Невеста-полукровка 2 (СИ) - Лестова Ксения Алексеевна

— Да я понял, — процедил огневик, быстро спускаясь по ступеням. Обошел нас, наградив Хилта убийственный взглядом, и заторопился дальше.

— Ви! — окликнула друга, но тот лишь нервно передернул плечами, будто пытался сбросить с себя мой выкрик, словно прилипший на мантию лист с ближайшего дерева. — Вигор… — сказала уже намного тише.

— Иди, Холли, — Хилт указал рукой на вход в институт. — И проведи время с пользой. За учебой.

Я же не торопилась. Стояла, смотрела вслед недомагу и понимала, что на этом наша дружба может закончиться. А я очень не хотела, чтобы из-за Шеннона я потеряла Вигора, как друга.

Глава 4. С такими опекунами и врагов не надо

Отец приехал на следующий день. Я только встала с кровати, как в дверь нетерпеливо постучали. Леонора, что тоже только-только открыла глаза, в удивлении посмотрела на запертую дверь. Мы никого так рано не ждали. Но стук был сильным, уверенным, торопливым. После него проснулся, наверное, весь этаж.

— Кто там? — откашлявшись, спросила громко. Спросонья голос был хрипловатым.

— Холли, девочка моя, открой, — услышала родной голос.

Само собой, узнав, кто стоит за дверью, я, не раздумывая, подошла и отперла замок. Как только отец переступил порог комнаты, повисла на его шее, как делала раньше, будучи маленькой девочкой. Еще и ноги бы приподняла, чтобы совсем повиснуть. Но негоже будущей профессиональной некромантке, специализирующейся на упокоении мертвецов, так явно проявлять свои чувства при посторонних.

— Кхе, — послышалось тихое покашливание за спиной. — Холли, что происходит?

— Ой, — сразу спохватилась и отпустила отца, который точно не ожидал такого теплого приема. Смотрел напряженно то на меня, то на Лео. — Пап, это моя соседка, Леонора Сориэр, магесса Земли. Леонора, это мой отец, лорд Никоэль Корствииль.

— Очень приятно, — подруга собиралась было вскочить с кровати, чтобы приветствовать моего отца, как подобает, но вовремя спохватилась. Все-таки показываться малознакомому мужчине в ночной сорочке не очень-то прилично.

— Доброе утро, леди, — смотря на меня, произнес родитель. — Холли, я подожду тебя в коридоре. Будь добра, соберись побыстрее. Есть разговор. И, признаться, я не намерен ждать.

Тон отца мне не понравился. Нет, он не был зол. Просто… чувствовалось какое-то внутреннее напряжение. Что было не удивительно. Они с матерью отправили меня сюда учиться, а я только и делаю, что нахожу все новые неприятности, которые могут закончиться моей смертью.

— Ничего себе у тебя отец, — пробормотала Лео, смотря на закрытую дверь. — Суровый.

— Не всегда, — посчитала нужным заступиться за родителя. — Просто ситуация обязывает его быть таким.

— В самом деле…

Больше мы не разговаривали. Я стала собираться на встречу с папой, по которому успела безумно соскучиться за эту неделю. А Леонора вновь попыталась заснуть. Выходной… Какой смысл вставать рано, если можно было полежать до самого обеда?

Из комнаты не выходила, вылетала. Именно по этой причине и налетела на… Хилта, который стоял рядом с моим отцом. Кажется, до того момента, как я им помешала, они о чем-то тихо беседовали. А тут я, как всегда, не вовремя, мешаю чужому разговору.

— Холли, ты довольно быстро, — похвалил меня родитель, скользя по моей фигуре задумчивым взглядом. — Молодец, дочка. Значит, уже можно идти.

— Куда? — спросила, переводя взор с отца на жениха, который, стоит отметить, не торопился со мной заговаривать. И это после вчерашнего! Да я… после того, как Вигор… Так, ладно, пострадаю потом. Да и с огневиком успею переговорить. И закидать его записками, если он удумает меня игнорировать.

— Для начала я бы хотел, чтобы ты позавтракала, дорогая, — охотно стал пояснять отец. — Потом мы перенесемся с тобой к храму Харта. Там будет поджидать нас охрана. Я не намерен рисковать твоей жизнью. Поэтому твоя вчерашняя выходка — это последний протест с твоей стороны. Дальше ты будешь слушаться во всем меня и своего жениха.

— Да уж, — проворчала, хмуро взирая на идущего чуть впереди родителя, — жениха… Надеюсь, у меня будет возможность переговорить с богом Любви с глазу на глаз.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Как знать, — задумчивое в ответ.

Вопреки моим ожиданиям, до столовой без приключений добраться не получилось. То есть, без неприятных встреч. Мы уже спустились на первый этаж общежития, как увидели ректрису, торопливо идущую нам навстречу.

Я остановилась лишь когда меня ухватили за запястье, мешая тем самым дальнейшему продвижению. Посмотрела на напряженного Хилта, который не торопился выпускать мою руку. Маг же словно и не почувствовал моего взгляда. Смотрел на идущую по коридору женщину в преподавательской мантии. Пусть она и ректриса, но занятия вести продолжала. Хоть и не так часто, как обычные преподавательницы.

— Лорд Корствииль, — улыбаясь, заговорила женщина. И если бы я не знала, насколько она неприятная особа, то купилась бы на мягкий голос. — Еще раз доброе утро. У меня появился ряд вопросов, требующий ваших пояснений. Вы можете уделить мне немного своего времени?

— Конечно, леди Корнэн, — папа хмуро посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Хилта. — Оставляю ее пока на тебе, Шеннон.

— Конечно, — некромант кивнул. — Холли, пошли.

Как бы я ни хотела остаться, пришлось возобновлять движение вперед. В компании Шеннона Хилта. И если учесть, что столовая находится на территории магесс и мужчин здесь вообще быть не должно. За всю историю этого института я знаю лишь одного преподавателя, который обучал девушек этикету и танцам. Одно «но»: вскоре он не смог преподавать, потому что его взгляды на жизнь резко изменились благодаря одной аспирантке.

Шли, молча. Да и как разговаривать, когда становишься объектом пристального внимания? В смысле, идешь рядом с этим самым объектом. Магессы, судя по всему, не были привычны к таким вот встречам в стенах родного учебного заведения. И, чего уж там, я прекрасно их понимала.

В столовой я так же ловила на себе недовольные взоры. В лучшем случае. Иногда они были откровенно злыми или завистливыми. Если девушка завидует тому, что рядом с тобой сидит красивый мужчина, то этой зависти следует опасаться больше всего. Потому что может возникнуть желание увести у тебя объект зависти. Не то чтобы я за него цеплялась руками и ногами, но этот ушастый должен был стать моим мужем. Хотя… Нет, сколько можно об этом думать. За нас уже все решил сам бог Любви.

— Ешь, Холли, — вырвал меня из размышлений голос Хилта. — День обещает быть тяжелым. А если ты не поешь, то рискуешь упасть в голодный обморок.

— Да, — пробормотала, приступая к завтраку.

И чего это в столовой вдруг стало так много студенток? Когда мы заходили их было в два раза меньше. Не всем нравится вставать рано. На это у нас есть пять учебных дней. Тут же… Точно слух пошел, что к магессам мужчины на огонек заглянули. Вот девушки и повыскакивали из нагретых телами постелей, чтобы посмотреть, кто это такие пожаловали. Ну, и увидели Хилта. Поэтому ничего странного в реакции девушек не было.

Спустя примерно пять минут к нам присоединился отец. Я сразу засыпала его расспросами, касающимися странного внимания ректрисы к моему родителю. Меня поспешили успокоить, что ничего страшного не случилось. Просто решался вопрос, куда следует поселить папу. Разумеется, о женском преподавательском общежитии не могло идти и речи. И пришлось связываться с ректором магов лордом Лэстером Хэришем, чтобы окончательно разобраться в этом деликатном деле. Потому как папа не желал покидать территорию институтов даже в вечернее время, когда в общежитии трубили отбой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Этот вопрос не мог подождать? — недовольно пробормотала. Завтрак почему-то казался не вкусным. Каша — холодной и не слишком соленой. Травяной чай — горьким и не столь горячим. Даже хлеб жестковатым. Либо это на самом деле было так, либо меня просто в этот день мало что радует. Кроме приезда отца, разумеется.

— Как оказалось, нет, — развел руками родитель. — Завтракай спокойно, дорогая. Не торопись.