Альфа волк - Кэролайн Пекхам

в горле, обменявшись пристальным взглядом с Розали. Она скрипнула челюстью, а затем неопределенно пожала плечами. И я понял, что мы ничего не можем сделать с Густардом, потому что пришло время уходить.

Я яростно завыл, выпрыгивая из своего места, когда Розали выпрыгнула из своего, и мы двое бросились вместе, таща за собой наши стаи. Я повалил Розали на землю, когда наши Волки столкнулись по обе стороны от нас, не задаваясь вопросом о причинах, просто слепо следуя за нами на войну. Крики и вой, вопли и визги, раздававшиеся по комнате, говорили о том, что остальные члены нашей команды начинают свои собственные бои, и охранники рычали, приказывая нам остановиться.

Я опустил рот к уху Розали, когда она ударила меня по бокам с большей силой, чем это было необходимо, и я повалил ее на пол.

— До скорой встречи, любимая.

Она улыбнулась на полсекунды, и я, как дурачок, решил потребовать от нее поцелуя, боясь, что он может оказаться последним, если все полетит в ад. Но я не мог рисковать. Я должен был сдерживать себя даже сейчас. Еще немного.

Я пробирался сквозь толпу тел, незаметно прокладывая путь для Розали, чтобы она могла добраться до двери. Ее пальцы на мгновение сцепились с моими, а потом она исчезла, проскользнув сквозь беспорядок, словно призрак.

Я усмехнулся и с воплем обрушил кулак на лицо одного из ее соратников, а затем перекувырнулся через него, когда он упал к моим ногам. Давка из тел была достаточно плотной, и помогло то, что драка уже выплеснулась в коридор.

Искорка пробивалась сквозь толпу с табуном Пегасов на хвосте и яростно скулила, сбивая людей с ног и топча их под собой. Я промчался мимо нее, на ходу ударив ее по коленям, и она сердито заскулила, падая.

Я пронесся мимо Пудинга, который швырял стулья в стадо Грифонов, выбивая их по одному с пугающей точностью. Я шлепнул его по спине, когда промчался мимо, бросил последний взгляд на свою дерущуюся стаю через плечо и молча попрощался. Моя пара ждала меня. И вся моя жизнь тоже. Я собирался увидеться с семьей, познакомиться с племянниками и племянницами, проявить свой статус Альфы по отношению к зятьям и стать самым известным самцом Оборотня в Алестрии.

Я врезался в твердое тело и рухнул на пол поверх офицера Николса. Его глаза расширились, когда он выхватил дубинку из бедра, и я, не колеблясь, схватил его за запястье и сломал ему кисть яростным движением руки. Он взревел от боли, а я вскочил на ноги и ударил его ногой в челюсть, после чего помчался прочь. Прости, бро.

Син влетел в двери, опередив меня, с чем-то желтым в руках, но я не успел понять, что это, как он скрылся в толпе. Роари издал львиный рев неподалеку от меня, и я оглянулся, чтобы увидеть, как он и его Тени прорываются сквозь группу Медуз.

Густард стоял в стороне, наблюдая, как его ублюдочные отморозки не-фейри кромсают фейри по десять на одного. Планжер уже ушел, хотя, когда я проходил мимо моего бессознательного татуировщика Элвина с дерьмом на лице, у меня возникло ощущение, что это его рук дело. Только Планжер был настолько отвратителен.

Я вышел за двери и свернул на лестничную клетку, уклоняясь от тяжелых ударов, которые бросали в меня, пока я уворачивался, нырял и продирался сквозь беспорядки. Меня сбивали с ног направо и налево, я получал удары локтями в живот, но не снижал темпа, прокладывая путь к лестнице, и вдруг я вырвался из толпы и помчался вниз по ступенькам, преодолевая их по три за раз, пока мчался к шестому уровню.

Я задыхался и был полон адреналина, когда добрался до матовых дверей и протиснулся внутрь.

Эсме, Сонни и Бретт были там, похлопывая друг друга по спине, когда они свернули в проход, направляясь в сторону туннеля. Я побежал дальше, пропуская их и рассматривая стоящую там группу. Розали считала головы, ее глаза перебегали с одного человека на другого, и, когда она заметила меня, в ее глазах появилось облегчение. Планжер стоял рядом с ней, снимая комбинезон и готовясь к выходу в туннель. Я был здесь одним из первых и до усрачки надеялся, что остальные поторопятся.

Я повернулся, когда позади меня раздались шаги, и появился Густард с тремя своими людьми, огромными и мускулистыми. У одного из них на губах была татуировка, похожая на швы, а у другого брови были сведены вместе, как одно целое, по неизвестно какой причине.

— Кто они, нахуй, такие? — воскликнула Розали, и Густард улыбнулся, разглаживая складки на своем комбинезоне.

— Я вряд ли собираюсь уходить отсюда один, щенок. Я лично отобрал своих самых сильных людей, чтобы они помогли нам выбраться отсюда. И мне понадобится транспорт, когда мы будем на поверхности, поэтому я выбрал Ордены, которые смогут меня нести.

Розали оскалила зубы от ярости, затем покачала головой.

— Ладно, делай, блять, что хочешь, — прошипела она.

Как бы я ни злился, видя его здесь с его маленькими дружками, было уже слишком поздно что-либо предпринимать, мы должны были просто придерживаться плана и воспользоваться этой возможностью, потому что другой не будет, если мы все испортим.

Роари трусцой вбежал следом за Клодом, и Розали с облегчением вздохнула, улыбнувшись ему. Оставались только Пудинг и Син.

— Мы уходим или как? — потребовал Густард, шагнув к туннелю, и Роза выпрямила спину, преграждая ему путь.

— Нам нужен Син, иначе мы не уйдем, — прорычала она.

— Он опередил меня. — Я нахмурился. — Он уже должен быть здесь.

По группе пробежало беспокойство, и Сонни заскулил, глядя на Розали. Ее глаза встретились с глазами Роари, в них читался безмолвный страх, и я почувствовал этот ужас в ней так же остро, как свой собственный.

— Я пойду найду его, — объявил я, когда раздалась обеспокоенная болтовня и все посмотрели на меня.

Брови Розали приподнялись, и она перевела взгляд на меня, подавшись вперед с надеждой в глазах.

— Ты сделаешь это?

— Тебе нужно спуститься в помещение технического обслуживания, а Планжеру — заняться рытьем оставшейся части туннеля, — твердо сказал я. — Я позабочусь о том, чтобы Син был здесь к тому времени, когда ты вернешься после нейтрализации Подавителя Ордена.

Улыбка расплылась по ее щекам, а в моей груди разлилось тепло.

— Спасибо, — серьезно сказала она, и я кивнул, отвернулся от нее и трусцой направился к выходу как раз в тот момент, когда Пудинг протиснулся в дверь с полосой крови на