Ричел Мид - Падший ангел

Сет Мортенсен.

Я чертыхнулась и наскоро закончила водные процедуры, за что удостоилась презрительного взгляда Обри. Мы не договаривались, сколько времени займет экскурсия по городу. На это может уйти все утро, а пока я встречусь с Эриком, охотник успеет нанести новый удар.

Я пришла в «Изумрудный город*, надев самый непривлекательный из своих нарядов – джинсы и свитер с воротником-хомутом. Волосы я беспощадно стянула на затылке. Пока я ждала Сета в кафе, ко мне подошла улыбающаяся Пейдж.

– Ты должна будешь показать ему «Звуковые книги Фостера и Пьюджета», – сказала она.

Пытаясь окончательно проснуться, я пила сваренный Брюсом мокко и старалась понять ее логику. «Звуковые книги Фостера и Пьюджета» были нашими конкурентами, хотя и не основными.

– Это же отстой.

– Вот именно. Покажи ему их во всей красе, и он убедится, что писать книги лучше всего у нас. Здесь.

Я продолжала смотреть на нее с недоумением. Возможно, история с Дьюаном сильно подорвала мои умственные способности. Не каждый день бессмертного лишают жизни.

– С какой стати ему писать свои книги здесь?

– Потому что ему нравится ходить с «ноутбуком» и сочинять в кафе.

– Да, но он живет в Чикаго.

Пейдж покачала головой.

– Уже нет. Где ты была вчера вечером? Он переезжает сюда. Хочет быть поближе к родным.

Кажется, Сет действительно что-то говорил про брата, но я так переживала из-за своего позора, что все остальное пролетело мимо моих ушей.

– Когда?

– Насколько я знаю, сейчас. Именно поэтому мы стали последним пунктом его турне. Пока он поживет у брата, а потом обзаведется собственными апартаментами. – Пейдж наклонилась ко мне, хищно блестя глазами. – Джорджина, если знаменитый писатель будет часто появляться в нашем магазине, это пойдет на пользу нашему имиджу.

Честно говоря, в данный момент мне было все равно, где станет творить Сет. Меня пугало, что он не уедет в другой конец страны, где скоро забудет обо мне, после чего мы оба сможем жить спокойно. Теперь мне предстоит сталкиваться с ним каждый день. А если желание Пейдж осуществится, то сталкиваться в буквальном смысле этого слова.

– Как же он будет писать в месте, где его все знают? У него не будет отбоя от поклонников.

– Это наша забота. Мы обеспечим ему уединение… Осторожно. Он уже здесь.

Я сделала еще глоток мокко, удивляясь предприимчивости Пейдж. Подобное никогда не пришло бы мне в голову. Деньги в дело вкладывал Уоррен, но коммерческим успехом магазин был обязан исключительно маркетинговому складу ума моей непосредственной начальницы.

– Доброе утро, – сказал Сет, подойдя к нашему столику.

На нем были джинсы, майка с надписью «Деф леппард» и коричневый вельветовый пиджак. Волосы явно не встречались сегодня с расческой.

Пейдж в упор посмотрела на меня, и я вздохнула:

– Пойдемте.

Сет молча вышел за мной на улицу. Мы оба ощущали неловкость. Он не смотрел на меня, а я – на него. Когда мы вышли на бульвар королевы Анны, я поняла, что так и не составила план экскурсии.

– С чего начнем? Сиэтл, в отличие от Галлии, не разделен на три части.

Я шутила больше для себя, но Сет неожиданно рассмеялся.

– «Seattle peninsula est»,[12] – процитировал он, обманув мои ожидания.

– Неверно. Кроме того, Цезарь такого не говорил. Это написано в путеводителе Бедекера.[13]

– Знаю. Но я плохо разбираюсь в латыни. – Мортенсен подарил мне задумчивую улыбку, которая, судя по всему, была его товарным знаком. – А вы?

– Прилично. – Интересно, как бы он отреагировал, если бы узнал, что я бегло говорю на всех латинских диалектах разных эпох Римской империи? Должно быть, он расценил мой туманный ответ как отсутствие интереса к теме, потому что отвернулся и снова умолк. – Вы хотели увидеть что-нибудь конкретное?

– Вообще-то нет.

Нет. Ладно. Отлично. Чем скорее мы начнем, тем скорее закончим, а потом я смогу встретиться с Эриком.

– Следуйте за мной.

Когда машина тронулась, я надеялась, что мы сможем начать глубокомысленную беседу, несмотря на вчерашнее неудачное начало. Но с каждой минутой становилось все яснее, что умные разговоры Сета не прельщают. Я вспомнила, как вчера он боялся не только публики, но даже сотрудников магазина. У малого оказались серьезные проблемы с общением, хотя он тщательно скрывал это во время нашего невинного флирта. Но потом я ушла и пустила в ход «отталкивающие» флюиды, которые должны были напугать его до смерти и заставить забыть о вчерашних достижениях. Браво, Джорджина.

Если бы я сумела найти подходящую тему, он смог бы восстановить прежнюю уверенность в себе и нашу связь, конечно, платоническую. Я попыталась придумать какой-нибудь серьезный вопрос, но вчерашняя неудача повторилась. Поэтому пришлось начать пустую светскую беседу.

– Значит, ваш брат живет в Сиэтле?

– Да.

– В каком районе?

– Лейк-форест-парк.[14]

– Отличное место. Хотите посмотреть его?

– Не очень.

– Тогда, может быть, что-нибудь другое?

– Да нет.

О'кей. Опять тупик. Расстроенная тем, что мастер письменной речи может не владеть устной, я бросила свои попытки завязать диалог. Овчинка не стоила выделки. Поэтому я жизнерадостно болтала в одиночку, проводя экскурсию по здешним достопримечательностям: площади Пионеров,[15] рынку «Пайк-плейс»[16] и познакомила с троллем Фримонта.[17] Выполнила инструкции Пейдж, показав ему самых задрипанных из наших конкурентов, но то, что находилось неподалеку от «Космической иглы»,[18] удостоила лишь короткого кивка. Конечно, он видел все это из окна «Изумрудного города» и если бы действительно хотел совершить экскурсию, мог бы обратиться к гиду.

Ленч мы провели в районе университета. Мортенсен без протестов и возражений пошел в мой любимый вьетнамский ресторан. Я получила возможность немного отдохнуть от болтовни. Мы ели клецки, смотрели в окно и любовались толпами студентов и машинами.

– Тут неплохо.

Это были первые слова, которые Сет произнес за все время по собственной воле. От звука его голоса я вздрогнула.

– Да. Место не слишком модное, но готовят здесь вкусно.

– Нет, я имел в виду этот район.

Я проследила за его жестом. На улице не было ничего интересного, кроме беспечных студентов с рюкзаками на плечах. Но потом я увидела еще несколько ресторанчиков, кафе и букинистических магазинов. Это была эклектическая смесь, местами запущенная, но способная многое предложить нервным интеллектуальным типам. В том числе знаменитым писателям-интровертам.

Я посмотрела на Сета, а он с ожиданием – на меня. Это был наш первый зрительный контакт за весь день.