Мне любопытно одно, — Кайл осадил Норда, поравнявшись с нами. — Ты попал или промахнулся?

Он ехал с другой стороны от Гаспара, чтобы тот оказался между нами, и заговорил с ним так, словно меня здесь не было.

Мальчишка поднял голову и на секунду замер, как если бы не понял, о чем его спросили.

Я видела, как он стиснул зубы, как веснушки на бледном лице стали еще ярче.

— Я попал, — он повернулся и посмотрел Кайлу в лицо.

То ли вызов в этом был, то ли упрек, то ли предупреждение. Скорее, неповторимая смесь.

— Блестяще, — тот улыбнулся ему в ответ коротко, сдержанно, без намека на издевку, но у мальчишки почти наверняка свело от этой улыбки челюсть. — Иногда это большое искушение — ошибиться. Найди меня вечером, расскажу, куда и как надо стрелять, чтобы не портить шкуру. Некоторые трофеи ценны именно ею. А впрочем, ты, должно быть, в курсе.

Гаспар дрогнул.

Он выпрямился в седле, не то подбирая слова для достойного ответа, не то отчаянно стараясь сдержаться, а на щеках вспыхнул чудовищный, выдающий его с головой румянец.

Его нужно было немедленно остановить, но прежде чем я решила, как лучше это сделать, он пришпорил Коня и пустился в галоп, не оборачиваясь на нас и не трудясь ничего объяснить.

Кайл проводил его нечитаемым взглядом.

— Он учится наглеть, — а вот удовлетворение в его голосе было вполне очевидным.

— Берёт хорошие примеры, — я тоже предпочла бы смотреть мальчишке вслед, но все-таки не удержалась, бросила быстрый взгляд на Кайла. — Зачем ты его дразнишь?

Ответа на этот вопрос заведомо не существовало, но мне хотелось отделаться от подступившей неловкости.

Глупо было ожидать, что он обойдет вниманием увиденное на стрельбищах. Глупо и недальновидно, потому что прямо сейчас это внимание задевало острее, чем в принципе должно было.

— Мне просто стало интересно, — он тут же повернул голову, спокойно встречая мой взгляд. — Что было бы, если бы он все-таки промахнулся? Даже если мы предположим, что Мастер Йонас не до конца расслабился в своей должности и не разучился поднимать мёртвых, твои возможности по его обучению стали