Академия Магии или Я Тебя Никому Не Отдам (СИ) - Спирина Елена

— Лина, ну что ты. Ты ни в чем не вино…

— Виновата. Я не думала, рванула под удар. Из-за меня вы поругались тогда с Ли, с Грином. Из-за меня ты сам переживал. И сейчас… Ли рассказала про твои кошмары…

— Ох, уж эта Ли… — проворчал Дайлонд.

— Не вини ее. Она переживает очень за тебя. Как и я. И хочу хоть как то это исправить, но ты не позволяешь. Отшучиваешься и только.

— Все хорошо. Правда.

— Нет, не хорошо. Дай…

— Сестренка, хватит. То, что случилось… я виноват. Я разозлился и разозлился сильно. Конечно, убить я Грина не хотел, но поранил бы сильно. Очень сильно. Виноват, что не смог вовремя остановиться, когда ты встала под удар. И сейчас расплачиваюсь, за ту боль, что причинил тебе. За ту боль, что причинил Амалии и Грину. Кристу и Мии. Постепенно все проходит. Кошмары все реже и реже приходят. Живое существо может привыкнуть ко всему. Радость моя, все хорошо. Не волнуйся. — Брат потрепал меня по голове, утер с щеки одинокую слезу и чмокнул в то же место, где была соленая капля. — Не плачь. Я пойду. Отправлю к тебе Грина. Чтоб ты себя в одиночестве не накручивала.

Портал унес ректора Академии Магии в неизвестном направлении, а спустя, примерно, пару минут появился мой муж.

— Родная? — тревожно спросил он.

— Он не хочет принять мои слова, он до сих пор считает себя виноватым. — не удержалась и заплакала.

— Любимая, все пройдет. Успокойся, ладно? Только не плач. Лина, солнышко, зайка, котеночек мой, цыплено…

— Какой я тебе цыпленочек? — возмутилась я, даже слезы высохли.

— Прости. — а сам улыбается стоит, — люблю тебя.

— Я тебя больше. А Дая я все равно заставлю принять мою точку зрения.

— Настырная, — рассмеявшись, поцеловал меня в кончик носа мой любимый муж.

Элена

Сегодня был прекрасный день. Король Кристоф оказался очень общительным и веселый чело… дроу. Мне показали дворцовую оранжерею. Множество экзотических цветов и кустарников. После, водили в потрясающее место, в нижнюю веранду. Как же там красиво. Лакомились сочными фруктами и ели черешню, деревья которой окружали беседку.

Лорд Грей был учтив и вежлив. Постоянно держал за руку. Улыбался и подшучивал над своим отцом. Тот, в свою очередь, притворно хмурился и негодовал. Но спустя пару мгновений уже весело рассказывал мне новую смешную историю.

Что произошло сегодня утром между мной и деканом, я старалась не вспоминать. Только сердце заходилось в бешеном ритме, когда Касьян переплетал наши пальцы вместе или нежно гладил мое запястье большим пальцем. Казалось, что он и не замечает того, что делает.

Несколько раз я ловила на себе взгляд короля, который таинственно улыбался и вновь возвращал на лицо прежнее веселье.

Ближе к трем дня мы возвращались с нижней веранды, чтоб отдохнуть пару часов. После король Кристоф приглашал на либо поздний обед, либо ранний ужин. Просто пока находились в той беседке, слуги приносили нам постоянно, то закуски, то пирожные. Ян пытался запихнуть в меня ту коробочку конфет, что подарил еще в покоях. А Его Величество таскал мне вишню. Вот поэтому есть и не хотелось совсем.

— Солнышко, не забудь про обед. — я уже и не обращала внимание на обращение ко мне монарха, в принципе, как и его наследника. Наверное, больше удивилась бы, если меня по имени здесь назвали.

— Не забудем! — сказал декан, продолжая держать меня за руку. Мы стояли в одном из множества коридоров, в которых я давно заплутала бы, если была бы одна. Меня наследник должен был проводить в комнаты, в которых я была, а Кристоф Абигель собирался пойти к себе.

— Я тебя не приглашал, — в очередной раз шутил монарх.

— Я сам приду, — еще бы язык ему показал, ей Богу!

— Ладно, детки. Отдыхайте.

Тепло попрощавшись с королем, мы вновь свернули в какой то коридор.

— Устала? — улыбнувшись, поинтересовался кронпринц дроу.

— Нет, я же ничего не делала, — ответила, не задумываясь. Его улыбка грела меня. Я улыбнулась в ответ.

— А что ты должна делать, чтоб устать? — заинтересованно спросил Ян, останавливаясь напротив меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Работать… э-э-э… наверное, — я совсем расслабилась и чуть не раскрыла тайну своей жизни во дворце.

— Работать… — задумчиво проговорил Ян. Грустно улыбнулся и, подняв руку, погладил меня по щеке. — Лучик мой, я хотел сказать тебе, что…

— Ян! Дорогой! — в нашу сторону бежала, по-другому и не скажешь, скорость была приличная, дама. Красивая, высокая и вся такая… женственная что ли. Просто, по сравнению с ней, я была больше на цыпленка общипанного похожа. В этой женщине было всего слишком… и спереди… и сзади…

Я перевела растерянный взгляд на наследника и заметила, как он поморщился. Потом убрал свою руку с моего лица, но тут же положил ее мне на талию, прижимая к себе, совсем уж близко.

На какое-то время для меня перестала существовать та дама, что летела в нашу сторону, будто ей пинком ускорения предали. Я смотрела в серо-желтые глаза и, похоже, теряла себя. Теряла, потому что эти самые глаза так же смотрели на меня и неумолимо приближались. Дыхание на моей щеке. Ежевика. Именно эти губы, которые от моих в жалких пару сантиметров, ассоциируются у меня с этой ягодой.

— Милый! — взвизгнул кто-то рядом, а ежевичные губы выругались.

— Карина, — как-то зло, сказал наследник и немного отстранился от меня.

— Любимый, я так скучала. В тот раз мы немного повздорили, и я так думаю

, что смогу сделать все, чтоб ты меня простил, — томно проговорила девица и умудрилась меня отодвинуть он кронпринца.

До моего сознания не сразу дошли слова, сказанные Кариной, но когда смысл стал понятен, в душе что-то кольнуло. Глупой и ничего не знающей в делах сердечных, я не была, потому ревность опознала сразу. Попыталась себя одернуть. Что это я?

Дама же продолжала, что-то шептать Касьяну, уже повиснув у него на плече. По его выражению лица было не понятно, что он чувствует. Таким я его первый день в академии видела, до того, как он стал кричать и ругать меня.

— Карина, перестань, если ты не заметила, то сообщаю. Я не один и занят. — ровно проговорил Его Высочество.

— Да, кем ты занят? Перестань. Эта крошка со мной и рядом не стояла.

Я не хотела слушать очередные оскорбления в свой адрес. Оглянувшись, заметила дверь в покои, из которых меня сегодня повели гулять. А так все хорошо начиналось. Прошмыгнув потихоньку к двери, я осторожно дернула ручку и вошла.

— Да, не стояла. Тебе до нее еще далеко, — услышала я голос наследника.

— Конечно… — продолжила с улыбкой в голосе говорить Карина, а потом до нее, видимо, дошел смысл слов. — Что?

Ее визг, наверное, пол дворца слышали. Я даже от двери отшатнулась. Но мои щеки залил яркий румянец, потому что большего комплимента мои уши еще не слышали. А потом раздался голос и цвет на моем лице поменялся на мертвенно-бледный.

— Карина, запомни раз и навсегда, эта девушка моя невеста. Единственная. — о, Светлая. Не знала, что у дроу промышляют многоженством.

Что там ответила или не ответила девица, я уже не слушала. Рванула в спальню и заперлась.

— Эль, — хлопнула дверь в гостиной, — лучик мой, — стук уже в дверь комнаты, в которой я сижу.

Я промолчала, только сжалась вся, сидя на кровати. Как он посмел? Мало надо мной смеются. Я понимаю, что ему, возможно, нужно было как то отвязаться от притязаний той дамы к себе любимому. Но зачем говорить про невесту. Как бы там не было, но я дочь короля. И трепать имя моего отца я не позволю никому. Потом на каждом углу будут говорить, что дочурка у Родрига Третьего брошенная женихом. И не дай, Боги, это как то повлияет на папино положение. Расслабилась. Улыбнулся ей пару раз, я и расплылась лужицей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Эль, открой, пожалуйста. Давай поговорим. — вновь донесся до меня голос наследника.

— Лорд Грей…, я легла отдыхать… — вру и краснею.

— Девочка моя, а ты на постель легла отдыхать? — задал в высшей мере странный вопрос декан.

— Ну, а куда же еще? Ваше Высочество, вам тоже нужно отдыхать. Ступайте, пожалуйста, а потом мы обязательно поговорим. — если бы я не попала в такую странную ситуацию, я бы, наверное, посмеялась над собой. Сколько себя помню, постоянно чего-то боюсь.