Елена Земляника - Бойтесь ангалларийцев, дары приносящих (СИ)

  - Не знаю, сейчас посмотрю - решила пошутить я, - есть розовые, но только моего размера, - предложила с невинным видом.

  - Розовые, - задумчиво потянул он, рассеянно играя с бретелькой моего сарафана, - не, розовый цвет мне не идёт.

  - Но ничего другого нет! - сообщила я и с интересом ждала продолжения разговора.

  - Ну ладно, тогда пойдём, прогуляемся по пляжу - и так высохну, - предложил Дмитрий, подавая мне руку.

  Покрывало, полотенце и его вещи мы сложили в сумку.

  На город уже опустилась ночь, на небе ярко засияли звёзды, а отражение луны поблескивало на воде. Рядом со мной шёл почти обнажённый красивый мужчина, и мне казалось, что я попала на страницы любовного романа. Всю романтику, правда, портила моя ярко-розовая сумка у него на плече.

  Некоторое время мы шли молча.

  - Дмитрий, а почему вы стали руководителем в этой компании? - я опять перешла на официальный тон и задала вопрос, который возник после того, как я прочла о карьере ангалларца.

  Он почему-то смутился, ответил как-то скованно:

  - Продажа облицовочного камня очень перспективна на вашей планете, и я заинтересовался проектом по расширению сети.

  Прозвучало это неискренне, да и верилось с трудом, что пост министра - менее интересная цель, чем руководить компанией, хоть и с перспективой. Размышляя об этом, я шла по ещё тёплому песку, периодически зарываясь босыми ногами в него.

  Дмитрий достал брюки и рубашку, одел, и мы повернули обратно. На стоянке рядом с набережной сели в неомобиль и полетели домой.

  - А мы надолго на Ангалларию? - спросила я, останавливаясь около черешни, когда мы были в освещённом дворе около его дома. Я ещё днём заметила, что некоторые ягоды уже созрели, и почему-то сейчас мне очень захотелось спелой черешни.

  - На выходные, - с удивлением наблюдая за моими попытками добыть ягоды, ответил руководитель.

  Я как раз подпрыгивала до одной ветки. Не достала, поэтому скинула босоножки и полезла на скамейку. Оттуда уже легче было достигнуть цели, и вот я уже ела сочную упругую черешню.

  - Милая, тебе так хочется черешни? - ласково произнёс лорд манора.

  - Угу, - невнятно ответила, так как ещё доедала.

  - Тогда подержи сумку, я сейчас тебе насобираю!

  Прижимая к себе сумку, я наблюдала, как он легко достал до нужных веток, сразу в темноте определив, какие ягоды уже созрели. 'Мой супермен!' - восхищённо вздохнула я.

  - Всё, держи, а теперь домой и мыть, - скомандовал ангаллариец.

  При свете лампы на кухне стало заметно, что я преувеличила таланты своего любимого - половина ягод была явно недозревшей.

  Дмитрий пошёл в душ, а я помыла черешню и, выбирая наиболее спелые ягоды, начала поедать. Затем решила выпить корей, пока жених не вернулся и не начал прикалываться. Быстро сделав задуманное, пошла в комнату и достала шорты и футболку.

  - О, те самые шортики! - воскликнул Дмитрий, возникнув у меня за спиной в одном полотенце на бёдрах.

  Стараясь не глазеть на его пресс (ладно, взгляд-другой украдкой не считается), я прошмыгнула в ванную. Приняла душ, смывая солёную воду моря. Одевшись в 'те самые' шорты и футболку, направилась в спальню.

  Лорд манора сидел на кровати, накрывшись по пояс покрывалом, и читал что-то на лайне.

  Улыбнулся, увидев меня. Смущённо улыбнувшись в ответ, я забралась под покрывало и легла.

  - Я ещё немного почитаю, - предупредил ангаллариец, - и буду ложиться тоже.

  Кивнула, сказала: 'Спокойной ночи!' и попыталась заснуть. Но стоило прикрыть глаза, как память тут же показывала Дмитрия в капельках воды у моря. Я вздохнула и подумала про себя: 'Уснёшь тут, как же!'

  Руководитель выключил свет и лёг рядом.

  - Ты спишь? - спросил он, обнимая.

  - Нет.

  - Завтра ты увидишь, как красива моя родина! - сказал Дмитрий, сильнее прижимаясь ко мне, - сейчас там сезон цветущей маливии. Это бело-розовый цветок, что распускается раз в два года на невысоких деревьях. Милая, как же я рад, что мы поедем именно в это время.

  Мне было хорошо в его объятиях, и я с удовольствием слушала его рассказ. Он продолжал:

  - Сейчас в усадьбе живёт мама, и гостят сестра с мужем и племянниками. Надеюсь, сможет приехать и брат. Тебе там понравится!

  Внимательно слушая, я не сразу заметила, как его объятия перешли в поглаживания. Он залез под футболку и легко касался груди. Я бы и хотела сделать вид, что не реагирую, но тело меня выдало.

  - Маленькая моя, ты такая чувственная! - прошептал Дмитрий, уже не скрывая своих намерений.

  Я повернулась к нему и обнаружила, что он голый, так как показывать своё желание ему ничто не мешало.

  Ангаллариец не спешил и, нежно целуя меня, помог освободиться от футболки, шортов и трусиков.

  - А теперь скажи, пожалуйста, что-нибудь такое, чтобы немного охладить меня и я смог бы подольше продержаться! - попросил он хрипло.

  - Я боюсь летать на межпланетном корабле! - выпалила я первое, что пришло в голову.

  - Что?! - рассмеялся он, целуя меня в волосы. - Ну вот, ты мне весь настрой сбила! - продолжил руководитель укоризненно.

  Я недоверчиво потрогала этот самый 'настрой', по-моему, он, как был повышенным, так и остался.

  - Настя! - изумлённо выдохнул Дмитрий.

  Мне хотелось возмутиться - ему, значит, везде можно трогать, а мне почему нельзя? Но он поцеловал меня и все мои вредные мысли разом улетучились.

  - Настя, Настя, что же ты со мной делаешь! - прошептал он, оставляя дорожку поцелуев на моём теле и возвращаясь к моим губам.

  - Ты так сладко пахнешь! - признался лорд манора, раздвигая мне колени и осторожно входя.

  Я ничего не могла ответить, полностью поглощённая чувствами. Когда ощущения переполнили, то судорожно всхлипнула от взрыва эмоций. Благодарно посмотрела на Дмитрия. Я и не знала до его появления в моей жизни, что можно такое испытывать. Когда он обессиленно лёг рядом, взяла его руку и поцеловала. В ответ он нежно поцеловал меня. Я попыталась уютно устроиться у него на груди и поспать, но он легко отстранился со словами:

  - Сладкая, я только быстро в душ, и потом можешь устраиваться на мне, как хочешь.

  Сквозь сон я недоумевала: 'Какой он чистоплотный! Постоянно моется'. И это последняя мысль, что запомнилась.

  Утром меня разбудили, бесцеремонно стащив покрывало.