Мара Вульф - Лунный серебряный свет

После еды Эйдан и Кэлам принесли из машин свои гитары и запели шотландские песни и песни в стиле кантри, о которых я знала совсем не много. Мне хотелось бы, чтобы Кэлам никогда не прекращал петь. Я лежала на покрывале, позволяя солнцу согревать меня.

— Проснись уже, — закричала Амели мне на ухо и потрясла своими мокрыми волосами над моим голым животом.

— Перестань! — вскрикнула я. — Бр-р, холодрыга.

Амели рассмеялась, а я встала и взяла полотенце. Кэлам сидел недалеко и смотрел на меня. Его губы расплылись в улыбке.

— Нам нужно ехать, иначе мы не успеем вовремя вернуться, — сообщила мне Амели и побежала к машине, чтобы переодеться.

Я надела свои джинсы и футболку, скрутила покрывала и положила остатки еды в корзину.

Мы попрощались друг с другом, и должна признаться, я заревновала, когда увидела, как Валери скользнула на заднее сиденье машины к Кэламу.

Всю обратную дорогу я была погружена в свои мысли, пытаясь вспомнить его слова, его взгляд, его жесты. Как обычно Амели вырвала меня из моих грёз.

— Что с тобой случилось?

— Ничего, а что должно было случиться? — резко ответила я.

— О чём вы разговаривали с Кэламом? Он постоянно смотрел на тебя.

Эйдан, который на этот раз сел рядом с Амели, склонился к ней.

— Завидуешь?

Я оттолкнула его, чтобы посмотреть в окно. В этот раз Амели позволила уйти от разговора, но я видела, как она, улыбаясь, смотрела на меня знающим взглядом в зеркало заднего вида. Я смущённо закусила нижнюю губу.

Когда мы вернулись, Итан, Бри и близняшки уже ждали нас в пиццерии. Помещение было хорошо обставлено, и запах здесь был божественный. Уставшая и голодная я плюхнулась на стул.

— Ну, как всё прошло? — спросил Итан, изучая меню. Не то чтобы выбор был особенно велик, но возможности поесть вне дома здесь почти не было.

— Супер, — ответили мы в один голос.

Бри посмотрела на нас сияющим взглядом.

— Я знала, что озеро тебе понравится.

— Ну, это в меньшей степени было озеро, — пробормотала Амели из-за меню. Я дала ей под столом пинка. Она заговорщицки ухмыльнулась мне.

Я заказала себе колу и пиццу с шампиньонами.

Мы ужинали в отличном настроении, а на десерт заказали большую порцию тирамису. Мы разговаривали обо всём на свете, и впервые за последние недели я почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Глава 6

— Бри, ты думаешь, я могу пойти сегодня после обеда к Эриксонам? Я бы хотела посмотреть портрет моей мамы, о котором мне недавно рассказывала Софи, — я попыталась сформулировать свой вопрос как можно незаинтересованней. Вчера Кэлам не был на тренировке по плаванию и не появлялся в школе всю неделю. С каждым днём я беспокоилась всё больше. Неприятное чувство в моём животе сводило меня с ума. Я всё время думала о прошлой субботе, о его словах и прикосновениях. Как он поведёт себя, когда я снова его увижу?

— Да, конечно. Доктор Эриксон и Софи будут рады. Я позвоню им позже и предупрежу. — Бри просияла, а я тут же почувствовала укол совести. Она же не могла знать, что я хочу пойти в дом пастора преимущественно из-за Кэлама.

В школе в ожидании окончания дня я не могла сконцентрироваться на учёбе и завалила незапланированный тест по математике. Вернувшись домой, я обнаружила записку от Бри: «Эриксоны ждут тебя к пяти часам на чай. Хорошо провести время».

Сейчас было около трёх, оставалось ещё два часа, которые будут тянуться для меня целую вечность. Я решила сделать своё домашнее задание. Так, по крайней мере, я проведу время с пользой. Когда я закончила, я достала свою папку для рисунков, чтобы выбрать несколько картин, которые мне бы хотелось показать Эриксонам. Два или три рисунка я хотела повесить в рамку в своей комнате. Но до сих пор у меня не доходили до этого руки. Мне было нелегко принять решение.

Я взяла портрет своей мамы, три пейзажа, которые нарисовала ещё дома и мой первый здесь рисунок моря.

Я натянула свежепостиранные джинсы и светло-голубой джемпер с треугольным вырезом, расчесала волосы и нанесла блеск для губ. В результате я осталась довольна своим отражением в зеркале. За последние несколько недель синяки под глазами исчезли, а весеннее солнце нанесло на мою кожу лёгкий загар.

В половине пятого я отправилась в путь, так что пришла я на пару минут раньше положенного. Название «дом пастора» было несколько обманчивым — здесь уже более ста пятидесяти лет не живёт никакой пастор. Дом принадлежит семье Эриксонов уже вечность. Я набрала воздуха в лёгкие и нажала на старомодный звонок. Раздался серебристый звон. В ожидании я теребила свою серебряную цепочку, которую носила на шеи. Дверь распахнулась, и передо мной оказался Кэлам. В своих джинсах и тесно прилегающем пуловере цвета слоновой кости он в очередной раз выглядел слишком хорошо. Я вмиг почувствовала себя ещё более невзрачной, чем обычно.

Мой смущённый взгляд его позабавил. Он улыбнулся и сказал:

— Думаю, ты хотела бы зайти и выпить с нами чаю.

Я всё ещё была озадачена его «с нами», когда он нежно оторвал мою руку от цепочки, в которую я по-настоящему вцепилась, и потянул меня в просторный вестибюль.

— Не порви её.

Я стряхнула его руку и ответила упрямей, чем следовало бы:

— Я сама могу о себе позаботиться.

Он посмотрел на меня с удивлением, и в тот же самый момент я покраснела.

— Извини, — пробормотала я, запинаясь, — обычно я не бываю такой невежливой.

Он осмотрел меня.

— Что ж, в будущем я постараюсь пропускать мимо ушей твои скверные замечания.

Он издевается надо мной?

— На озере было здорово, — продолжил Кэлам.

Я кивнула и опустила взгляд на свои ноги.

— Теперь ты войдёшь? — спросил он ещё раз.

Я вошла.

Дом внутри был почти таким же впечатляющим, как и снаружи. Где у обычных людей на стенах обои или картины, здесь были книжные полки. Стоял чудесный запах старой бумаги и кожи.

— Где ты прятался целую неделю? — задала я вопрос, который казался мне самым важным, пока мы были наедине.

— Кое-что личное, — коротко ответил он и вошёл на кухню.

Доктор Эриксон поприветствовал меня, а Софи повела к креслу в гостиной. Здесь также на каждой стене висела книжная полка. Даже на полу стояли стопки книг. Ещё нигде, кроме библиотеки, я не видела такое количество книг.

Стол был накрыт изысканной фарфоровой посудой. На нём лежали маленькие сэндвичи и домашние сконы.

— Кэлам, разольёшь, пожалуйста, чай? — попросила Софи. Он кивнул и налил чай в чашки. Мне в нос ударил восхитительный аромат. Наблюдая за мной, Кэлам улыбнулся. Я стеснительно, но с облегчением улыбнулась в ответ. Очевидно, он решил не обижаться и не злиться. Но важным было то, что, по всей видимости, он планировал провести всю вторую половину дня вместе с нами.