Путеводная душа - Опал Рейн
— Это невозможно, — прошептала она, мазнув языком по шву его губ и в знак приветствия потеревшись о его грубую руку.
Он сделал более глубокий вдох, чем обычно, и она не была уверена, было ли это для того, чтобы вдохнуть ее запах, или чтобы набраться смелости. Кто знает этого Мериха; он мог быть одновременно и горячим, и холодным — его было трудно прочесть.
— Но это так, — сказал он, нежно потирая ее клитор между двумя пальцами, отстраняясь. Его острые когти пощекотали ее живот, когда он провел по нему ладонью. — Я могу изменить тебя так, чтобы мой член поместился, мое маленькое звездное сияние, и я бы… обожал это, если бы ты вместила меня всего.
Мерих сильно изменился за те две недели, что они по-настоящему начали прикасаться друг к другу. Он мог быть милым, когда хотел, мог быть прямым, но не так, как сейчас. Что-то было иначе.
У Рэйвин было странное предчувствие, что он просит о большем, чем просто более глубокое удовольствие.
Она откинулась назад, и это дало ему больше свободы просунуть руку глубже под платье, пока он не обхватил ее грудь. Рэйвин вздрогнула в первый раз, когда его большой палец скользнул по ее соску, прежде чем она подстроилась под его дразнящий ритм.
— Почему ты не сказал мне об этом раньше? — тяжело дыша, спросила она, жалея, что ее голос уже стал таким хриплым.
— Потому что это может быть навсегда, — ответил он, облизывая ее горло. Она запрокинула голову, когда мурашки побежали вслед за его языком. — Я не знаю, смогу ли отменить это.
Так вот почему он был таким кокетливым? Словно пытался довести ее до такого разгоряченного состояния, когда она была бы более склонна делать все, что он захочет, лишь бы было приятно. Его прикосновения, его слова, его настойчивые, но дразнящие вылизывания — все это отвлекало.
Это первый раз, когда он просит меня о чем-то, инициатором чего не была я. Она могла понять, почему он не просил ее раньше; была высока вероятность, что она бы ему отказала.
Изменить ее тело так, что это может быть необратимо… конечно, это немного пугало. Это было похоже на прыжок в неизвестность вместе с ним, и притом большой, учитывая его массивные размеры.
Рэйвин могла бы выбрать игривый или дразнящий тон, но она не хотела рушить его уверенность, даже немного. Он просунул руку, сжимавшую ее задницу, между ее бедер, чтобы одновременно погладить вход и клитор, и с губ сорвался тихий стон.
Затем он втянул когти и погрузил два пальца в ее лоно. Она напряглась вокруг них.
— Уже такая мокрая для меня, — застонал он, двигая ими. — Я хочу почувствовать, как ты принимаешь меня всего.
Решение далось нелегко.
Если бы об этом попросил кто-то другой, она бы сомкнула бедра и бежала без оглядки. Но это был Мерих, и дело было в том… что он нравился ей гораздо больше, чем она, вероятно, ему показывала.
Когда они доберутся до ее родного мира, она собиралась отстранить Сикрана от должности своего помощника — хотя и мягко, так как хотела сохранить их дружбу — чтобы Мерих мог занять его место. Она была уверена, что ее дом сможет вместить большого Сумеречного Странника, и так как она жила одна и у них уже был пробный период здесь, они могли бы легко жить вместе.
Остальные члены совета захотят, чтобы кто-то «присматривал» за ним, и Рэйвин собиралась стать его наблюдателем. Они не будут знать, что это потому, что он… особенный для нее.
Она никогда никого не желала так сильно, как его. Ей нравились все его стороны: хорошие, плохие, злые, милые. Он вызывал симпатию, только потому, что многие из его негативных сторон были следствием того, что она считала ужасным прошлым. Что, если она позаботится о нем, исцелит его?
Только посмотрите на него сейчас.
Рычащий, молчаливый, пугающий Сумеречный Странник, которого она встретила, теперь был урчащим, дразнящим, когда он осторожно прикасался к ней — будучи таким легким со всеми деликатными местами ее тела, когда мог разорвать что угодно в клочья.
Была ли она уверена в нем? Нет, но у них было время, и предостаточно. Ничего не нужно было решать сейчас, и они могли бы узнать больше друг о друге в ее родном мире, где ей было комфортно.
Однако этот шаг был явно важен для него, и она не хотела гасить его пламя надежды. Он даже набрался смелости попросить ее; как она могла ему отказать?
— Будет больно? — прошептала она, потираясь об его пальцы, чувствуя, насколько мокрой она стала по тому, как покрывала их смазкой.
— Может быть, немного, — честно ответил он. — Но это будет из-за того, что мои когти вонзятся в тебя. Я исцелю тебя, но думаю, тебе может понравиться ощущение от того, что ты заглатываешь больше моего члена.
Он уже делал это раньше. Она прикусила нижнюю губу, немного успокоенная тем, что он хотя бы знает, что делает.
— Хорошо, — уступила она, метнувшись руками вперед, чтобы расстегнуть его штаны — ей нужно было действовать быстро, пока она не передумала.
Она не ожидала почувствовать его член, выпирающий сквозь них, уже обнаженный, но толстый, словно укрытый его щупальцами.
В тот момент, когда ее ладонь обхватила его снизу, щупальца расступились, давая ей возможность подержать его покрытый смазкой ствол.
Он быстро вытащил руку у нее из-под бедер, сжал ткань платья на спине и сорвал его с нее. Ткань, рвущаяся по коже, немного обожгла, но это было скорее приятно, чем больно.
Через несколько секунд Мерих схватил ее за задницу, чтобы прижать ее киску к нижней стороне своего ствола, одновременно слизывая ее сосок. Ее ноги обвили его бедра, пока края ступней не коснулись травы, напомнив ей, что они на улице.
— М-может, сначала зайдем внутрь?
— Я не могу так долго ждать, — простонал он. — Мне плевать, если кто-то увидит, как я тебя трахаю.
Она погладила свой клитор ложбинкой на его нижней стороне, дразня себя и становясь еще мокрее. Ее дыхание стало более прерывистым, особенно когда он провел языком по изгибу ее шеи.
Вскоре она сама прошептала:
— Внутрь. Ты нужен мне внутри.
Он сильно прижал ее к себе, прежде чем приподнять повыше. Он издал благодарное рычание, когда она помогла направить головку его члена к своему входу. Затем она опустилась на
