Встреча по правилам и без - Мари Ардмир

и покинула дом проклятийника. Сделала это Элизабет Эль степенно медленно, и еще медлительнее развернулась на пороге, чтобы процедить:

— Желаю удачи. Она тебе понадобится.

— Взаимно. Спасибо, что навестила нас.

— Нас? — Кажется это восклицание прозвучало не только с этой стороны дома, но и с той, однако дверь уже захлопнулась и из ошарашено вопрошающих осталась я одна. И мне единственной довелось увидеть растекающуюся по губам мага предвкушающую улыбку.

С такой улыбкой делают гадости, напрашиваются на неприятности и насылают антиапохмелин на студов, чтобы те не остались в долгу и ночи напролет искали встречное проклятье в дар своему уникальному преподавателю.

Я поняла, что мне не понравятся следующие его слова, и все равно дрогнула, услышав:

— Считайте, что это была официальная помолвка.

— Но… но я не давала согласия, — прошептала сдавленно и от него отшатнулась. — Впервые слышу, чтобы без спроса…

— Разве не вы первой назвали меня близким другом? — напомнил маг.

— Для помолвки этого недостаточно!

— Вы ночевали у меня.

— Это не повод! — воспротивилась я.

— Вы просили разобраться с вашим племянником.

— Это взаимовыгодное соглашение.

— Можно и так сказать, — признал он нехотя, — но, согласно ваших слов, чтобы получить доступ к плетению Петли, я должен быть допущен к роду Огги.

— Для этого моя тетушка могла бы вас усыновить… — начала я, чем вызвала у мага протяжный вздох, а следом и смешок.

— Хорошо, уговорили! Эта помолвка нужна была мне, и я не имел права объявлять ее без спроса. Однако дело сделано, и вам остается только потребовать компенсацию. Хотите конфет? — С этими словами меня усадили за столик и облагодетельствовали чашкой чая.

И я пила его и думала о том, как круто изменилась моя жизнь в эти неполных два дня.

Помолвка с магом, совсем недавно избежавшего брака, что может быть лучше? Невеста в моем лице еще не пришла в себя, а на почтовый шар Сагерда Юри стали сыпаться открытки с поздравлениями или скорее с проклятьями, иначе отчего улыбка мага с каждым перезвоном становилась все более широкой и довольной.

* * *

В Ревик я вернулась к обеду и, пробираясь через свежие сугробы, первым делом навестила тетушку Примм. Я посчитала нужным оповестить ее о моем решении относительно племянника, апартаментов, каба и о договоренности с проклятийником. Мне следовало удостовериться в том, что сутки назад отправленные впопыхах письма не вызвали очередной ажиотаж, не добавили новых штрафов за ложный крик о помощи.

Последнее было особенно важно. Сойдя с фуникулера, я вспомнила о сумме долга и печально вздохнула. Часть штрафов съест мою зарплату, часть — мои предпраздничные бонусы, ну а остаток придется покрывать из отпускных. Обналичивать чек от академии в столь стремительно меняющейся ситуации я посчитала глупой недальновидностью. И все потому, что маг, так внезапно объявивший о нашей помолвке, столь же быстро может ее и завершить.

И тогда влиять на его согласие вправить Дамиану мозги мне придется чем-то помимо устного соглашения. Что еще я могла подумать, если подъехавшая к дому мага карета оборвала наш «романтический» завтрак и фактически выставила меня за порог? Эпическое мгновение.

Всего секунду назад мирно помешивающий чай Сагерд Юри вдруг дернулся как от удара и начал раздеваться, не взирая на свидетеля, то бишь меня. И пока я пораженно молчала, не понимая что происходит, перед ним по щелчку пальцев из воздуха выплыл гармонично собранный костюм, по второму — со столика улетело все, кроме конфет, по третьему — я и конфеты оказались перед порталом в неизвестность.

— Я свяжусь с вами позже! — заверил запутавшийся в пуговицах рубашки маг, прежде чем ртутная гладь портала поглотила меня.

Вопреки ожиданиям, перемещение оказалось полезным — на станцию фуникулеров близ ПМА, мне только и требовалось что купить билет и обувь. Потому как мои ботинки остались в заложниках у мага.

И надо же, именно мои новые сапожки тетушка заметила первым делом.

— Какая прелесть! — воскликнула она, тасуя гадальные карты, — но я рассчитывала на кольцо!

Растянув губы в невеселой улыбке, я переобулась в домашние тапочки, вздохнула. Словно бы оттягивая тяжелый момент, медленно сняла с себя верхнюю одежду, определила ее в шкаф, через холл прошла в гостиную и устало опустилась в кресло. Большое и удобное, с чуть потертыми мягкими подлокотниками, оно приютило меня в своих объятиях, поделилось теплом.

Как все здесь было знакомо. Тетушка в чепце и домашнем халате, отороченном кружевом, истово верящая, что одеваться раньше двенадцати — моветон; карты, столик с давно остывшим завтраком, о котором забыли в погоне за новым раскладом, тлеющая в пепельнице сигара — напоминание о почившем муже и запахе, коим он наполнял весь дом.

Я забрала с софы подушку, крепко обняла ее, ткнувшись подбородком в мягкий жаккард. Несколько минут думала с чего начать свой рассказ и нашла лучшим перейти к самому важному и одновременно самому стыдному.

— Петля расстроила помолвку мага. Разразился скандал. Весь прошлый день близ его дома взрывались экранирующие плетения и одно из них заблокировало дом.

— Бедный, несчастный мальчик… — взгрустнула тетушка и начала новый расклад, даю сто пик, на самого Сагерда Юри, барона Декрада.

— Но при этом Петля освободила его от нерушимой клятвы.

— О, тогда он богатый и счастливый! — с улыбкой закивала родственница так, что кружево на ее домашнем чепчике весело запрыгало, а карты быстрее стали ложиться на стол.

— Именно поэтому многоуважаемый маг решил не придавать огласке преступление нашего малыша. Более того, он решил не возмещать урон, нанесенный его чести и достоинству.

— Это великолепно!

— Но я его переубедила, — сказала я с мрачной решимостью и сжала подушку до скрипа.

— Ты?!

Она рукой промахнулась мимо колоды, ухватила воздух и привычным движением опустила несуществующую карту рубашкой вниз. Кажется, тетушка впервые была поражена настолько, что не сдержала крайнее удивление за привычным для нее любопытством.

— Да, тетушка. И более того, я сделала все, чтобы Дамиан понял, как недостойно себя повел, какой опасности подверг всех нас, какое наказание понес бы, случись невозвратное. Он лишился апартаментов, каба, моего доверия, протекции и последующей финансовой помощи. И я настаиваю на том, чтобы вы поддержали меня и перестали отсылать ежемесячные… — Взглянув на тетю, я оборвала свою пламенную речь. — Почему вы опустили глаза?

— Я не опускала.

Она начала собирать свой расклад не глядя. Это очень плохой знак, прямо говорящий: тетушка так спешит скрыться, что даже очередность выпавших карт ей более не важна. Я не смогла припомнить, когда такое ранее случалось, и в тревоге поднялась из кресла.

— Приммина Таурус, в девичестве Огги, признавайтесь, что вы уже