Екатерина Голинченко - Мелодия Бесконечности. Первый аккорд

На тему аптекарства удивительный город может поведать ещё одну увлекательную и романтическую историю: когда-то давно городом правил князь Лев Даниилович, сын самого Даниила Галицкого, и была у него жена Констанция — дочь венгерского короля. Князь Лев нежно любил свою жену, поддерживал ее и во всем ей помогал. Он возвел храм, в котором его молодая жена могла бы молиться а при храме был построен монастырь с больницей и первой во Львове аптекой, где Констанция вместе с монахами монастыря готовила лекарства. И сам князь Лев порой приходил помогать жене. Монахи, полные уважения к князю, который не только правил городом и княжеством, но и занимался аптечным делом, решили увековечить его и сделать скульптуру, которая символизировала князя-аптекаря — так и появился лев с аптечной ступкой. Поговаривают, что такой лев-аптекарь дома — хорошая примета: все ваши проблемы и недуги исчезнут, стертые в пыль.

А вот эту историю можно смело назвать «Львовские Ромео и Джульетта». Как-то привез итальянский купец Микелини из далекого Крита вино, часть товара заказал для себя украинский купец, у которого была юная дочь по имени Пелагия. И вот как увидел её итальянец, так с первого же взгляда и влюбился, и стал чаще обычного искать повод, чтобы заглянуть к ним, пока и девушка не ответила ему взаимностью. Тут Микелини и потерял всякое желание возвращаться домой. Молодые люди друг другу шептали нежные речи, а родители благосклонно наблюдали за ними, потому что итальянец пришелся им по душе. Но страшная беда пришла в город — чума, уже не раз собиравшая свою черную жатву по всей Европе. Бесполезны были молитвы и ежесуточные служения в церквах — люди умирали десятками, а то и сотнями. Мор не обошел и купцевой усадьбы. Пелагия заболела и слегла. По строгим предписаниям всех больных велено было выносить за пределы города и оставлять в саду, где за ними ухаживали монахи. Но Микелини не покинул возлюбленной и не отходил от нее — как умел, утешал, вселяя надежду на выздоровление. К сожалению, девушка была обречена. Микелини похоронил ее и через девять дней и сам слег. Умирая, он просил похоронить его рядом с девушкой, а на их могилах соорудить одинаковые надгробия. Так сделали. На обоих могилах поставлены надгробия, на которых выбиты по паре сердечек, связанных ветвью лавра. А внизу стихотворение львовского поэта Шимона Шимоновича:

Что любовь соединит,И смерть не разлучит.

Или, вот ещё одна легенда. Вот уже несколько веков на старинной башне Костела отцов Бернардинцев отбивают время куранты — на пять минут раньше всех городских.

Как? — Удивитесь вы. Несколько веков — не лет и не месяцев! — Часы торопились на целых пять минут и никто на это не обратил внимание? Как раз наоборот — ещё как обращали внимание, но — без тени возмущения. Наоборот — с благодарностью. И благодарность эта принадлежала тому безымянному монаху, который приставлен был к часам, чтобы следить на ними. Поднялся он как-то на башню да увидел, как татарская конница несется к Галицким вратам. Что было делать? Кричать? Но кто услышит с такой высоты? И тогда монах перевел большую стрелку часов на пять минут вперед — как раз на тот вечерний час, когда закрывались врата. Только раздался бой курантов, как ворота тотчас закрылись. И как раз вовремя — татары уже были под стенами. С тех пор в память об этом событии часы «Бернардин», как прозвали их львовяне, всегда спешили на пять минут.

А это — самая главная легенда — об основании города. Говорят, Львов, или как его еще называют Лемберг, своей атмосферой напоминает Прагу, Вену или Краков, город, в котором каждая улочка, каждый камешек бережно хранит свою легенду, готовый поведать свои тайны благодарным слушателям.

Древние летописи поведают нам, что город основал и назвал в честь своего сына Льва Данииловича князь Даниил Галицкий. Однако львовяне любят рассказывать другую романтическую легенду о происхождении своего города. Давным-давно на месте будущего Львова, у высоких гор ютились маленькие деревеньки. И вот однажды повадился задирать людей лев-людоед — одним ударом своей могучей лапы он оглушает своих жертв и съедает их в своей пещере. Паника охватила все села в округе — люди стали бояться ходить поодиночке. Но вот появился в этих краях храбрый рыцарь, который пообещал избавить народ от лютого хищника. Он попросил сковать ему меч и латы такой прочности, чтобы никакая сила не смогла сломать или согнуть их — весь день и всю ночь напролет работали сельские кузнецы, но тщетно. Прознал об этом некий странник, который заблудился и зашел подкрепиться в корчму возле кузницы. Сказал он, ведомо ему, как одолеть зверя. Пусть, говорит он, все юные девицы уколют иглами мизинцы и капнут по две-три капли своей крови в общий чан, куда нужно будет потом окунуть оружие и рыцарские латы. Крестьянки так и поступили, как посоветовал странник. Ни клыки, ни когти грозного льва ничего не смогли сделать с зачарованными доспехами. Тогда рыцарь отрубил волшебным мечом голову злому и кровожадному льву. С тех пор гору, где произошла эта история, и прозвали горой Льва, а город, выросший под горой — городом Львов.

Была эта история на самом деле, или это просто выдумки людей — неизвестно, а вот то, что Львов — город завораживающий всякого, кто хоть раз побывал здесь, это — неоспоримый факт. Улочки, брусчатка, Ратуша, уютные кафетерии — все это создает определенную, присущую только Львову, атмосферу.

Ночная жизнь во Львове столь же насыщенна, как и история самого Львова, что с удовольствием оценили наши молодые путешественники в популярном ночном клубе «Феномен», где они весело провели вечер. Музыкальные колебания и лавина новых танцевальных хитов растворяют тело на танцполе, ведь ничего по-настоящему так не расслабляет, как хорошая музыка, эксклюзивный коктейль от бармена и приятное общение — безупречное место для идеального отдыха после насыщенного и утомительно дня.

А отдых был им просто необходим, так как завтра их ожидала вторая часть увлекательной экскурсии по городу.

А в клубе множество девиц не сводило заинтересованных взглядов с Марка и рыжеволосого Этьена — чуть ли ни шестым чувством они безошибочно определили, что они в настоящее время свободны — не иначе, флюиды какие почувствовали.

Когда утомленные друзья решили вернуться домой, то Марк и Этьен выразили желание остаться ещё, аргументировав тем, что они вольны и монашеского пострига принимать не собираются, а если ситуация выйдет из-под контроля, то они всегда смогут сыграть пару нетрадиционной сексуальной ориентации.

Вернулись они только под утро — природа брала своё, но, сердце оставалось безучастным…