Свечница для королевского сына - Таня Тайлер

А затем повернулся ко мне и приказал:

— Закрывай ставни!

Мы быстро закрыли все ставни и забежали в дом. Антон закрыл все двери и встал у одной из них, прислонившись спиной.

— Что происходит-то?

— Гон.

— Чего?

— Леший водяному продул живность в карты и теперь гонит свой проигрыш во владения нового хозяина. Сейчас тут табуном побегут волки, лисы, зайцы, они могут затоптать в агонии бега. Это настоящие хулиганства. Они бьют стекла, топчут посевы, разбивают и разрушают все, что могут на своем пути.

Будто в подтверждение этому снаружи послышался топот сотен копыт и лап. Казалось, огромный табун лошадей несся по деревне, и он не заканчивался. Мы сидели дома в темноте с закрытыми ставнями и дверьми, прислушиваясь к звукам извне. Что-то с силой ударило в стену дома. Где-то на улице послышалось, как разбиваются стекла и ругаются бабки. Но их крики тонули в общем гуле.

Все стихло так же внезапно, как и началось. Антон собрался открыть дверь, но в ту же секунду дверной косяк разнесло в щепки, дверь слетела с петель, отбросив парня в сторону. Я от страха не могла пошевелиться. Дверь полетела прямо на меня. Все случилось в секунды, даже понять ничего не успели. Теперь придется менять дверь — это последнее, что пронеслось в моей голове.

Глава 6

Голова гудит невероятно. Причем так сильно, что глаза открыть не могу. Попробовала что-то произнести, но с губ слетел только слабый стон. Пошевелила руками, ногами — все на месте и двигается. Но такая дикая слабость во всем теле, будто все те тысячи лап пробежались прямо по мне.

Сил не было совсем, я то приходила в себя, то снова засыпала.

Спустя время смогла немного приоткрыть глаза.

Это был какой-то дом с длинной прямоугольной комнатой. Посреди комнаты топилась печь, а в стенном шкафу стояли разные склянки, пузырьки и книги. У печи стояла полненькая девушка в белом сарафане, помешивала поварешкой что-то в кастрюле и напевала себе под нос. Две русые косы спускались ниже пояса.

Девушка перестала петь и резко повернулась, уставившись на меня. У нее был небольшой носик, огромные серые глаза и пухлые губы. Я зажмурилась, а затем сощурилась, силясь вглядеться в ее лицо. Это была та самая девушка с картинки, спрятанной в панаме Пети!

— Привет, я Варвара, — девушка добродушно улыбнулась, помахав мне поварешкой. С поварешки во все стороны полетели брызги, заляпав сарафан, печь и пол.

— Юля, — я с большим трудом произнесла имя и закрыла глаза. Меня подташнивало, в голове еще звенело.

Когда я снова открыла глаза, девушка вытирала капли со своего белого фартука.

— А вы, Юля, из Свечного, да? Маменьку мою, наверное, знаете. Василисой зовут. Она еще лавку со скатертями-самобранками держит.

Я кивнула, говорить сил не было.

— Ох, да вы совсем без сил, голубушка, — запричитала девушка. Она отошла куда-то в сторону и вернулась с большой подушкой.

Варвара приподняла мою голову очень аккуратно и подложила под голову и спину подушки так, что я расположилась в положении полусидя. Затем девушка вернулась к печи, достала тарелку и поварешкой, налила в нее похлебку, которую варила в кастрюле. Полусидя я могла осмотреть комнату получше. Вдоль стены стояли несколько узких кроватей, но они были пусты. Рядом с кроватями стояли тумбы. Похоже на лазарет. На мою тумбочку опустилась тарелка с ароматным супом. Есть не хотелось, но Варвара настояла, чтобы я проглотила хотя бы пару ложек. Пыталась дотянуться до предложенной ложки, но рука безвольно упала на кровать. Варвара увидела мой взгляд, полный отчаяния и широко улыбнулась, подбадривая.

— Какая я глупая! Ты очень слаба еще, давай я тебя покормлю.

Она зачерпнула ложкой суп и отправила прямиком в мой рот. Жевать я могла с трудом, и было приятно осознать, что мясо и картошка очень разварились. Проглотив четыре ложки, я откинула голову на подушки. Больше не могла есть.

В это время дверь отворилась и зашел мужчина в возрасте с седой головой. На его плечах были золотые эполеты, а за спиной развевалась красная накидка.

Варвара вскочила с кровати и низко поклонилась.

— Она только очнулась, Ваше Высочество. И даже смогла проглотить четыре ложки супа.

— Это очень хорошо, Варя, спасибо.

Его величество смотрел на меня во все глаза. Он был очень похож на Антона, только лет на тридцать старше.

— Антон?

Пришлось собрать все силы, чтобы произнести хоть одно слово. Король отвернулся.

— Он помогает восстановить земли после гона. Осмотрите ее и докладывайте о состоянии каждый день. Девочка очень похожа на Клару, вы были правы. То, что она пришла в себя, хороший знак?

Король стоял ко мне спиной и разговаривал с кем-то, кого я не видела.

— Хороший, — из-за спины короля вышел библиотекарь в белом халате.

Король кивнул и ушел. Библиотекарь подошел ко мне, потрогал ладонью лоб.

— Болит голова?

Я кивнула.

— Слабость?

Я кивнула.

Он проверил пульс, достал из кармана халата блокнот и карандаш, начиркал что-то, оторвал лист и передал Варваре. Девушка кивнула и положила листик в карман сарафана.

Библиотекарь поправил очки, еще раз внимательно посмотрел на меня и ушел.

Варя плюхнулась на край кровати.

— Фуух, ушли. Ты вообще что-то помнишь?

Я отрицательно помотала головой, от чего она сильнее разболелась.

— Во время гона двери в твоем доме выбили, и в тебя прилетел кусок двери. Прям в голову прилетел. Ты вырубилась, а Антону руку щепой пробило. И он тебя на руках с торчащей из плеча щепой нес до сюда. Оба в крови в город явились, ужас-то был! Король испугался очень, а потом смутился, как мне кажется. Никогда еще сын королевский не делал ничего хорошего никому. Бабником был, статейки писал злобные на столбах. А чтобы нести кого-то через два города на руках, спасая от смерти, такого никто от него не ожидал. Даже король. Вот и сослал его подальше от тебя, помогает теперь дома восстанавливать да огороды в Свечино. Наверное, рядом с Петькой трудится.

Последнюю фразу Варя произнесла мечтательно.

— Я была при смерти?

Это меня сейчас интересовало больше, чем очевидная влюбленность Вари и Пети.

— Так десятый день тут валяешься без сознания. Уж никто не думал, что ты очнешься. Но как я рада! — Прокричали петухи, и девушка спохватилась. — Тебе нужен отдых, а мне нужно идти ужин королю стряпать.

Варвара спрыгнула с кровати и вышла из комнаты.

Ничего себе, десять дней я была без сознания. А королю, видать, не понравилось, что сын его помог мне,