Искушение Фрейи - Анна Снегова

знаю, какой будет наша совместная жизнь. Я буду спорить до хрипоты днём, если что-то будет не по мне… но ночью… ночью буду с упоением подчиняться и, если захочет, стану рабыней всех его желаний. Потому что награда слишком сладка.

- Раздвинь ноги. Шире. Вот так.

Тихо вздыхаю и слушаюсь. Из-под полуприкрытых век слежу за тем, как он опускается рядом.

Большое и твёрдое тело накрывает моё.

И теперь уже вовсе не палец касается моей пульсирующей и ноющей от нетерпения промежности. Растекаясь мягкой глиной, подаюсь бёдрами вперёд… горячая ладонь тяжело ложится мне на живот и останавливает.

- Мы забыли прояснить пару моментов, Вредина, - коварным тоном заявляет Мэл. Его волосы падают мне на грудь. Он опирается на один локоть. Наши тела так близко, что я всей кожей чувствую, что сейчас начнётся волшебство, о котором я мечтала. Но мой жестокий мужчина отчего-то медлит.

- Ну что-о-о ещё! – разочарованно стону я. Толкаюсь бёдрами вперёд, ловлю крохи наслаждения от соприкосновения наших разгорячённых тел. Но этого мало! Преступно мало. Надо ещё. Руки по-прежнему не опускаю, как было велено. В таком положении чувствую себя уязвимой, но тем ярче и острее предвкушение. Сейчас командует мой лорд. Моё дело – подчиняться и ждать. Я знаю, что каждая секунда ожидания окупится сторицей. Уже в этом мгновении, в этой остановке на краю бездны скрыто особое удовольствие. Мне не хочется портить момент спешкой… и в то же время я сама уже на пределе. Как держится Мэл – я не представляю.

- Ты мне так и не ответила. Любишь? – приподнимается тёмная бровь.

- С ума схожу… - выстанываю очевидную истину.

- Замуж за меня выйдешь? – продолжает Мэл свой весьма экстравагантный допрос.

Прикосновение горячей тугой плоти у меня между ног заставляет сладко вздрогнуть и протяжно застонать. Раздвигаю ноги шире, сжимаю его бёдра коленями. Ну же! Ну пожалуйста… я так хочу…

- Сначала ответ, Вредина! – с мстительным удовольствием шепчет Мэл, проводя влажной и твёрдой плотью по раскрывшимся навстречу лепесткам.

- М-м-м… это прямо сейчас надо?.. – сердито сверкаю на него глазами из-под ресниц. Пытаюсь подаваться бёдрами навстречу, но он жёстко фиксирует их, не позволяет своевольничать.

- Сейчас, Вредина! А то знаю я тебя, - посмеивается Мэл, остро впиваясь тёмным взглядом в моё раскрасневшееся лицо.

- Это шанта-а-аж… - стону я снова, пытаюсь изгибаться в твёрдо держащих меня пальцах.

- Он самый, - усмехается мой мужчина.

- Сейчас я согласна на всё, - выдыхаю я. – Только не останавливайся.

С довольной улыбкой на краешке губ Мэл разжимает пальцы на моём бедре. Извиняюще поглаживает место, где теперь, наверное, синяки останутся. И закидывает мою ногу себе на бедро.

Медленно подаётся вперёд.

Широко распахиваю глаза, ощущая тугое проникновение.

Остановка.

- И последний вопрос.

- Я тебя убью…

- Вернёшься со мной в Таарн? В этом ледяном склепе я жить не намерен.

Пытаюсь кое-как вернуть дыхание. Не получается. Ощущений так много, что у меня в голове стремительно разверзается бездна, в которую падают все лишние мысли. Я вся сейчас – как звенящая, дрожащая от нетерпения струна, в ожидании мелодии, которая изменит что-то очень сильно в моей жизни. Все ощущения сконцентрированы в месте, где соприкасаются наши тела, где проникают друг в друга, готовятся стать единым целым. Почти не могу воспринимать какие-то слова, которые произносят губы моего мужчины надо мной.

- Вернуться? – выдыхаю я.

Ещё чуть глубже. О, господи…

- Конечно. Место жены – рядом с мужем. И по тебе все соскучились. Так да или нет?

Глупый какой.

Разве можно в такой момент рассуждать?

Только говорить то, что чувствуешь на самом деле, говорить то, что идёт изнутри, из самых потаённых заветных желаний сердца.

Наверное, на это и расчёт.

- Да! Да-а-а-а-а… м-м-м-м…

Больше не могу лежать смирно. Обхватываю руками и ногами, прижимаюсь как могу.

Пока Мэл, тяжело дыша и улыбаясь мне в шею, медленно входит ещё глубже. Наполняя собой, раскаляя до пределов, где ни один лёд больше не может оставаться твёрдым. Только чистый кипяток. Скоро, наверное, вообще испарюсь и взлечу в небо белым облачком.

А потом резко и без предупреждения вспыхивает сильная боль.

Мэл замирает, напряжённо подрагивая, как большой зверь, всем телом.

- Вредина… надо потерпеть… потерпишь? – бормочет мне в шею.

Я неуверенно киваю.

Знала, что в первый раз бывает больно. И всё равно настолько неожиданно и неуместно после всего того океана наслаждения, в котором мы плавились мгновение назад, что это кажется почти преступлением. Крепко жмурюсь, сильнее сжимаю руки, впиваюсь пальцами в тугие, напряжённые мышцы на спине Мэла – мокрой, в капельках пота.

Ещё один осторожный толчок.

- М-м-м-м…

Больно.

Мне чертовски больно!

Вот и оставайся после этого девственницей до двадцати пяти лет!

Мэл боится делать мне больно ещё сильней и снова останавливается, гладя спутанные влажные пряди у меня на висках, шепчет какие-то нежности на ухо. Я ничего не соображаю в пульсации боли между ног.

И послали же боги на мою голову мужчину с таким роскошным телом!

- Потерпи ещё, Вредина, надо это сделать, - уговаривает меня Мэл, пока я чувствую, как мышцы у меня внутри напряглись болезненным спазмом и даже дышать больно.

Толчок.

Вскрикиваю и мечусь головой по серебристому меху. Больно!

Каменное тело Мэвина меня, сейчас, кажется, расплющит. Он тяжёлый, как упавшая на меня гора. Не шевельнуться. Его рваное хриплое дыхание у меня над ухом.

- Чёрт побери… держи! Прикуси.

Он толкает мне в губы своё плечо.

- Ты с ума сошёл?.. – пытаюсь слабо протестовать. Обжигающие волны боли растекаются по телу.

- Кусай, говорю! – цедит сквозь зубы Мэл. – Сейчас не время спорить.

Больше не решаюсь протестовать. Мне так больно, что мысли путаются.

Зажимаю зубами. Впиваюсь ногтями ему в спину.

В следующий миг мой задушенный крик и его рычание сливаются в одну ноту.

Внутри меня взрывается огненный шар боли. Я растянута и опалена изнутри. А во рту – солоноватый привкус крови.

Мэл падает на меня, выбивая остатки дыхания.

- Люблю тебя… сокровище… никому никогда не отдам… люблю… - шепчет исступлённо Мэл, собирая губами слёзы с уголков моих глаз. Сжимая руками крепко-накрепко.

И медленно, осторожно начинает двигаться во мне.

Боль накатывает приливами с каждым его движением.

Которые становятся всё быстрее, глубже, полнее. Тяжелей и жёстче. В рваном ритме дыхания, в оглушительном стуке собственного сердца я ощущаю,