Укуси меня - Пенелопа Барсетти
Проходили дни, а Кингснейк так и не явился за мной.
Ему пришлось пройти через столько хлопот, чтобы поймать меня, но теперь он вел себя так, будто меня не существовало.
Я знала, что это не продлится долго. Он поймал меня не просто так – и он явно хотел получить прибыль от своих затрат.
Что я буду делать, когда он придет за мной?
Меч и кинжал у меня отобрали. Все, что у меня было, – вещи в моей комнате. Я могла бы отломать одну из стоек кровати и ударить его по голове. Поднять стул и швырнуть в него. Стукнуть его книгой. Но ничто из этого не убило бы его, только разозлило.
Мой ход мыслей прервался, когда я услышала громкий щелчок замка.
Черт.
Дверь открылась, и он вошел, но выглядел почему-то совсем иначе.
Черные доспехи, украшенные змеями, больше не закрывали его тела. На нем не было туники. И плаща. На самом деле, на нем даже не было рубашки…
На нем были только хлопковые брюки – одежда, которую он должен бы носить только наедине с самим собой, в своей спальне, когда его присутствие больше нигде не требовалось. Это навело меня на мысль, что сейчас вечер, или, вернее, вечер для вампира, значит – утро.
Он весь – поджарые мышцы и жилистые вены, а на светлой коже выделялись едва заметные шрамы: на руках, на туловище и пара на груди. Рельефные сильные мышцы ходили туда-сюда даже от его легких движений. Прищуренные глаза смотрели на меня – темные, как кора дерева после утреннего дождя. Сила его взгляда была немного пугающей, потому что ему не нужно было моргать – как и его змею.
Я отступила назад, увеличивая расстояние между нами, насколько это позволяла сделать спальня. Все, что было под рукой, – это книга, которую я читала, поэтому я держала ее рядом, готовая разбить ему голову, как только он подойдет достаточно близко.
Его глаза не отрывались от моих.
– Ты, должно быть, так же устала, как и я.
– Я никогда не устану сражаться.
Он еще мгновение смотрел на меня, прежде чем дверь за ним закрылась.
Замок щелкнул, как будто кто-то этого ждал с другой стороны.
Между нами повисла напряженная тишина. Я уставилась на него. Он смотрел на меня.
Раскаленное добела пламя вырывалось из его глаз и жгло каждый предмет мебели. Оно поглотило комнату целиком.
Я сжала книгу крепче.
– Чувство взаимно.
Он слегка перевел взгляд и еще немного прищурил глаза.
– Садись.
– Нет.
Он подошел ко мне, все еще выглядя как король, хоть и без одежды.
Я схватила книгу и приготовилась ударить его в висок.
Но он прошел мимо меня, даже повернулся спиной и сел за обеденный стол.
Я смотрела, как он двигается, и мои пальцы вдруг ослабли на корешке книги.
Кингснейк расслабился, откинувшись на деревянную спинку стула, согнув ногу и положив лодыжку на второе колено. Он скрестил руки на широкой груди, а затем кивнул на стул напротив него.
– Садись.
Его тон стал глубже, а линия подбородка заострилась, как у родителя, у которого совершенно закончилось терпение.
– Зачем?
– Затем, что я так сказал.
– Знаешь, если бы ты просто выразил хоть какое-нибудь уважение…
– Здесь в Грейсоне уважение заслуживают, а не раздают.
– Ты тоже не заслужил моего уважения, придурок.
Пламя поднялось, охватив весь дворец, который он называл домом. Он был готов сжечь его дотла, пока горю и я.
– У меня есть к тебе предложение – если сядешь и выслушаешь.
– Сделка с вампиром? Нет, спасибо.
Он прищурился.
– С Кингснейком, королем вампиров и повелителем тьмы.
Я закатила глаза.
Его движения были настолько быстрыми, что я даже не заметила, как он это сделал: он схватил меня, и я оказалась в кресле, а моя задница ударилась о дерево так сильно, что останется синяк. Затем он вернулся к своему креслу с медленной грацией, как будто ничего и не было. Он повернулся ко мне, скрестив руки на груди, атмосфера вокруг все еще словно пылала.
– Я не собираюсь кусать тебя сегодня вечером.
– Какой паинька…
Его глаза прищурились еще сильнее.
– Ты здесь бессильна, а ведешь себя так, будто неуязвима.
– Я неуязвима. Я единственный человек, невосприимчивый к болезни, которая унесла жизни тысяч и отравила кровь тысяч. Укусив не того, ты погибнешь. Я сейчас самый могущественный человек в мире.
Я не была глупой, и мне хотелось сделать это абсолютно очевидным.
Кингснейк молчал, и постепенно пламя вокруг него начало угасать.
– Думаешь, я заноза в заднице? Дорогой, ты не знаешь, что тебя ждет.
Он молчал, наблюдая за мной через стол. Напряженность осталась в его взгляде, но пламя угасло.
– Я могу предложить тебе то, чего ты хочешь больше всего на свете.
– Свободу?
– Нечто большее.
Я не хотела ничего больше, чем освободиться от этого монстра и других монстров, которые служили ему.
– Что же?
– Лекарство.
Выражение моего лица не изменилось, но я почувствовала, как все мышцы моего тела автоматически напряглись. Против моей воли легкие глубоко втянули воздух.
– Я тебя заинтересовал?
Эти злые глаза теперь светились высокомерием.
Будучи упрямой до глубины души, я держала рот на замке.
– У нас одинаковые интересы. Мор опустошил наши источники пищи, и ваше население было уничтожено болезнью. Мы сможем найти лекарство вместе, если ты будешь сотрудничать.
– Сотрудничать?
– Да.
– А что значит сотрудничать?
Он наклонил голову в другую сторону, его прищуренные глаза не отрывались от моего лица.
– Мне нужно попробовать твою кровь.
Мой желудок сжался от отвращения.
– Это единственный путь.
– Верно…
– Если я раньше пробовал чью-то кровь, я мог распознать человека лишь по ее вкусу. Точно так же, как вы можете идентифицировать людей по звуку голоса… по запаху. Я могу распознать свойства твоей крови, и, возможно, смогу определить, что отличает тебя от всех остальных.
Это было похоже на ловушку.
– А если тебе это удастся, что тогда?
– Мы изобретем лекарство и дадим его твоему народу.
– Просто так?
– Как я уже сказал, искоренение этой болезни имеет первостепенное значение для нашего выживания. Она уничтожает наше население так же, как и ваше.
– Это неправда… У вас
