Мэри Дэвидсон - Бессмертная и незамужняя

– А это было бы неплохо… Спасибо за идею, возможно, на следующей неделе я этим займусь.

– Так из-за чего ты…

– Дело в том, что на похоронах я обратила внимание на обувь миссис Тейлор и сразу поняла, что это не ее «Прада». Вот я и приехала, чтобы их забрать.

– Я просто не понимаю!.. Она ведь носит на целый размер меньше, чем я, но все равно решила прибрать мои туфли!

– Одно слово – дрянь! Что тут понимать? – Джессика махнула рукой.

Я улыбнулась, глядя на нее. Она была похожа на египетскую царицу, готовую с яростью кобры броситься в бой за своих друзей. Джессика никогда не скрывала неприязни к моим отцу и мачехе, и тем не менее она решилась появиться в их доме в день моих похорон. Чтобы вызволить отсюда «святыню» – коллекцию обуви усопшей подруги.

– Джесси, но зачем тебе это понадобилось? Ведь я была мертва… по крайней мере ты в этом не сомневалась… и мои туфли мне бы уже не пригодились.

– Зато пригодились бы мне, – ответила Джессика. Ну конечно… Нога у нее, наверное, не меньше, чем у Мэджика Джонсона.[5] – Кроме того, я не могла это так просто оставить. Ведь эта стерва стянула ключи у твоего отца, проникла в твой дом и совершила кражу! Я знала, что ты была бы против того, если бы твои туфли досталась ей. И вообще я думала передать их в фонд нашей организации.

Я понимающе кивнула. В свободное время, то есть почти пятьдесят часов в неделю, Джессика руководила общественной организацией под названием «Верное начало», где содействовали трудоустройству женщин, находящихся в затруднительном положении: готовили их к собеседованию, давая советы и рекомендации, помогали составить резюме, предоставляли во временное пользование одежду, обувь и прочие аксессуары.

– Блестящая идея!.. И как ты только до этого додумалась? – Я уложила в подол бального платья последнюю пару туфель и закинула свой импровизированный мешок за спину – ни дать ни взять, вампирический Санта Клаус. – Но теперь-то этому, конечно, не бывать, уж если я вернулась с того света. Еще никогда я так сильно не нуждалась в хорошей обуви, как сейчас. Идем.

Покидая спальню, я заодно прихватила шкатулку с драгоценностями Антонии. И на кухне, пока заинтересованно наблюдавшая Джессика держала «мешок» с туфлями, высыпала украшения мачехи в блендер, захлопнула крышку и нажала на клавишу.

Через несколько секунд на скрежет и лязг примчалась Антония. Отец, должно быть, поспешил укрыться в своей берлоге, чтобы утешиться старым добрым виски и свежим порнофильмом.

Некоторое время мы все трое молча глядели на сотрясающийся блендер, потом я позволила стремительно вращающимся лезвиям остановиться. Стало слышно, как скрипит зубами Антония – но тем не менее она не проронила ни слова. Просто таращилась на меня, и в ее взгляде в равной степени присутствовали и ненависть, и страх.

Меня, признаться, это только порадовало.

– Слушай внимательно, Анти, и учти, что от этого зависит твоя жизнь! Никогда больше не смей без разрешения заходить в мой дом и тем более трогать мои вещи! Независимо оттого, мертва я или нет. Иначе я дам тебе такого пинка, что твоя задница уйдет под самые лопатки! – Этот монолог я произнесла крайне ласковым тоном и, оторвав от дверцы холодильника рукоятку, вручила ее мачехе. – Все поняла? Отлично. Увидимся на Пасху.

И мы с Джессикой направились к выходу. При этом мне было чертовски приятно видеть, как Антония О'Нейл Тейлор отпрянула в сторону, освобождая дорогу.

Глава 8

После непродолжительной дискуссии мы с Джессикой расстались, и я отправилась к своей матери. Теперь, решив начать новую жизнь (хотя и не имея представления, каким образом), я не могла допустить, чтобы мама по-прежнему, пусть даже всего-то несколько лишних минут, считала меня умершей.

Как только мы с Джессикой оказались на улице, она сказала:

– Все правильно, так этой миссис Тейлор и надо! Однако ты все же могла бы объяснить и ей, и отцу, по какой причине поднялась из гроба… Сообщить им, что стала вампиршей. – При слове «вампирша» голос Джессики дрогнул, она хихикнула и тут же умолкла.

Я не могла ее винить. Это и в самом деле звучало как-то нелепо.

– Ну ты же их видела, – возразила я. – Разве они проявили хоть малейшее желание выслушать объяснение? Папа даже не вышел, чтобы попрощаться. Что же касается Анти, то она была слишком занята выуживанием из блендера своих покореженных побрякушек.

– Да, действительно…

Я попросила Джессику сообщить о моем воскрешении всем, кому сочтет нужным, однако подобное предложение ее просто ужаснуло.

– В фильмах вампиры всегда скрываются в подземельях, – сказала она. – И для своих родственников и друзей так и остаются мертвыми.

– Ну, во-первых, мы не киноперсонажи, а во-вторых, я не желаю, чтобы близкие мне люди считали меня мертвой в то время, как я буду разгуливать по городу. Не хочу делать из этого тайны! Я не собираюсь из века в век прятаться по темным углам, словно какая-нибудь идиотка, страдающая аутизмом. Так что не говори глупостей.

– А как же власти?.. Ученые? Что, если тебя решат изловить и подвергнуть обследованию? К тому же свидетельство о твоей смерти уже выписано. Номер твоего социального обеспечения недействителен… как и кредитная карточка. Ничего этого уже не восстановить. Так что подумай, Бетси.

По правде говоря, подобные мысли мне в голову не приходили. Как же я теперь буду зарабатывать на жизнь? Можно, конечно, устроиться ночным администратором в мотель или подыскать что-то еще в том же духе.

– Об этом я как-то не задумывалась, – призналась я. – Но дай мне время, ведь всего лишь двое суток назад я совершенно голая лежала на столе…

– О-о-о!.. Так ты с кем-то встречалась?

– Тьфу на тебя!.. Мне сейчас вообще не до этого. Прежде всего, я должна встретиться с мамой.

– Правильно, – кивнула Джессика. – Я еду с тобой.

– И не думай… Разговор предстоит нелегкий – как-никак, дочь восстала из мертвых. Только твоих мудрых комментариев там не хватает.

– Тебе нельзя оставаться одной! – запротестовала Джессика.

– А что со мной может случиться?

Немного помолчав, подруга неохотно согласилась:

– Действительно.

Сев за руль, я захлопнула дверцу и опустила стекло.

– Сообщишь ты кому-то или нет – мне это, в сущности, без разницы. Хочу только сказать, что я не собираюсь держать в тайне свое воскрешение. Тебе бы понравилось, если бы я утаила это от тебя?

– Тут совсем другое дело… Ведь мы с тобой почти как сестры.

– Ага, – кивнула я. – Мы даже похожи как две капли воды.

Джессика выпучила глаза.

– Я имею в виду, что вовсе не обязательно рассказывать всем подряд. Пусть об этом знают только твои близкие и я. Ну и еще, быть может, инспектор Ник.