Задача первая: учиться! - Ульяна Муратова

а потом в лесу закопает. И стало немного страшно, но ещё и очень приятно. Видимо, не самых высоких моральных качеств я человек, если мне такие предложения греют душу.

— Да я сама справилась. Видишь ли, их тогда понос разбил. Всех. А туалет один. Я ужасно испугалась, дверь не сразу смогла открыть, в общем, частично увидела. Одноклассник в больнице потом лежал, похудел сильно. Перевёлся в другую школу, потому что при виде меня у него это повторялось. У тех других парней тоже. Потом уже дошли слухи, что они не только ко мне так приставали. А может и не только приставали. Но я тогда была уверена, что это как-то со мной связано. Что я не то чтобы сама это сделала, но из-за меня всё произошло.

— Скорее всего, это так проявились твои способности. Хороший способ защиты. Проклятье острого поноса, — хмыкнул он.

— Скажешь тоже. Артур?

— Да?

— А покажешь? Ну, то есть как это выглядит? Ты волк?

— Заяц, — задумчиво бросил он в воду маленький камушек.

— Заяц? — изумлённо протянула я.

Почему-то принять тот факт, что он оборотень, оказалось легче, чем то, что он заяц.

— А почему Волков тогда? — недоумённо спросила я.

— А потому что я очень грозный заяц, — свёл он брови на переносице и по-заячьи дёрнул носом. От неожиданности я рассмеялась и чуть не свалилась в воду, но он придержал, прижав к себе. — Да волк я, волк. Шучу. Ты бы видела своё лицо. Вообще, мы, конечно, не совсем волки, но из земных зверей больше всего на них похожи, да. А ипостаси у нас две: боевая и звериная. Какая тебя интересует?

— Обе, — завороженно прошептала я, почти не замечая того, что придержать-то он меня придержал, а руки потом не убрал. — А это больно, перекидываться?

— Да, но недолго. Чем сильнее зверь, тем быстрее и больнее трансформация. Но все привыкают. Показать?

— Если тебе будет очень больно, то не надо, наверное.

— Я привык. Но тут дело не только в этом. Мы оборачиваемся лишь при очень близких людях, Лейла, потому что в миг оборота мы довольно беззащитны. Кроме того, здесь не самое удачное место.

— Нужно пойти в отель, в комнату?

— Нет, там ещё хуже. Нам нельзя оборачиваться в людных местах. Если только никого нет в радиусе километра.

Мысленно прикинув расстояние до ближайшего здания вдалеке, я повернулась к нему.

— А если не видно, то как узнать?

— Я чую.

— Чуешь людей на расстоянии километра?

— Если они долго не мылись, то больше, — подмигнул он, а я широко распахнула глаза, судорожно вспоминая, когда последний раз купалась.

— Хорошо, смотри. Всё равно темно уже и никто ничего не увидит.

Он расстегнул ворот рубашки и стянул её через голову. На фоне чернеющего неба его тело выглядело шикарно, так и хотелось потрогать. Развитые мышцы плеч, могучая грудь, узкая талия и кубики. Никогда не видела в реальной жизни настолько красивого мужчину.

— А вы все такие? — завороженно спросила я, глядя, как он развязывает шнурки на поясе.

— Какие такие? — с интересом посмотрел он.

— Ну такие… — распахнула я глаза пошире.

— Всё ещё не понимаю.

— Ну высокие, мускулистые, красивые… — с каждым словом я говорила всё тише, но он услышал.

— Ага, должны же у нас быть конкурентные преимущества по сравнению с другими мужчинами?

— То есть Зова вам мало? Артур, подожди, ты что совсем будешь раздеваться?

— А ты когда-нибудь видела волка в трусах?

— Видела, в «Ну, погоди!», — я улыбнулась в ответ.

— Если смущаешься, то отвернись.

— А если я буду подглядывать?

— То я постараюсь не ударить в грязь лицом, не запутаться в собственном исподнем и не упасть голым задом на пирс.

— То есть, если я не буду подглядывать, ты всё вышеперечисленное сделаешь?

— Конечно, я тут вообще-то волнуюсь. Первый раз раздеваюсь в присутствии пары, а она даже смотреть не хочет, — шутливо поиграл бровями он.

— Я бы, наоборот, волновалась, если бы ты смотрел, — рассмеялась я.

Он резко выпрямился, оставшись в одних боксерах и строго взглянул на меня.

— Нужно срочно проверить!

— Размечтался. Кстати, я когда тебя первый раз увидела, то подумала, что ты стриптизёр. Но сейчас вижу, что на поприще раздеваний за деньги ты бы много не заработал, — съехидничала я.

— Это ещё почему? — возмутился Артур.

— Ну как же? — я невинно похлопала ресницами. — Ни танца, ни пластики, минута — и готово. Даже трусы не нарядные. Без рюш.

Он скрестил руки на груди, расставил ноги пошире и посмотрел на меня с прищуром.

— А ты нарываешься, ведьмочка.

— А у меня характер паршивый, надо было лучше принюхиваться.

— Хм. Говорят, с женщинами такое бывает от недостатка внимания. Так я обеспечу, и посмотрим, может, характер и выправится.

— Надежды юношей питают… — пожала я плечами.

Артур тем временем взялся за резинку боксеров и медленно, глядя мне в глаза, потянул вниз. Выглядело это всё до того привлекательно, что по коже пронеслась стайка мурашек. Не выдержав, я спрятала лицо в ладонях и захихикала. Несколько мгновений было тихо, а затем громко фыркнул зверь. Я подняла лицо вверх и посмотрела. В первую секунду по телу прошла волна оторопи и страха, но зверь спокойно стоял в отдалении.

Боевая ипостась походила на некоторые изображения оборотней: большая волчья голова на могучем теле, широченная шея, антропоморфная фигура в узлах мышц, покрытая густой шерстью графитового цвета. Монстр стоял на двух ногах и был явно гораздо крупнее Артура в человеческом образе. Интересно, откуда он берёт массу? Могучие руки заканчивались острыми и изогнутыми, как серпы, когтями. Сам зверь был около двух с половиной метров ростом, ноги больше походили на лапы и тоже заканчивались когтями, но уже покороче.

— Ты меня понимаешь? — хрипло спросила я. Он спокойно кивнул в ответ. — Можно подойти и потрогать?

Он кивнул ещё раз, фыркнул и сделал шажок навстречу. Поднявшись с одеяла, я на нетвердых ногах подошла к нему и коснулась жёсткой, как леска, шерсти. Наверное, такая должна защищать в бою. Монстр тем временем встал на колени, и моё лицо оказалось напротив его морды. Глаза были умными, янтарно-карими. Глаза Артура на морде чудовища. Наверное, именно они и примирили меня со всей этой невозможной ситуацией. Я робко погладила его по морде и почесала за ушком, чем вызвала искреннее удивление.

— Нельзя?

Монстр в ответ фыркнул и чуть прижал к себе когтистой лапой, аккуратно коснувшись спины.

— Покажи зубы.

Он медленно оскалился, продемонстрировав огромные клыки, а потом высунул ярко-розовый по-собачьи смешной язык, и я прыснула в ответ.

— А хвост есть?

Оборотень отрицательно помотал головой, но я