Личный враг адептки (СИ) - Бельская Анастасия

— На счет доброго я бы поспорил, ну да ладно. Пришел напомнить тебе о нашем уговоре.

Уговор. Черт… Точно.

Я не вовремя вспоминаю, что об этом-то Брайна не предупредила. Дурацкое условие Криса, совершенно не вписывающееся ни в одно логичное объяснение, может здорово подпортить мне встречу с любимым. Но ладно, это ничего — в конце концов, Брайн никогда не отличался особой вспыльчивостью. Он меня выслушает, а если понадобится, заставлю Майлкерта самого ему все объяснить.

— Эй, у тебя и память как у птички? Чего молчишь?

— Я помню, — раздраженно отвечаю, и снова делаю глубокий вдох, — может, все же скажешь, зачем тебе это?

— Не могу. Но скоро ты сама все узнаешь.

— Насколько скоро?

Крис кривовато улыбается, отталкиваясь от стены, и идя прямо на меня. Останавливается в полуметре, прищуриваясь — и задает совершенно неожиданный вопрос:

— Ты что, губы чем-то намазала?

Я раздражением я сжимаю тронутые помадой губы, и сдерживаю порыв тут же все стереть. Редко пользуюсь косметикой, а от замечания почувствовала себя и вовсе глупо.

— Не твое дело.

Крис приподнимает брови. Затем осматривает меня с головы до ног, даже немного обходит по дуге, и теперь мне хочется не просто смыть макияж, но и укрыться с головы до ног в покрывало.

— Милое платье. Это все что, для Козявки?

— Розявка! — рявкаю так, что несколько адептов оборачиваются на мой крик, — клянусь, Майлкерт, если еще раз ты назовешь так Брайна, нашему соглашению конец!

— Ладно-ладно! — Крис примирительно поднимает ладони вверх, а я думаю о том, какой же он высокомерный гад, — я вообще-то хотел сказать только, что тебе идет. Непривычно, но… Хорошо. Ладно, до встречи!

Майлкерт в своей манере делает салютует, делает резкий разворот и скрывается за поворотом. А я беспомощно сжимаю кулаки посреди коридора, отчаянно борясь с приятным теплом в груди, расползающимся от его слов.

Гад ведь… Но приятный.

Когда сам того хочет.

Глава 16

Крис

— Сколько нам ехать?

Тина подпрыгивает в неудобной карете, все время выглядывая в окно, и минимум раз в час задавая этот вопрос. Честно говоря, ее нетерпеливость раздражала, но эти короткие разговоры были единственным способом отвлечься.

— Еще несколько часов. Так не терпится встретиться со своим… Кхм.

Она резко оборачивается, стреляя глазами, и я тут же исправляю готовую выскочить фразу:

— …Женихом?

Тина удовлетворительно склоняет голову, а затем снова отворачивается к окну. Кажется. И впрямь спешит к этому Козявке. Нервничает, все собирает в кулак оборки порядком измятого платья, и тут же выпускает, рассеянно расправляя складки. Вырядилась для него, и едет вся как на иголках, будто чего-то боится.

Это он должен бояться.

Я сам не замечаю, как ход моих мыслей утекает совсем не в то направление, но уставший мозг рад отвлечься от проблем, и потому с радостью обмусоливает хотя бы это. Я еще раз окидываю взглядом свою Пару — в этом платье и с прямой спиной, изящно наклоненной к окну головой она действительно напоминала дрожащую на ветру тонкую Птичку, полностью оправдывая свое прозвище. Боящуюся чего-то, но все такую же гордую, неполоманную, и я думаю о том парне, о ком сейчас она тоскует.

Он заслуживает ее?

Заслуживает вот этих эмоций, страхов, переживаний?

Я не знал его, но почему-то не мог сопоставить рядом с Колибри сейчас кого-то, кто действительно стоит подобного, а потому машу рукой на ее глупость, и почему-то надеюсь, что по приезду ей не сделают больно. Не то, что мне есть до этого какое-то дело — но мы ведь Пара, и ее эмоциональность точно отразится на нашей силе.

Ведь так?

— Долго еще? — снова судорожно вдыхает Тина, отворачиваясь от окна, и я с тоской понимаю, что по мере приближения вопросы становятся чаще.

— От того, что ты постоянно дергаешься, быстрее не приедем. Хочешь заняться чем-то?

— Чем это?

Она с подозрением окидывает меня взглядом, словно беззвучно интересуясь, чем это можно заняться тут, в замкнутом пространстве, с тобой? Я закатываю глаза, и придвигаюсь поближе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Например, можно пока потренироваться изображать мою невесту. Что скажешь?

— Что я не побоюсь замкнутого пространства и шарахну тебя сейчас бластером, гаденыш.

Сам не знаю, почему мой смех выходит таким удовлетворенным и радостным. Может, потому, что чего-то подобного от Колибри я и ожидал? И она не разочаровала — вон как сверкает глазами, буквально обещая убить если я только попробую к ней прикоснуться.

— Спокойнее, Птичка. Я про вопросы, которые нам могут задать. Например, как давно мы вместе, или почему решили пожениться, или вот…

Я нарочно долго копошусь, а затем как-бы невзначай вытаскивая белую квадратную коробочку. Открываю — и наблюдаю, как с лица Тины сходит всякая краска.

— Это чего такое? — вмиг севшим голос спрашивает девушка.

— Твое кольцо, вообще-то. Я же сделал предложение, раз ты моя невеста, а без кольца это невозможно.

М-да, только ради выражения лица Колибри стоило заморочиться с кольцом. Вряд ли, конечно, оно пригодится ей надолго, но шок девушки я запомню надолго.

— Я не стану носить это…

— У тебя нет выбора. Ты обещала.

Тина с раздражением сжимает руки в кулак, явно намекая, что не даст надеть на себя знак нашей помолвки. А я лишь пожимаю плечами, делая вид, что собираюсь убрать кольца обратно в рюкзак.

— Ну ладно, нет так нет. Тогда переиграем, и сделаю тебе предложение прямо во дворце. Не забудь сказать «да» в нужный момент, как и обещала…

— Дай сюда!

Она выхватывает коробочку, одним движением выхватывает колечко, и натягивает на палец. Я не успеваю заметить, что там по размеру, как она сжимает кулак, и прячет руки на груди.

— Доволен?!

На самом деле — просто невероятно, но ей об этом знать ни к чему.

— Теперь история предложения. Давай, чтобы тебе было комфортно…

— Слушай, а можно без этого, а? Давай ты просто будешь говорить, что нужно, а я кивать, хорошо?

Тина с раздражением вновь отворачивается к окну, и смотрит на дорогу. Кажется, нервы девушки не выдерживают одновременно предстоящей встречи с женихом, и разговоров о липовой помолвке. На самом деле, меня должна полностью устраивать такая позиция.

Должна.

Но не устраивает.

— Хоть какие-то общие моменты, Тина. Что ты ответишь, если у тебя спросят мое любимое блюдо?

Она разворачивается — слишком резко для придвинувшегося почти вплотную меня, и мы оказываемся нос к носу.

— Назову любимое блюдо своего настоящего жениха!

— Прекрасно. И какое же, так, для галочки?!

Секунду мы смотрим друг на друга — и Тина неожиданно сдвигает тонкие брови, закусывая нижнюю губу.

— Что? Серьезно — ты не знаешь?!

— Он просто не проявлял предпочтений…

— Птичка, ты совсем? Он действительно твой жених?

— Это всего лишь еда! Какая разница…

— Бывает, что никакой, конечно. Но обычно влюбленные люди это знают. Дело ведь не в еде, а в том, чтобы знать предпочтения своего партнера.

— Какое тебе вообще дело?!

Она зло кусает губы, и снова отворачивается, явно собираясь молчать до конца дороги. А я в изнеможении прикрываю глаза откидываясь на спину скамьи.

Что за помолвка такая у Тины, где ей приходится трястись от нервов, и теряться от элементарных вопросов? Я не знал, но почему-то надеялся, что хотя бы этот Брайн знает девушку лучше.

Или я тупо ничего не смыслю в отношениях.

Глава 17

Тина

С приездом во дворец я как будто теряюсь.

Огромные остроконечные своды, которые я не могу разглядеть до конца из-за слепящего солнца, куча снующих туда-сюда людей, повсюду стража и отсутствие формы — после академии все это ударяло, дезориентировало и немного пугало.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тут всегда так?

Я даже забываю сердиться на Майлкерта, потому что в этом пространстве он единственное знакомое лицо. И держится Крис намного спокойнее меня — по крайней мере, не глядит со страхом в окно на шумную улицу, и больше погружен в свои мысли.