Кто удержит ведьму? - Алиса Турецкова

будет слишком лёгким наказанием, повелитель, — смазанной тенью к трону скользнул сероглазый демон. — Мы стравим близнецов Лориана с сыном Хаила, и тот сам уничтожит их, а прекрасную Ахию собственноручно отдаст моим потомкам, отвергнутым этим высокородным снобом, — он раскатисто засмеялся. — Повелитель, — вновь заговорил советчик. — Вам лучше пока скрыться в одном из миров как беглецу, а на трон посадим Вашего младшего брата. Его и объявим убийцей Вашего отца.

— Ты решил предать меня? — взревел узурпатор, хватая сероглазого за горло.

— Что Вы, повелитель! Я искренне предан Вам. Не пройдёт и половины периода, как Ысыф самолично вернёт Вам корону и станет незыблемой скалой поддерживать правление, как будет думать, пострадавшего принца. Доверьтесь и станете самым могущественным из царей.

Повинуясь его молчаливому приказу, воины всадили в спину одного из друзей по самую рукоятку кинжал, лишающий души. Второго же, стянув блокирующими силы путами, оттащили к озеру казни и сбросили в кипящие потоки лавы на глазах многочисленных свидетелей казни преступника.***

— Получается, я сам вернул трон врагу своей семьи?! Убил друзей? — мои руки дрожали, язык отказывался слушаться.

— Ты всё верно понял, демон! Твоё вмешательство в божественное предначертание позволило злу торжествовать! Ты свёл на нет все мои попытки вернуть течение истории в изначальное русло. Теперь смотри на страдания родной души. Смотри и пропитывайся её болью!

— Смилуйся, Богиня! — взмолился я.

— Не ради тебя, а ради разорванных любовных уз, я позволю тебе плести нити их судеб. Но Ахия каждый раз будет оказываться между этими тремя и двумя, чтобы ты ни задумал. Попробуй спасти сестру, тогда, возможно, я прощу тебя, — Создательница исчезла так же, как и появилась: один взмах ресниц и её нет.

А я направился прямиком во дворец, где во всю шумели празднества.

Под удивлённые выкрики к моим ногам упали сначала царь Осимоил, затем отец Вилалиса и Чевиулиса. Воспользовавшись своей силой высшего истарха, я заставил присутствующих увидеть показанное мне Любовью и принять наказание предателей.

Понимание, что я помог свершиться несправедливости терзало душу чёрным огнём отчаяния.

С покаянной головой мне пришлось спуститься в застенки и упасть на колени перед законным правителем, вымаливая возможность исправить содеянное. Однако, свергнутый царь слишком боялся меня и сам вымолил разрешение отправиться в горы Смирения, чтобы, обрив волосы, служить Создателям.

Водрузив корону на голову его маленького сына, я поклялся кровью оберегать сидящего на троне, став сначала регентом, затем советником-тенью.

Но это не могло уменьшить боли сердца.

Многие века я снова и снова создавал жизненный круг для души Ахии. Я возрождал её принцессой сильнейшей империи, крестьянкой в отдалённой деревне, воином ли, лекарем ли. Всё равно когда-то назначенные мною мужья настигали воплощение нежной сестрёнки, принося ей мучения и гибель. А защитники раз за разом опаздывали с помощью. Мне хотелось выть от безысходности, ворваться в чертог Создателей и силой заставить насмехающихся над нами Богов спасти мою малышку. И с отчаянием обречённого понимал, что всей моей силы не хватит против одного единственного слова самого слабого Создателя. Я ломал себя, смирял и заставлял терпеливо составлять новый план, раз за разом терпя поражение и опять бился в предсмертной агонии вместе с родной душой.

Я очень надеялся, что в этот раз мой замысел удастся и нить ужасной судьбы порвётся, освобождая всех нас от общего проклятия.

_________________

Уже на утро Мортия подтвердила, что моя догадка оказалась верной. Я готова была обнять весь мир и расцеловать всех и каждого, от переполняющей душу радости:

— Мой маленький! Мой цветочек! Я никому не позволю навредить тебе! Твоя мама не смогла защитить твоего братика, но больше я не позволю такому случиться, — шептала я, смахивая счастливые слёзы.

— Мои любимые! Родные! — Каил, встав на колени с волнующим сердце трепетом припал губами к моему животу. — Теперь мы свободны от договора с демоном? — повернул голову к старшей ведьме.

— Ещё слишком рано об этом говорить, — разрушила вспыхнувшую надежду названная мать. — Эта жизнь пока слишком ранима. Не смотри на меня такими глазами, Альфития! По крайней мере первое время я запрещаю тебе покидать поселение. Твой третий муж вполне может встретиться с твоими первыми мужьями и передать от тебя весть. Но встречаться пока ты не будешь с ними! Когда плод закрепится, тогда и поговорим. И не возражайте! — жестом остановила нас обоих. — И тебе и им полезно побыть в разлуке: станете больше ценить то, что имеете, — не позволив вставить и слова, Мортия вышла за дверь.

— Не плачь, любимая, — сжал меня в объятиях Каил. — Мы что-нибудь придумаем с Шииром и Каем. Тебе нельзя расстраиваться. Думай сейчас только о себе и малыше. Ничего с теми двумя не случится: мужчины сильнее, чем ты думаешь.

— Я сама скучаю, — всхлипнула я, чувствуя неловкость от этого признания.

Ну, реально, говорить одному мужчине о неравнодушии к другим.

— Это нормально, Афи, не стоит стесняться своих чувств. Знаешь, — поднял он моё лицо за подбородок и нежно коснулся губ своими. — Это вселяет надежду в моё сердце: если ты смогла полюбить их, значит и для меня есть возможность.

— Каил, — обняла его за талию, прижавшись щекой к широкой груди, вслушиваясь в размеренные удары сердца. — Наверное, я тебя люблю с самого первого дня.

— Я самый счастливый мужчина, — радостно засмеялся он, поцелуями увлекая за собой в водоворот наслаждения.

_______________

Шиир

Когда слуга сообщил, что в холле нас дожидается ведьмак, мы оба буквально слетели по ступеням вниз:

— Так всё-таки именно ты стал третьим мужем Альфи, — мою душу переполняли противоречивые чувства: от жуткой ревности до искренней благодарности, от отчаянной тоски до безбрежной надежды.

— Я, — спокойно произнёс Каил, всем видом показывая своё довольство сложившейся ситуацией.

— Я рад, что это ты! — обнял его по-братски Кай. — Добро пожаловать в семью!

— Скорее рассказывай, как там наша жена, — перебил я обоих, увлекая за собой в гостиную и попутно отдавая распоряжение слугам накрыть стол. — Каийринтираси прав: это чудо, что именно тебя выбрал высший на роль отца нашего малыша. Тебе придётся хорошенько постараться, ведьмак!

Неуместные недовольство и зависть пришлось усилием воли вытравить из себя, пока они не успели дать ядовитых всходов. Семья — это семья. Здесь не должно быть моего-твоего, всё наше. Только так появится возможность достичь гармонии. Конечно, было бы значительно легче, будь наша ведьмочка сейчас с нами. Но, как говорится, имеем то, что имеем.

— Уже, — улыбнулся младший сосупруг.

Мы оба неверяще уставились на него, оглушённые новостью. Но, через мгновение, осознав, что это значит, сгребли побратима в охапку, одобрительно хлопая по спине, поздравляя, благодаря от