Солнце мира богов. Том первый (СИ) - Анна Цой

двумя циклонами. Низкое самоощущение наравне с вызывающими действиями. Открытая неприязнь к мужчинам и в частности к Владыке. Недоверие. Тщательно скрываемая за позёрством апатичность. Ты и в самом деле ждёшь ребенка, лукавая?

Мне хватило секунды, чтобы рассудить ситуацию и солгать:

— Нет, — с честным взглядом.

Он кивнул.

— Я это учту. Подойди и подай мне руку.

Я готова была лопнуть от интереса, зачем ему моя рука! Не метку же он брачную на ней выводить собрался!

Метку⁈ Я застыла, держась за его тёплую узкую ладонь с длинными пальцами. Такую же, как и он сам. Мужчина поднялся на ноги, оказавшись выше меня на каблуках на полголовы. Значит без них — на целую голову.

— Знаешь, а я не против, — сжала пальцы и дождалась, пока от запястья до локтя не легли руны брака, оплетающие мой новый знак рода.

Позорный и противозаконный для висталки. Но важный для моей крайне родовитой дочери. Один из Высших лордов! Если считать, что замуж я никогда не планировала, то большую удачу можно было бы поймать разве что… ни с кем. Вот узнаю его уровень магии и смогу рассудить.

— Аграрх, — призвал свою мириду (дух рода) Виктор, — проводи леди Кери до её покоев в женской части дворца.

Я с сомнением оглядела метку, отразившуюся на его руке, и опять, как он выразился, «тактильно ему навязалась», то бишь схватила за второй рукав и заглянула под него. Забавно, что я располагалась на правой его руке. На главной. Почему тогда первая жена не удостоилась такой чести?

— Она тебя не потревожит, задумчивая, — очередной милый эпитет.

Ласковый и максимально странный.

— Пугающе, конечно, — я на секунду округлила глаза, — но нам метку консумировать надо. Кресло, стол, прогуляемся до спальни?

Он забрал у меня собственный рукав, сел на свое место и ответил, укладывая бумаги обратно в ящик стола:

— Вечером, — очень занятое.

Я пожала плечами, хмыкнула и, наклонившись, чмокнула его в лоб, затем махнула подолом платья, взяла со стола дверную ручку и вставила её в дырявую дверь. Рядом образовался абсолютно белый ворон, взмахнул крыльями и сел мне на плечо, важно тюкнув меня клювом в макушку. Не больно, но ощутимо, видимо для размышлений. Так сказать, ответная реакция хозяина мириды на мою поцелуйную развязность.

— За внешний барьер не выходи, — практически приказ, я тем временем отворила дверь, — Роща должна привыкнуть к тебе. Иначе будешь петлять, как сегодня.

Я понятливо кивнула, пусть и хотелось сказать сердечное спасибо вредному замку. И строившей его маме заодно.

— Леди Ариэлла, вы… — появился на моем пути секретарь, — чай для вас… готов.

— Дрэнк, — безразличные слова мне вдогонку, — прикажи протереть стол.

Вот же вредный! Там всего пара точечек осталась!

Мне протянули чашку. Я довольно улыбнулась секретарю, затем, так и не закрыв дверь, развернулась к хозяину всего, что здесь есть, и, изящно дефилируя, прошагала к поджимающему губы Виктору. К его столу в частности.

— Лучше принесите лорду сладких печенек, а то он какой-то слишком тоскливый и горький! — я поставила перед лордом чашку с чаем, ожидая его реакции.

И она последовала — мужчина спокойно кивнул и произнёс для меня:

— Брысь, ехидная!

Господин секретарь, всё ещё смотрящий на нас, успел сменить несколько цветов за минуту моих манипуляций, после дождался, пока я выйду обратно в приемную и закрою дверь, и только потом икнул от переизбытка чувств. Предположительно опасений.

— Да он мягкий, не переживайте, господин Дрэнк, — я пробежала до следующей двери, отворила её и добавила, — может вам тоже чаю с мятой? Успокоитесь моментально, — и хитро, — и про печенье не забудьте.

Шаг в коридор, закрытие двери и выдох. И только после этого осознание вида с той стороны коридора: страдающий Эрик тащил мой шкаф. Всё это время!

— Бедный мальчик, — осудила я сама себя, — Эрик! Постой!

Я приподняла сумочку под его охреневающим взглядом, пнула её носком туфли и дождалась, пока она разложится до размера чемодана на колесиках.

— Мы с твоим папой поговорили, — я крепко сжала ручку своего багажа и продолжила обратный путь, — он у тебя… точнее у нас, вполне спокойный и милый.

Голубые глаза снова застыли в недоумении от мириды на моём плече. Я тюкнула пернатый бок:

— А ты не подслушивай, а пей чай! — для некого лорда, с которым эта лялька была связана, — где тут вход в женское крыло?

Предположительно подальше отсюда, потому как свою жену Виктор возжелал держать даже не на ведущей руке. Может и я тихонько посижу в своей комнатке девять месяцев, м? Хотя, хочу ли я этого — другой вопрос.

Глава 5

Обосновательная, разговорная и комнатная, вперемешку с чемоданной

— Провожу вас, леди, — насуплено и неуверенно глянул на отцовскую мириду юный лорд, — всё равно к маме хотел сходить.

Ага. Эта тема как раз меня интересовала.

— Мне стоит познакомиться с твоей мамой, — льстивое в дополнение, — я слышала, что леди Кери — очень хорошая женщина.

Он закивал, как я и предполагала, важно и любяще улыбнулся и воскликнул:

— Вы права! Она очень добрая, красивая и умная! Она построила всю женскую половину замка, сама, представляете! Отец дал ей разрешение, а она… ого!

Он застыл, удивлённо разглядывая дверь, возникшую после поворота из коридора перед нами. И её здесь быть не должно было! Потому что из этого коридора мы должны были прийти в другой, а после в следующий… я с ухмылкой опустила ручку вниз. Построенные мамой строения воспринимали меня лучше, чем тех, кто здесь жил.

— Вам повезло — Роща вас запомнила и приняла, а меня…

Он часто менял эмоции. Как делают подростки в свои тринадцать-пятнадцать. Девочки. Может, это из того же «ящика», что и невозможность говорить у маленьких лордов до четырёх-пяти лет? Всё развитие уходит на магию и физическую силу?

— Да ладно! — решила поддержать его я, — зато часто будем ходить вместе, — я пропустила его вперед, — буду твоим проводником.

Я широко улыбнулась в ответ на его восхищенное удивление. Цикл, да он совсем ещё птенчик! Вот по какой причине у взрослых и серьёзных (я бы сказала тираничных) папулек вырастают такие сыночки? Нежные, сладкие и ранимые.

Ну чисто Варг годом ранее. К нему аристократки всего мира ластятся только потому, что помимо внешней красоты в нём сокрыта непомерная глупая милота. И если Аезелвалфа можно назвать щеночком, а демонячного и ведущего себя на уровень старше Зиг-ги — птенчиком, как называют своих детей Хакгарды, то Эрик был… кем? Кери, вспоминая историю, выходили из рода чистокровных драконов, однако, расово-отличительных глаз не было даже