Невеста изумрудных принцев + Бонус - Tommy Glub

лица выражают заботу и понимание, ни тени осуждения или раздражения.

— Прости, — шепчу я, и слезы, наконец, срываются с ресниц, стекая по щекам. — Я правда хочу верить, но…

— Никаких «но», — говорит Риус, осторожно обнимая меня за плечи. Его прикосновение осторожное и бережное, успокаивающее. — Мы рядом. Сколько потребуется времени – столько мы тебе и дадим. Ты не одна. Больше не одна.

Я позволяю себе расслабиться в его объятиях, постепенно приходя в себя. Сердце успокаивается, дыхание становится ровным. Внутри снова тепло и светло, несмотря на остаточные отголоски страха.

— Спасибо, — тихо произношу я, и это слово звучит настолько искренне, что в груди вновь становится легко. Я больше не боюсь.

Их любовь, их терпение и понимание сильнее любых моих страхов. И даже если путь будет трудным, теперь я точно знаю, что не пройду его одна.

17 глава

“Планета Велария вращается вокруг своей звезды Соланар, в доступном сегменте данной звездной системы.

Велария — первая планета в государстве Астрейя. Здесь мягкий климат, где никогда не бывает слишком холодно или слишком жарко. А еще на Веларии все устроено так, чтобы всем астрейцам и другим разумным существам было удобно и радостно жить на ее поверхности: чистая вода в реках, фрукты растут прямо на улицах, а в городах нет пыли и грязи.

Правители государства живут именно здесь, потому что Велария — идеальное место для жизни: она находится близко к звезде Соланар, но свет от звезды здесь мягкий. Планету окружают сияющие кольца, которые светятся ночью и делают небо похожим на волшебную картину. Говорят, что если долго смотреть на эти кольца, можно загадать желание, и оно обязательно исполнится…”

Я сижу в каюте космического корабля, устроившись на хвосте Риуса — моего… супруга, чья чешуя переливается оттенками изумрудного. Жар его тела проникает сквозь мое платье, создавая кокон уюта и тепла. Голографические проекции танцуют передо мной, рисуя образы Веларии, а голос корабельного ИИ плетет повествование с интонациями сказочника, рассказывающего детям о далеких чудесах.

Мои пальцы бессознательно скользят по прохладным чешуйкам, ощущая их идеальную геометрию, едва заметные гребни, которые поднимаются и опускаются в такт движений Риуса.

Но вот повествование доходит до главы о правящей династии, и мое сердце замирает. Слова всплывают перед глазами:

"Супруга правителя — истинная женщина для Правителей, драгоценность, найденная в далеких глубинах космоса, так называемая, землянка по происхождению..."

Мир вокруг словно теряет фокус. Я поднимаю взгляд на Риуса, и в его янтарных глазах вижу отражение моего потрясения.

— Да, — его голос спокоен. — У них жена з-семлянка.

Большой палец сам находит дорогу к моим губам — старая привычка из детства, когда мир становился слишком большим и непонятным. Я прикусываю его, чувствуя, как реальность в моей голове перестраивается вокруг этого нового знания.

— Я думала... — слова выходят приглушенно, — что я единственная землянка в этом мире.

Планшет в руках Риуса исчезает куда-то в сторону. Его хвост, обвивающий меня, движется, и я оказываюсь лежа на его же хвосте, а он — надо мной, опирающимся на руки по обе стороны от моего лица о кровать. В уголках его губ рождается улыбка.

— Для нас ты одна единственная, — его голос обволакивает меня и я тону… — И оказалось, что землянки... слаще и вкуснее любой другой женщины во всей Вселенной.

Эти слова — не просто звуки, они материализуются в пространстве между нами, становятся почти осязаемыми. Я чувствую, как мое дыхание ускоряется. Его глаза светятся изнутри — не метафорически, а буквально. Желанием. Властью.

Похотью.

Кончик его хвоста скользит по моей щеке, оставляя дорожку из мурашек, которые вспыхивают, как крошечные сверхновые под кожей. Затем он обвивает мое запястье — не сковывая, но соединяя мои руки и заставляя их поднять вверх.

Мир за пределами каюты растворяется. Остаемся только мы.

Риус наклоняется ближе, и его дыхание касается моего уха:

— Попроси меня «поцеловать тебя»…

— Поцелуй…

Оно срывается с моих губ само. И в момент, когда оно звучит, что-то щелкает между нами.

Его ладонь находит мою талию. Вторая ложится на затылок. А затем — поцелуй, медленный и неизбежный, словно маленькая смерть…

Это безумно сладко. Его поцелуй будит во мне привычные уже желания и позывы. Я льну в ответ, запуская в его волосы пальцы. Я отвечаю — сначала неуверенно, затем смелее, находя свой ритм.

Прохлада его чешуи скользит по моему бедру — контраст температур создает вихри ощущений, маленькие спирали энергии, закручивающиеся под кожей. Его хвост обвивает меня. И я понимаю: мне больше не нужно цепляться за края реальности и вообще, различать ее, ведь реальность уже вот такая.

Время в каюте словно остановилось.

— Посмотри на меня, — его просьба звучит так, что я не могу отказать.

Я поднимаю взгляд и тону в янтарных глазах. Но там, в их глубинах, я вижу не власть хищника, не холодный расчет, а восхищение — чистое и первозданное.

Кончик его хвоста чертит спирали на моем теле. Я же оглаживаю его плечи и наслаждаюсь его близостью. Я ощущаю, как резко он теряет самообладание и теряется в моменте, а вокруг его тела то появляется, то исчезает сизая изумрудная магическая дымка.

Он целует линию подбородка, спускается ниже — туда, где пульс выбивает ритм. Каждое прикосновение губ оставляет след. Я схожу от них с ума, чувствуя, что скоро взорвусь только лишь от этих прикосновений.

Я едва слышу, как он произносит мое имя…

— Ариана… — его голос срывается на шепот. — Как же мне хочется продолжить…

Я смеюсь — тихо, с легкой дрожью в теле и цепляюсь пальцами за его руки, чтобы хоть немного прийти в себя.

Риус отвечает на мой смех улыбкой. Его пальцы убирают прядь волос с моего лба. И снова целует — глубже, увереннее, создавая резонанс, от которого под ложечкой распускается новое желание.

Риус перемещает меня к центру ложа. Его хвост подныривает под мои колени, создавая поддержку и я больше ничего не понимаю. Мои мысли исчезают куда-то. А все тело повинуется только ему…

Время становится вязким. Каждое мгновение растягивается, позволяя запомнить все: аромат его кожи, электрические разряды, пробегающие по позвоночнику при каждом прикосновении, его тихое «тс-с», когда я застонала от его поцелуев снова…

18 глава

Дверь каюты разъезжается так неожиданно, что воздух дрожит —