Мой сводный с Цварга - Селина Катрин

что матери желают для сыновей лишь самого лучшего… А при чём тут я, безродная, убогая девочка, эвакуированная в двенадцать лет со средневековой планеты, с руками, из которых выстреливают опасные шипы, и способная в любой момент серьёзно ранить её сына? У Ланы в невестках чистокровная цваргиня из древнего и влиятельного рода…

— Как не хочешь? — Лана встрепенулась и на этот раз посмотрела на меня внимательно. — Айлин, ты сейчас это серьёзно?

Я неловко не то кивнула, не то пожала плечами. Да, серьёзно. Я хочу и сына, и дочь, но лишь с глазами цвета пепельной дюны. Если Яр женится не на мне, то мне будет в радость нянчиться с его детьми и от другой женщины, а вот сама я рожать от нелюбимого мужчины не хочу.

— Я… эм-м-м… вообще замуж не хочу, — прошептала тихо. — Мне нравится моё образование, и раз тут, на Цварге, у меня есть возможность работать декоратором и не зависеть финансово от мужчины, то почему бы и нет?

— Ну… — Цваргиня напротив меня шумно вздохнула, как-то резко теряя лоск. Её плечи заметно поникли, а на лице проступили морщины, выдавая возраст, который Лана всегда старательно прятала, посещая армию косметологов.

— Это, конечно, будет проблемой. С одной стороны, Арно возлагает большие надежды на то, что рано или поздно через тебя породнится с кем-то из знатных родов… — Она прикусила губу, отводя взгляд в сторону. — С другой стороны, что мы, изверги какие-то? Нет, конечно. Лично для меня счастье моих детей важнее, чем приумножение капитала. На жизнь и так хватает, даже больше… С Арно я как-нибудь поговорю, попробую убедить.

В груди пророс робкий росток надежды. Если меня не будут выдавать замуж, это означает, что я смогу быть с Яранелем. Как сестра, разумеется, и любимая тётя его деткам, но меня никто не увезёт на другой материк или остров, не заставит жить в изоляции…

— А что насчёт законов?

Лана улыбнулась, хотя вышло немного печально.

— Наша раса вымирает, и у любой цваргини есть долг перед планетой. Она должна выйти замуж до пятидесяти лет. Я думаю, что, несмотря на огромную разницу в развитии и технологиях, в этом Цварг, к сожалению, похож на Террасору. Я сама вышла замуж, когда мне было сорок девять… Планетарная Лаборатория очень настаивала. — Она прикусила губу. — Честно говоря, в какой-то момент я даже думала подать на развод и выбрать другого мужчину.

Слова мамы Ланы стали для меня шокирующим откровением. Я никогда и ни у кого не видела столь гармоничных отношений, как у четы Рошфор. И о разводе тоже ничего не слышала.

— Тебе не нравился Арно? — спросила я, почему-то затаив дыхание.

— О нет, мне-то как раз он очень нравился. — Лана покачала головой. — Вот только сам Арно женился на мне исключительно потому, что ему так приказала семья. Для всех у нас всегда были замечательные отношения, но я чувствовала, что со мной он остаётся холодным. Как будто я ему важна, он готов обеспечивать и делать всё, что предполагается со стороны хорошего мужа, но при этом в его действиях не было любви. Это ощущалось в мелочах… Например, он никогда не приходил в мою спальню, если я отдельно об этом не просила. Предпочитал завтракать раньше и убегать на работу. Ужины часто вёл с деловыми партнерами, а свободное время почти всегда проводил с друзьями. Я его почти не видела и очень скучала, а для него всё было само собой разумеющимся. — Цваргиня поёжилась, вспоминая прошлое. — В какой-то момент я даже хотела обратиться в АУЦ[1] за разводом, предполагая, что Арно согласится подписать бумаги.

— И… что же произошло? Он не подписал бумаги?

Лана неожиданно хмыкнула.

— Раньше, чем я их ему показала, мы поехали в горы. Стояла такая же снежная зима, как сейчас. Я попросила мужа научить меня кататься на лыжах, и, в отличие от тебя, я была ужасно неуклюжей. Невнимательно затянула ботинки, не проверила крепления, неправильно поставила ногу… В общем, я сломала лодыжку.

Я ахнула, представив себе это.

— Должно быть, это была адская боль!

— Больно. Но на самом деле всё закончилось даже лучше, чем я тогда думала. — Лана внезапно посветлела лицом. — Арно на руках донёс меня до ближайшей лачуги. Какой-то нежилой сторожки местного смотрителя. Снегопад в тот день, а затем и ночь, был мощный, и ни один квадрокоптер или вертолет не могли приземлиться. Минута за минутой, час за часом Арно двое суток был рядом, держал меня за руку, не спал и забирал боль так, как это умеют только цварги. Он во всём случившемся винил себя и почему-то был уверен, что моей жизни угрожает опасность. В конце концов, я потеряла сознание, а очнулась в больнице. То происшествие стало поворотным в нашей жизни. Когда я вернулась домой, Арно передал часть работы своим помощникам, отменил встречи с друзьями и сделал всё, чтобы быть рядом, пока нога срастается правильно. Я же цваргиня, у меня повышенная регенерация, а так как мы были двое суток без рентгена, кости схватились неправильно. Докам пришлось ломать ступню под наркозом повторно и перебирать все косточки.

Я поморщилась, представив себе картину. Лана рассказывала обо всём с улыбкой, но, честно говоря, у меня дрожь прошлась по рукам, и предплечья покалывало. Нет, шипы я выпустить не боялась, но легко могла бы, если бы сосредоточилась.

— Долго заживало?

— Долго. — На этот раз Лана внезапно хохотнула. — Так долго, что Арно успел обосноваться в моей спальне и одним утром, подготавливая для меня одежду, наткнулся на те самые документы о разводе. С моей подписью.

— Не может быть!

— Может, ещё как может. — Лана уже смеялась в открытую. — Арно распсиховался, отчего-то разозлился и… принялся доказывать, что он меня любит и не отпустит. А через девять месяцев у нас родился Яранель. Так что в итоге мне очень и очень повезло.

История Ланы и Арно показалась мне занимательной… Вот уж не думала, что так всё может сложиться. «Счастлив тот караван, что доходит до оазиса», — как сказали бы у меня на родине.

Лана потёрла лоб, о чём-то глубоко задумавшись, а потом внезапно перевела взгляд на меня:

— Я совсем забыла, к чему я это всё рассказывала. Ты спросила о законах. Да, на Цварге есть закон, который