От всего сердца - Илона Эндрюс

— Она будет смертельно оскорблена. — Я вздохнула. — Ты хочешь иметь дело с затаившей обиду Калденией следующие полгода? Потому что я не хочу.

Орро перестал листать список и уставился на экран рассеянным взглядом.

— Орро, — ласково произнесла я. — Три сотни гостей — это слишком много?

Он поднял голову. Его взгляд сосредоточился.

— На что ты намекаешь? Хочешь сказать, мои навыки недостаточно хороши?

О нет-нет-нет, мы не свернем на эту скользкую дорожку в дремучий лес обид Орро.

— Она спрашивает, нужна ли тебе какая-либо помощь, — пояснил Шон.

Шеф-повар нахмурился, задумавшись на секунду, и его глаза просияли.

— Два!

— Чего? — спросила я.

— Мне нужно два помощника! Может три. Мне нужен список видов. Мне нужно отправиться за покупками. Мне нужно в Баха-чар! Мне нужны кухонные принадлежности и деньги!

Он подскочил и побежал к двери кладовки. Гостиница услужливо ее распахнула до того, как Орро врезался в нее головой, и шеф растворился на просторах склада.

Шон повернулся к Мараису.

— Мы хотели бы нанять вас для охраны. На всякий случай.

— Не стоит этого делать. Я помогу в любом случае.

— Мы просто обязаны вам заплатить, — возразила я. — Придется провести время вдали от семьи.

Мараис задумался.

— Мне нужно проверить штатное расписание. Возможно, что-то может помешать мне взять подработку. Позвольте мне это уточнить.

— Спасибо, — поблагодарила я.

Он встал и вышел. Остались только мы с Шоном.

— У тебя есть контакты кого-нибудь, кто занимается биооружием? — спросила я.

— У Уилмоса есть кое-какое барахло в магазине. Могу его забрать, уверен, он не будет возражать. А зачем тебе?

— Один из кандидатов охраняется dushegubs[6].

Шон нахмурился.

— Я читал о них. Это разумные деревья. Они проблемные?

— Они разумны, но не способны испытывать эмоции. В нашем языке нет им названия. Эти психопаты испытывают эмоции, но со слабой ответной реакцией и с низкой способность к сожалению. Люди с алекситимией[7] испытывают эмоции, но не могут верно идентифицировать, что они чувствуют. Люди с шизоидным расстройством испытывают сложность с выражением эмоций, но опять же, они у них есть. Душегубы не относятся ни к чему вышеперечисленному. Это расчетливые, смертоносные, движущиеся деревья, которые питаются животной жизнью. Они знают, что у других существ есть эмоции, и что это за эмоции, и им все равно. Их первое действие — убийство, их второе действие — убийство, и если оно не удается, они переходят сразу к убийству.

— По крайней мере, у них четко расставлены приоритеты.

— В гостиницах они запрещены как вид. Мне нужно будет просить об особом разрешении, чтобы принять их, и если мы его получим, нам придется убить одного в качестве примера.

Шон уставился на меня.

— Поверь мне в этом на слово, — сказала я. — Каждый раз, когда душегубы останавливаются в гостинице, кто-то умирает. Если нам повезет, это будет один из них.

— Не вызовет ли это проблем с нашим холостяком?

— Я сразу им об этом сказала. Им плевать, если мы сожжем всю делегацию до тла. По-видимому, их присутствие до того угнетающе кровожадно, что вызывает у Святого Экклезиарха мигрень.

— Повеселимся на славу, — сказал Шон.

Лучше и не скажешь.

Глава 7

Джордж знает, как попасть на негостеприимную планету, на которой держат в ловушке Уилмоса, и он знает, как выторговать услугу за получение к ней доступа.

Станет ли последняя авантюра, в которую он втягивает «Гертруду Хант», слишком опасной даже для наших любимых хранителей гостиницы?

Наблюдайте за шоу «Межгалактический холостяк»!

В гостинице зазвонил колокольчик, оповещая о посетителях. Я тихо застонала и открыла глаза, оставив душегубский изолятор в середине преобразования. Сплетение ветвей «Гертруды Хант», укачивающих мое тело, гудело от энергии. Я заключила себя в кокон, чтобы ускорить процесс.

Нам удалось убедить Доминион Семи Звезд, что 48 часов — это нереалистичный срок. Я прикрылась Ассамблеей как щитом и сказала им, что нам нужно получить необходимые разрешения, что было лишь наполовину ложью. Будучи Республиканской империей с развитой бюрократией, Доминион согласился с необходимостью соблюдения надлежащей процедуры. Это дало нам пять дней на подготовку. Сегодня был третий день. Завтра канцлер Суверена приедет осмотреть помещения, чтобы мы могли внести коррективы.

Я провела последние три дня за работой с того момента, как открыла глаза, и до того момента, как потеряла сознание в нашей постели. Я мало ела, меньше спала, и этим вечером я достигла своего рода странного, обезличенного состояния, в котором я все еще была отчасти собой, но в основном я была «Гертрудой Хант», отчаянно формирующей комнаты из ничего.

Попытка вызвать экран, чтобы увидеть, кто находится снаружи, была выше моих сил. Мне нужно было пару секунд.

Стена раздвинулась, и появился Шон. Он выглядел изможденным. Линии его шрамов стали более заметны, а глаза покраснели. Даже гены оборотня не смогли компенсировать тот огромный объем работы, который мы проделали за последние 72 часа.

— Это Брайан, — сказал он.

Брайан Родригес управлял крупнейшей гостиницей в регионе, расположенной в Далласе. Он знал моих родителей до того, как они вместе со своей гостиницей исчезли без следа, и мы помогали друг другу в прошлом. Как и мои родители, он заседал в Ассамблее Хранителей. Хранители упорно отказывались покидать свои гостиницы без крайней необходимости. Почему он лично приехал к нам?

Шон взмахом руки вызвал экран. На нем мистер Родригес вышел из синей «Тойоты ФоРаннер». Мужчине было за пятьдесят, среднего роста с бронзовой кожей, темными волосами с проседью и короткой бородкой.

Мой мозг очень медленно установил связь. Мистер Родригес <- Ассамблея <- Запросы.

— Они отклоняют наш запрос на разрешение приема душегубов. — Я толкнула оплетавшие меня ветви, и те, разделившись, мягко опустили меня на пол. — Он приехал сказать нам об этом лично.

Пассажирская дверь распахнулась, и из машины вышел Тони. Тони был мистером Родригесом 2.0, но примерно на двадцать с лишним лет моложе, на три дюйма выше и без бороды. Он был милейшим парнем. Он также был ад-алом, тайным стражем Ассамблеи, следящим за порядком.

В своем обычном человеческом обличье Тони выглядел совершенно безобидно. У него была открытая улыбка и уравновешенный характер, и если бы вы вошли в комнату, полную людей, и попытались выбрать того, кто способен заковать вас в цепи и доставить на планету с умирающим солнцем, где вас ждет столетие одиноких мучений, он стал бы абсолютным последним выбором.

Хранители гостиниц обладали почти абсолютной властью в своих гостиницах, но за их пределами наши возможности были сильно ограничены. У aд-алов таких проблем