Ларисса Йон - Гадес (ЛП)

— Всё из-за того, что ты другая. Ты… за неимением лучшего слова скажу «живая». Они могут ощущать твою жизненную силу так, как не могу я со стражами. — Гадес нахмурился. — Подожди. Человека? — Он чуть придвинулся и Кэт сжалась. — Какого человека?

Ах, да, вот когда всё стало плохо. Поистине плохо.

— Одна из попавших сюда душ… принадлежит человеку.

— И? — Он поднял ещё один смертоносный кинжал со стола и провёл по лезвию большим пальцем. — В Чистилище каждый день попадают злые люди. Души, которые ты впустила, прошли в один из пяти Кругов… что не катастрофа. В конце концов мы выясним, если они не в том месте. Если это так. Так почему ты об этом беспокоишься? Боишься гнева Азагота? Тебе стоит бояться. Однажды он снял с меня кожу. Снял с меня кожу. Можешь представить себе эти грёбаные ощущения? Дам тебе подсказку. Не так забавно, как звучит.

Э-э-э… она совсем не думала, что это забавно. Господи, Кэт знала, что Азагот мог быть ужасающим, но также видела его нежную, заботливую сторону, и знала, что он никогда не будет жесток без причины. Хотя, в значительной степени это заслуга Лиллианы. Кэт не хотела бы узнать Азагота до появления в его жизни супруги.

— Я… не знаю как на это ответить. — И Азагота она сейчас боялась больше, чем когда-либо. — В смысле, да, я беспокоюсь из-за реакции Азагота, но проблема в том, что душа попала сюда по ошибке. Он человек, но не злой. Его утащили сюда по ошибке.

— По ошибке? Откуда тебе это всё известно?

— Ривер нанёс визит Азаготу. Он хочет, чтобы человека вернули.

Гадес молча развернулся и начал расхаживать туда-сюда, его ботинки громко стучали по покрытому трещинами полу склепа.

— Когда это произошло? Когда ты отправила человека в мой мир?

Она не отправляла человека в этот мир, но в этот момент не стала придираться к слову.

— Три дня назад. — Кэт задумалась над этим вопросом, потому что не знала сколько находилась у демонов. — Может, чуть больше.

Гадес тихо присвистнул и провёл рукой по ирокезу.

— Проклятье, Кэт. Просто… конец.

— Знаю, — жалко ответила она.

— Нет, не знаешь. Теперь всё приобретает смысл. Тот ритуал, на который несколько дней назад я наткнулся. Сила, которой владел Орфмейдж. Во всём этом замешан человек. Всё это дерьмо произошло из-за чёртова человека, а из-за отсутствия связи Азагот не смог меня предупредить.

— Что за дерьмо?

— Здесь бушуют восстания. Бунт. — Он воткнул нож в стол. Острие вошло в дерево и завибрировало, маленькое помещение наполнилось зловещим звуком. — Магия.

Полностью запутавшись, Кэт покачала головой.

— Не понимаю. Где восстания? Какая магия?

— Магия, которая должна связаться с Азаготом и распечатать выходы из Чистилища.

— Распечатать? Не просто открыть? И ты ничего не можешь сделать? — Она поверить не могла. Как один мёртвый человек мог принести столько проблем? — Ты же Гадес. Конечно же…

— Нет, Кэт. Вот что я и пытаюсь тебе сказать. Выход запечатан. Мы здесь застряли. А если демоны имеют хоть каплю мозгов, то могут использовать человека для обнаружения местоположения моего дома. И как только это произойдёт… — Он замолк и Кэт сглотнула. Жёстко.

Кэт понимала, что не должна спрашивать, но как однажды сказал ангел-психолог, она «паталогически любопытна».

— Как только произойдёт… что?

— Мы потеряем миллионы самых злейших по Уфельшкале демонов. Они убьют нас, Кэт, и если нам повезёт, они потратят на это всего пару дней.

Глава 8

Гадес поверить не мог в это дерьмо. За тысячи лет его главенствования в адской дыре, именуемой Чистилищем, ни одна душа не попала сюда по ошибке.

И он, и Азагот были очень внимательны по отношению к тому, кто — и что — проходит через границу. Последствия попадания в Чистилище самого маленького чуждого месту предмета или постороннего человека были страшными, вот почему даже стражам-падшим ангелам с момента начала работы здесь запрещалось уходить. Гадесу тоже не разрешалось ничего сюда приносить, только в критической ситуации и только с разрешения Азагота.

И у Гадеса были сложности с доставкой пиццы.

И вот теперь, за последние несколько дней в Чистилище оказались два посторонних человека, и Гадесу ещё предстоит увидеть последствия.

Кэт высунула ногу, на пальчиках которой красовался фиолетовый лак. Мило. Он приказал не трогать её в сексуальном плане, а посасывание пальчиков на её ногах считается?

— Значит, ты говоришь, что мы не можем обратиться за помощью? — Кэт сжала руки в кулаки, упёрла в бока, и Гадес задумался, а не сделала ли она это, чтобы сдержаться и не ударить что-нибудь. — Нет способа связаться с Азаготом?

— Я пытался. У моего телефона нет сигнала, и даже наши старые методы связи через заколдованный пергамент и кровь не работают. Я даже удивился, почему от Азагота нет ни слуха.

— У тебя здесь есть телефон? — Кэт огляделась по сторонам, будто выискивая упомянутое устройство. — Работающий телефон?

— Знаю, что ты недавно сошла с Небес, но никогда не недооценивай способность демонов тырить человеческие прогрессивные изобретения. — Гадес указал на кабинет в углу. — У меня и телек есть. Не пропусти со мной ночь Ходячих мертвецов.

Кэт скептично нахмурила изящные, рыжие брови.

— Утверждаешь, что демоны умнее людей?

— Утверждаю, что мышление демонов выходит за рамки черепной коробки и более креативное. — Гадес пожал плечами. — К тому же, большинство из них не ограничено жёсткими рамками морали.

Кэт, казалось, размышляла об этом: кроваво-красные губы поджались, вздёрнутый, покрытый веснушками носик морщился.

— Ладно, мы нашли человека. Они должны использовать его светлую энергию, чтобы сломать заклинание, отрезающее Чистилище от остального Шеул-гра.

Гадесу понравилось, что, размышляя об этом, Кэт не пришла в ужас. И каким бы глупым ни было её решение войти в его реальность, он должен был признать, что она упрямая… и храбрая.

Сколькие люди сделали бы подобное? И сколькие, пройдя то, через что прошла она, остались бы в трезвом уме и по-прежнему собирались исправить ошибку?

— Возможно, — произнёс Гадес. — Но от тебя-то им что было нужно? Ты знаешь?

Кэт закрыла глаза, длинные ресницы отбросили тени на бледную кожу.

— Не уверена. Думала, они собираются сделать мне больно, но если и так, то я не много из этого помню.

Отлично, потому что Гадес довольно много помнил за них обоих. О, он не стал свидетелем всего, что с ней сделали, но знал, что её сильно избили. Он до сих пор не мог выбросить из головы синяки и кровоподтёки, что покрывали её тело.