Попаданка принцу не пара? - Инга Ветреная

странно, что я его не заметила, когда диск был в руках Мория.

В ту же минуту мелькнула фигура в светлом балахоне с седыми волосами, подхватила артефакт и скрылась в темноте. Не ожидавшие от меня такой прыти, несколько секунд маги стояли неподвижно, а потом громко завыли и метнулись за диском к выходу, только Велий пробежав немного, затормозил и оглянулся на меня.

— Чего застыл? — спросила его, сидя на алтаре. — Беги за диском, а то лорд Церий обует тебя в белые тапочки!

Напоминание о темном лорде и белых тапках подействовало безотказно, Велий, еще больше округлив глаза, аж подпрыгнул от испуга и бросился к выходу.

— Это был светлый! — услышала я голос одного из моих похитителей.

— Что делать, брат Морий? — растерянно выкрикнул другой.

— Ищите его! Артефакт надо вернуть! — разъяренный голос Мория хорошо был слышен в пещере.

А вот на помощь мне почему-то никто не спешил, я сползла с алтаря и подбежала к своим вещам. Я уже успела надеть кроссовки, когда послышались крики и звуки ударов недалеко от пещеры.

— Это темные маги! — донесся чей-то удивленный возглас.

— Не дайте им уйти! — приказал властный голос.

Кажется, мои потенциальные освободители вступили в схватку с темными за обладание диском. У выхода из пещеры никого не было видно, я быстро надела куртку и кроссовки и потянулась за сумкой, она валялась у стены, а рядом были разбросаны разных размеров камни. Поразмыслив, на всякий случай, подобрала камень, уместившийся у меня в ладони, и побежала к проему.

Стоило мне выскочить из пещеры, как тут же столкнулась с незнакомым мужчиной не в балахоне, а, для разнообразия, в штанах и куртке, с поднятым мечом в руке.

— Аааааа! — испугавшись, закричала я, глядя на огромный меч.

Мы одновременно остановились, я перевела взгляд на лицо незнакомца и замолчала, забыв прикрыть рот. Он тоже удивленно смотрел на меня. Яркая луна неплохо освещала не только местность вокруг пещеры, но и его потрясающе красивое лицо.

Некоторое время мы молчали. Я, забыв обо всем, застыла, откровенно любуясь его серебристо-серыми глазами под нахмуренными, словно нарисованными кистью живописца, черными бровями, прямым носом..

Перевела взгляд на его обветренные губы, и меня вдруг охватила такая жажда, то есть, желание не просто прикоснуться к ним, а, обхватив его лицо руками, прижаться к этому сладкому источнику и пить, пить, то есть, целовать, целовать…

— Пить! — пробормотала я, глядя на его губы.

— Да! — восторженно прошептал он и припал к моим губам.

Его обветренные горячие губы легко касались моих, жаждущих поцелуя. Он будто, пробовал меня на вкус, и я потянулась к нему, потому что сама хотела попробовать чего-то, неизведанного, но прекрасного. Мужчина провел языком по моим губам, и я затрепетала в предвкушении чуда. Он охватывал мои губы и снова отпускал их, будто смакуя. Я жаждала большего, и невольно все сильнее прижималась к нему. Он, наконец, жадно вобрал мои губы своими. И я потерялась. Мыслей не было, было желание, чтобы это продолжалось бесконечно. Я не заметила, как уже сама вбирала его губы, испытывая невероятное удовольствие, сравнимое с восторгом.

Он сжимал меня в объятиях, я чувствовала жар его рук, тоже обнимала его, прижимаясь, стараясь слиться с ним. Мы одновременно прервали поцелуй, чтобы глотнуть воздуха, и пораженно смотрели друг на друга, не разжимая объятий. Я даже, кажется, разглядела сияющий нимб над его головой.

— Кто Вы? — наконец, хрипло спросил он.

«Вы? — удивилась я. После такого сверхчувственного поцелуя? Забавно!

— Ты сам-то кто такой? — с улыбкой спросила его, все еще не в силах прийти в себя.

Красавец вдруг напрягся, разжал руки и сделал шаг назад. Я растерянно смотрела, как он поднял с земли меч и точным движением убрал его в ножны.

— Извольте представиться! — неожиданно властным голосом, привыкшим отдавать приказы, промолвил он. — Похоже, Вы — иномирянка, но, тем не менее, это не дает Вам права вести себя распущенно, как не подобает леди!

Я обомлела. Да почему мне так не везет в этом магическом мире? Встречаются сплошные недоумки: то продажный Антуан, то темные маги с намерением убить меня, теперь еще этот красавчик с нимбом над головой, обвиняющий меня в распущенности!

— Послушай, ты, цаца титулованная! А что за претензии? Ты сам только что принимал участие в этой, как ты выразился, распущенности! — разозлившись, высказала ему и вдруг не выдержала и с обидой воскликнула: — Такой восхитительный поцелуй назвать распущенностью! Да как у тебя язык-то повернулся?!

— Вы не поняли! Я не это имел в виду. Я говорил лишь о Вашей неподобающей манере поведения, свойственной простолюдинкам, — ошеломленно начал оправдываться незнакомец.

Он что, таким образом успокоить меня хотел? Продолжая оскорблять?

— А я и есть простолюдинка! В моем мире, знаешь ли, и без титулов неплохо живут! — заявила с усмешкой, хотя хотелось плакать.

На глаза навернулись слезы, чтобы скрыть их, опустила голову. Надо срочно уходить, не хватало, чтобы этот спесивый вельможа увидел, как меня обидели его слова. Я наклонилась и подобрала камень, выпавший из моих рук во время поцелуя, также как и меч у незнакомца. Вдруг пригодится.

— Все, мне пора, — поставила я точку в разговоре и хотела уйти.

— Нет! — мужчина схватил меня за руку. — Вы не можете уйти!

— Почему, интересно? — злилась я.

— Я Вам не позволял этого делать! — напыщенно заявил он.

— Кто ты такой, чтобы позволять или запрещать мне что-либо? — возмутилась я.

Сжав зубы, он молча приблизился ко мне, я отступила и нечаянно коснулась рукой скалы. И вдруг ощутила себя вновь распятой на каменном алтаре, тело начала сотрясать, дрожь. Меня охватил ужас, и как-то само собой получилось: я приложила зажатым в руке камушком по ничем неприкрытой, кроме русых шелковистых волос, головушке. Мужчина пошатнувшись, отступил на шаг назад, я не преминула воспользоваться этим, вырвала руку и, проскользнув мимо него, сиганула, что было мочи, в сторону леса.

Я мчалась, не обращая внимания на хлеставшие меня по рукам и лицу ветки деревьев, перепрыгивая и переползая через поваленные стволы, продиралась сквозь густые кусты, словно перепуганный лось. К страху, который гнал меня через лес, примешалась злость на себя.

Вот ничему некоторых жизнь не учит! Ведь дня не прошло, как меня продал темным красавчик-рыцарь, умело изображавший чувство ко мне, и от которого я чуть не потеряла свою глупую голову. А дальнейшие события с темными должны были стать хорошим уроком для меня, но вот увидела еще одно смазливое личико — и поплыла! Да еще этот сумасшедший поцелуй! Он даже отдаленно не напоминал лобызания Антуана.