Черный дракон и Госпожа Фортуна - Анастасия Сиалана

– Что?

Острые клыки сомкнулись на мочке моего уха, влажный кончик языка прошелся следом по пульсирующей плоти.

Только не говорите мне, что в прошлом Лисиил и Ти…

Глава 16. Лис, ладонь и злой глава

Запись в дневнике наблюдений номер шестнадцать:

Я никогда не думала о браке. Наука и магия были моими спутницами по жизни. Все шло к тому, что я останусь одинокой гениальной некроманткой до конца своих дней, что абсолютно устраивало меня. Однако стоило мне переродиться, как я попала сперва на чужую свадьбу, потом внезапно родственники начали организовывать мою, а в завершение я чуть не вышла замуж неизвестно за кого из-за своей растерянности и злого лиса. Всегда знала, что брак разрушит мою жизнь!

***

Я только хотела подумать о том, что родные Ти связаны с моей смертью и первым нашествием химер, как Лисиил вытворил нечто неординарное. А ведь до этого я даже не предполагала, что между лив Цуне и лив Розалией было нечто большее, нежели дружеская поддержка. В ситуации, подробной этой, приходилось действовать быстро и решительно.

– Прошлое на то и прошлое, чтобы оставить его позади, – четко произнесла я, отстраняясь от оборотня.

Не то чтобы он был мне неприятен, но я не рассматривала его в качестве романтического интереса. Я вообще никого не рассматривала с этой стороны, поскольку у меня была конкретная цель, и я всячески стремилась ее добиться как в прошлом, так и сейчас. Стоило разобраться с рос Зарис и посетить родной дом матери Ти в поисках нужных книг и доказательств того, что люди причастны к трагедии прошлого. Насколько я успела узнать, это была массовая резня на всем континенте. Неконтролируемая нежить восстала и перемешалась, превращаясь в жутких чудовищ, которые прошли по землям, уничтожая все живое. Если люди действительно причастны к этой трагедии, стоило привлечь их к ответственности и уменьшить их влияние на магический мир.

– Ты очень категорична, – усмехнулся оборотень, но не настаивал на дальнейшем близком контакте. – Идем к бочке. Нужно нанести белые отметины на лицо.

– Зачем? – я растерялась от подобного предложения.

– Чтобы дух единства не перепутал жениха и невесту с гостями. Измазывая лицо, мы скрываем свое присутствие от него. Все совершеннолетние, кто вошел в брачный круг, – он кивнул на камни, что опоясывали поляну, – должны нанести отметины. Только будущие супруги остаются с чистыми лицами и открытыми сердцами.

Больше меня не нужно было уговаривать измазать лицо. Я готова была нырнуть в бочку всей головой, лишь бы никакой дух не принял меня за невесту.

Мы подошли к одной из бочек, возле которой резвились дети, и встали в очередь. Пусть она и была небольшая, но лезть вперед и толкаться, как делали некоторые подростки, не было желания. Когда место освободилось, я медленно окунула одну ладонь в белую краску. Она оказалась густая и нехотя расступалась под моими пальцами, тягуче обхватывая каждую фалангу.

– Что это?

– Меловой раствор. Безопасен, даже полезен, – ответил Лисиил и перехватил мою испачканную руку за запястье. Я только собралась провести краской по собственному лицу, когда он остановил меня.

– Почему ты…

Оборотень не ответил, он медленно поднес мою ладонь к своему лбу, закрыл глаза, после чего приложил руку к коже и осторожоно провел через все свое лицо по диагонали. Пальцы оставили пять прерывистых, но четких полос. Веки, нос, губы и щеки – я отметилась везде.

– Нельзя наносить краску самому. Нужно показать, что ты занят. Для этого кто-то другой должен оставить отметины на твоем теле. Это известно даже маленькому лисенку! – поддел меня оборотень.

– Если твои лисята такие умные… – Я обвела взглядом молодняк, унесшийся ближе к алтарю. Возле бочки остались только мы. – То почему бы им не учиться в нашей академии? У нас отличная программа и спонсирование.

Это был обычный вопрос, за которым неожиданно оказалось гораздо больше смыслов и проблем. Лив Цуне нахмурился и попытался разглядеть что-то в моих глазах.

– Ты шутишь? – с сомнением уточнил он.

– Немного, но что так напрягло тебя? Уверена, что твой народ талантлив, но, как и некоторые другие, предпочитает обучать своих отпрысков дома или в локальных школах. Неужели оборотни настолько предвзято относятся к нашей академии?

– Туна, нас не берут в академию Темных и Светлых искусств, – уверенно заявил лис.

– Что за чушь? Ты же учишься. – Он явно решил меня разыграть.

– Да, два оборотня на весь пятый курс. На втором сейчас вообще ни одного нашего представителя.

– Так разве ж это вина академии? Это оборотни не хотят отпускать своих на обучение в другую страну, – совершенно серьезно заявила и разукрасила шею и часть груди лиса, так как неприятно было чувствовать сырую краску на своих пальцах. Хотелось поскорее от нее избавиться.

– Нет, ты точно издеваешься. – Лисиил всплеснул руками. Это он о том, что я нагло измазала его всего в краске или… – Пять процентов, лив Розалия!

Он поднял руку и показал мне раскрытую ладонь. Похоже, демонстрировал те самые пять процентов пальцами. Однако даже после этого я не понимала, о чем он говорил.

– Поясни, пожалуйста. – Я нахмурилась. Новоприбывшие оборотни оттеснили нас от бочки, что было к лучшему. Меньше будет свидетелей у нашего разговора.

– Только пять процентов из всех поступивших в академию Темных и Светлых искусств могут быть оборотнями. Это около трех-пяти студентов из всего потока. И даже эти места отдают людям, эльфам и дроу, если они лучше сдали вступительные. А они сдают лучше, ибо предвзятость к моему народу неискоренима среди людей. – Лис был раздражен. Казалось, скоро из его ноздрей повалит пар.

– Но при чем здесь люди?

– О боги, Туна! Да вся комиссия на вступительных экзаменах состоит из людей и парочки эльфов. Нас просто режут на экзаменах, чтобы отдать места своим. Ты серьезно об этом не знаешь или притворяешься?

О, лис был в ярости. Я еще не видела его таким. Даже когда мы сражались с полчищем химер и не верили, что доживем до утра, Лисиил держал себя в руках. Похоже, эта тема была для него болезненной. Но что это еще за правило пяти процентов? В свое время я потратила уйму сил на то, чтобы привлечь инонародных студентов, а теперь их не допускали до обучения? Что вообще происходит в этом пионовом будущем?! Хвойные шишки, когда академия перешла во власть людей?

– А ты? – я не стала уточнять и тратить слова. Лисиил и так меня понял.

– А я наследник рода лив Цуне и один