Землянка для властных Галактианцев - Мира Влади

впалыми щеками и жёлтыми зубами, лизнул губы, глядя на меня. Другой перебрасывал в руке нож — кривой, ржавый, но острый, как коготь.

— Девка-то у тебя знатная, — сказал первый, ухмыляясь так, что его смрадное дыхание, казалось, долетело до меня через всю пещеру.

— Может поделишься, Кайлан, — добавил второй, сжимая кулаки, отчего костяшки побелели. — А-то мы голодные. По всем фронтам.

— Но сначала мы тебя убьем, — прорычал третий, самый крупный, с татуировкой в виде черепа на шее.

Я сжала зубы, пытаясь дышать ровно, но воздух застревал в груди. Эти звери точно хотели не еды. Их взгляды — жадные, маслянистые, полные похоти — впились в меня, как крючья. Они хотели меня. Разорвать, сломать, взять всё, что могли, пока я ещё дышу. От этой мысли желудок скрутило, а ноги подкосились, благо Кайлан удерживал меня. Но я не собиралась просто стоять и ждать, пока их грязные лапы доберутся до меня.

Кайлан медленно отстранился, задвинув меня за спину, его движения были ленивыми, почти расслабленными, но в воздухе повисло напряжение, густое, как дым. Он не выглядел напуганным — скорее раздражённым, будто эти преступники прервали его любимую игру.

— Вы ошиблись дверью, смертники, — бросил он, его голос был холодным, с лёгкой насмешкой, от которой у меня по спине побежали мурашки.

— Да ладно? — хохотнул тот, что с ножом. — Ты один, а нас четверо. Не похоже, что мы ошиблись.

Мой разум лихорадочно искал выход. Я не знала, как сражаться — не по-настоящему. На Земле я дралась только с отчаянием, а не с такими вот зверями.

Но я знала, как не сдаваться. Мой взгляд упал на металлическую тарелку — ржавую, тяжёлую, с острым краем. Не оружие, но лучше, чем ничего.

Первый преступник шагнул ко мне, его рука потянулась к моему запястью, пальцы — толстые, чёрные от грязи — были уже в сантиметре от моей кожи. Я не думала. Схватив тарелку, я размахнулась и врезала ему прямо в лицо. Раздался мерзкий хруст, кровь брызнула из его сломанного носа, и он взвыл, схватившись за лицо.

— Сука! — взревел он, сплёвывая на пол.

— Ах ты дрянь! — рявкнул второй, бросаясь ко мне с кулаками.

Кайлан среагировал быстрее, чем я успела моргнуть. Его рука легла мне на плечо, сильная, но не грубая, и он оттолкнул меня к стене, встав между мной и нападавшим. Его тело напряглось, как пружина, и в следующую секунду он перехватил удар кулака, вывернул руку врага и сломал её одним движением. Хруст костей смешался с воплем.

Они набросились на него все разом. Металл сверкал в их руках — ножи, обломки, даже цепь, которую один из них вытащил из-под лохмотьев. Удары сыпались стремительно, но Кайлан двигался с нечеловеческой грацией. Он уклонился от цепи, пнул одного в колено, заставив его рухнуть, и тут же врезал локтем в челюсть другому. Его движения были точными, как у машины, но их было слишком много.

Я метнулась к ящику у стены, пальцы дрожали, пока я шарилась внутри. Там оказался осколок металла — длинный, зазубренный, похожий на нож. Не идеально, но достаточно острый, чтобы проткнуть. Я сжала его, чувствуя, как ржавчина царапает ладонь, и повернулась к бою.

Кайлан всё ещё держался, но один из них — тот, с татуировкой — ухватил его за шею, сдавив так, что я услышала хрип. Другой врезал кулаком ему в рёбра, и Кайлан зашипел, его лицо исказилось от боли. Он не сдавался, но я видела, как силы уходят из него.

— Не так быстро, — прохрипел тот, что держал его, занеся нож над его грудью. — Ты слишком долго живешь для бывшего императора. Тебя давно пора списать в утиль.

Я шагнула вперёд, сжимая своё жалкое оружие, готовая вонзить его в спину этого урода, но не успела.

Дверь — или то, что от неё осталось — вдруг слетела с петель, как будто ее вышибло ураганом. Огромная тень ворвалась в пещеру, и я поняла, кто это, ещё до того, как разглядела его лицо. Тарек.

Он был как само воплощение бури. Я даже не успела разобрать, что он сделал первым — ударил кулаком или всадил лезвие в плоть. Его движения были стремительными, жестокими, почти хищными.

Первый противник рухнул на землю с разорванным горлом, кровь хлынула на пол, заливая камни багровым. Второй обернулся, но Тарек схватил его за волосы и с хрустом впечатал головой в стену — звук был такой, будто раскололся камень.

Кайлан, воспользовавшись моментом, вырвался из захвата, врезав локтем в горло своему мучителю. Тот закашлялся, упал на колени, хватая воздух.

Четвёртый — тот, с цепью — попытался сбежать.

— Дерьмо! — заорал он, бросившись к выходу, но Тарек метнул нож с такой точностью, что лезвие вонзилось ему в спину между лопаток. Он рухнул лицом вниз, дёрнулся раз и затих.

Тишина обрушилась на нас, как удар. Только тяжёлое дыхание, капли крови, стекающие по стенам. Я стояла, дрожа всем телом, осколок в руке казался раскалённым, хотя это была просто моя кожа, горящая от адреналина. Перед глазами всё плыло — тела, кровь, запах железа и смерти.

Кайлан вытер окровавленный кулак о штаны и посмотрел на Тарека, тяжело дыша.

— Ты очень вовремя, генерал, — процедил он, в его голосе сквозила смесь сарказма и облегчения.

Тарек скривился, его янтарные глаза сверкнули в полумраке.

— Закрой пасть, — бросил он резко, шагнув ко мне. Его рука легла мне на затылок, тёплая, тяжёлая, почти обжигающая. Он наклонился, и я утонула в его взгляде — тёмном, глубоком, полном чего-то, что я не могла назвать. — Ты как? В порядке?

Я кивнула, хотя в голове был хаос. Горло пересохло, слова застряли где-то внутри. Его пальцы сжали мой затылок чуть сильнее, и я почувствовала, как его тепло пробивается сквозь мой страх.

— Нам надо уходить, — сказал Кайлан, оглядываясь на вход. Его голос стал серьёзнее. — Если они вычислили мое убежище, то придут и другие.

Я услышала гул снаружи — низкий, нарастающий, как приближающаяся буря. Шаги, голоса, скрежет металла. Их было больше. Намного больше.

— Быстро за мной! — рявкнул Кайлан, схватив меня за руку. Его хватка была твёрдой, но не грубой, и я не сопротивлялась.

Он рванул к задней стене пещеры, нажал на что-то в камне, и часть стены с тихим скрежетом отъехала в сторону, открывая тёмный тоннель. Влажный воздух ударил в лицо, пахнущий землёй и плесенью.

Тарек хмыкнул, его голос был полон раздражения.

— Конечно, у тебя есть долбанный тайный ход.

— Ты не ожидал? —