Дочь рыбака, или бизнес по-деревенски - Ноэль Ламар

- Ох, доченька, как же ж это, а?

- А вот так, папенька! – широко улыбнулась я. Моя весёлость передалась старику, и он искренне рассмеялся, как-то что ли. От переизбытка чувств у меня на глазах навернулись слезы, я постаралась поскорее их «сглотнуть», чтобы не смущать мужчину.

«Интересно, когда в последний раз он видел больше пары медяков?» - мелькнула мысль.

- Это только начало, вот поедем в Бюль, там, я думаю, торговля пойдёт лучше, - пообещала я.

Радостно улыбаясь, отец усадил меня за стол, где уже поджидал ранний обед: жареная рыба, овсяные лепёшки и травяной взвар.

Немного утолив голод, принялась за расспросы, кажется, в последнее время это стало моим излюбленным занятием:

- Расскажи, пожалуйста, о ценах на продукты? Сегодня получилась глупая ситуация, когда не смогла назвать стоимость выпечки. Благо Марта была со мной, помогла.

- Так тут, дочка, всё просто. Одной цены нет ни на что. Спрашивай, торгуйся, оценивай товар на глаз. По деревне за пару-тройку медяков можно купить небольшую корзину любых овощей. На ярмарке цены сильно разнятся: свежие овощи могут и до четырёх медяков стоить, те, что похуже – и за медяк отдадут, всё равно торговец их назад не повезёт. Рыба – полсеребрушки, если большая, как хороший сом или щука – до двух серебряных потянет. Мясо подороже, но там на каждый кусок своя цена и нет ничего зазорного в том, чтобы пройтись по рынку и расспросить о ценах всех, каждый так делает.

- С этим более-менее понятно, а как обстоят дела с оплатой барону?

- Тут у каждого свой уговор с бароном, если семья переезжает в другие земли, перво-наперво идут на поклон к хозяину и там оговаривают цену, за которую владелец позволит остаться в своих угодьях. Кто, как я, каждый день платит, товар у меня скоропортящийся, тут уже каждая минута на счету, в летний день рыба и до вечера не всегда долежит. А кожевники и плотники могут и раз в месяц платить, пахари после сбора урожая – по зиме с них зерна не затребуешь. У каждого и свой уговор, и свой оброк. И платим мы его всю жизнь, а потом и ты станешь, когда я помру. Одно хорошо, о цене договариваются один раз и барон её, по королевскому указу, не поднимает. Как платили родители, так продолжают платить дети и даже внуки.

«Дело ясное, что дело тёмное. А может, договорные отношения и лучше для меня, не буду выглядеть дурой при каждой покупке».

Времени до ярмарки оставалось не так много, надо было решить, что везти, улов позволял сделать не только сдобу, но и подумать о других способах готовки рыбы, так как особого выбора продуктов у нас не было.

«А почему бы рыбу не закоптить? Вкусно, хорошо хранится и удобно использовать в качестве этакого фаст-фуда».

- Скажи, отец, а делают у вас копчёную рыбу?

Отец воззрился на меня, явно не поняв, о чём речь.

«Так, а вот тут, главное, не выдать себя. Похоже, о копчении он не знает».

- Мне сегодня у обоза рассказали о таком способе приготовления рыбы, это очень интересно и, говорят, вкусно. Давай попробуем?

- Знаешь, дочь, я уже и не удивляюсь твоим идеям. И откуда только берутся? Объясни мне, как всё сделать, может и выйдет что путное. Пока все твои задумки удавались.

Сделать настоящую коптильню в таких условиях, конечно, невозможно, но однажды мне рассказывали, как коптили раньше рыбу в деревнях, и я решила опробовать этот способ.

- Папа, сходи к столяру, пусть возьмёт четыре хорошие жерди и скрепит их сверху небольшими тонкими дощечками, а дальше всё сделаем сами. Деньги прихвати, сколько надо, чтобы расплатиться с ним.

Деревенским столяром был муж Марты, человек большого мастерства, и я не сомневалась, что мужчина воплотит мою идею так, как надо.

- Хорошо. И что касается монет, доченька, надо припрятать их от греха. То, что ты хорошо сторговалась по селу мигом все узнают, а дом у нас сама видишь, ветер дунет и то двери откроет.

- Ты прав, - я и не задумывалась о том, что кто-то может обокрасть нас, но и с этим приходилось считаться, а делиться своим добром уж точно ни с кем не собираюсь, - куда же нам их деть?

- Я уж подумал об этом. В доме оставлять нельзя, а на берегу растёт старая ива, да ты видела её, аккурат напротив нашей избушки стоит. Внизу, у самых корней, в ней есть небольшое дупло, кто не знает, никогда его не заметит, да и народ там почти не ходит. Там и припрячем, укроем ветвями, всё целей будет.

- Тогда так и поступим.

Не откладывая в долгий ящик, мы отсыпали немного денег на необходимые нужды и пошли к реке. Старая ива, действительно, была лучшим вариантом, вода сюда не поднималась даже в паводок и можно не бояться, что деньги смоет в реку. А небольшое дупло не так-то легко было заметить. Будет наш банк – скромный, неприметный и платить за ведение счёта не надо. Выгодный, однако, способ хранения!

Управившись с этим делом, отец отправился к столяру, а я занялась своим гардеробом. В наличии у меня было два платья: голубое, за давностью лет, почти выцветшее и серое, из добротной, хоть и грубоватой шерсти, с красивой вышивкой по горлу и манжетам. Нашлась и ткань для нового чепца и нижнего белья, о своём комфорте тоже надо подумать.

Запасшись речным песком и золой, я привела одежду в порядок, остаток дня потратила на швейные работы, результатом которых стали удобные короткие панталончики и немножко кривоватый, но симпатичный чепчик.

Как и все девчонки, выросшие в девяностых, я умела кроить и шить. В те годы любая могла сделать для себя простенький сарафанчик, юбочку или платье. Отсутствие одежды в магазинах и её заоблачные цены хорошо стимулировало рукоделие, а вязали спицами и крючком вообще всё подряд. Как же зимой без шапок, рукавиц, носков и тёплой шали?

К тому времени, как я справилась со своим гардеробом, вернулся отец. Плотник сделал, всё, как и было задумано и осталось дело за малым.

Из прутьев Петер связал решётку, которую мы установили сверху конструкции. Вырыв во дворе небольшую яму, развели в ней костёр и когда собралось достаточно углей для копчения, накрыли их сверху мочёной щепой, я добавила несколько веток можжевельника и сушёной лаванды. Специй пока не приобрела,