Академия над бездной. Оседлать шторм - Екатерина Владимировна Скибинских

этого по коридорам начинают патрулировать призрачные стражи. Они не злые, но им скучно в посмертии, так что до утра уже не отпустят, рассказывая о своей прежней жизни. Правило номер два. Запрещено использовать боевую магию в жилых корпусах. Для этого есть полигоны. Если хотите помериться силами, дуйте туда, а не разносите спальни. Правило номер три. Трансмутация сокурсников в предметы мебели, животных или садовых гномов является основанием для немедленного отчисления. Исключение — санкционированная Неделя Проказ в конце весеннего семестра… И правило номер тридцать семь, самое главное. — Он обвел нас строгим взглядом. — Никогда, ни при каких обстоятельствах не пытайтесь накормить горгулий. Они на очень специфической диете, разработанной лично лордом Кайденом. Нарушители отправляются на чистку конюшен. А конюшни у нас для грифонов. Поверьте, вы этого не хотите. В остальном вроде все… Ну и не забывайте, что достаточно завалить любое практическое задание, чтобы это стало поводом для исключения. Удачи!

Глава 12

Я посмотрела на свой ключ. На бронзе мягко поблескивала выгравированная цифра 204.

— О, у меня такая же! — радостно вскрикнула Элара и повисла у меня на плече, обдав запахом сухих трав. — Представляешь? Мы будем жить вместе!

Я не удержалась и улыбнулась. Впервые за этот длинный и сумасшедший день судьба подарила что-то хорошее. В этом новом пугающем мире у меня будет рядом знакомый человек, и мысль о том, что ночи я проведу не в одиночестве, а с подругой на соседней кровати, согрела лучше любого заклинания.

Лео тоже показал нам свой ключ — «206». Он, как обычно, пытался выглядеть невозмутимым, но блеск в глазах и то, как он теребил край мантии, выдавали его волнение. Так втроем мы отправились в жилой корпус для первокурсников, гордо именовавшийся «Тихая Гавань». Название звучало как насмешка: слишком уж много опасностей уже скрывалось за стенами академии, чтобы поверить в «тишину».

Коридоры корпуса встретили нас прохладой и запахом свежей древесины, как бывает, когда новый дом еще хранит аромат смолы и стружки. Под ногами расстилались ковры с замысловатым узором — в золотисто-лазурных петлях время от времени пробегали слабые искры, и казалось, что узоры дышат. Высокие окна пропускали последние лучи заката, окрашивая стены в медово-оранжевые оттенки.

Наша комната оказалась неожиданно уютной. Две кровати из темного дерева с резными изголовьями, два массивных письменных стола, большой шкаф и широкое окно с видом на внутренний сад. Под раскидистыми кронами деревьев мерцали гигантские грибы, светящиеся мягким синим, как ночники, отчего сад выглядел как кусочек сказки.

Я бросила свою дорожную сумку на кровать — и та сама собой аккуратно расправилась, застелив постель и сложив вещи по местам.

— Ого, кровати с автозаправкой! — присвистнула я, проведя ладонью по идеально ровному покрывалу. — Вот это я понимаю, бытовая магия!

Элара тут же принялась обживать свой угол. Ее стол и подоконник через пару минут превратились в мини-оранжерею: горшки с землей, пучки сушеных трав, толстые книги по ботанике и маленькие баночки с порошками. Комната моментально наполнилась ароматом хвои, сена и аптечных трав, словно мы оказались в лесной лавке.

Я же села на свою кровать и огляделась. Мой угол был абсолютно пуст. Ни фотографий, ни безделушек, ни любимой кружки. Только сменное белье, учебник от Лео и кошель с деньгами. Эта пустота словно подчеркивала: я здесь чужая, временная, случайно затесавшаяся среди настоящих студентов.

— Эй, чего ты такая кислая? — Элара подсела ко мне и ткнула в руку свитком. — Смотри! Завтра у нас «Введение в теорию магии», «Основы элементальной манипуляции» и «История древних родов»! Ну признай, звучит одновременно скучно и дико интересно!

Я взглянула на свое расписание. Оно выглядело как список причин для скорого отчисления. Напротив основ элементальной манипуляции моя рука сама нарисовала еще одну зловещую звездочку.

— Просто… не верится, — выдохнула я. — Такое чувство, что сейчас проснусь — и окажется, что все это сон.

— Ну, если сон, то пусть продолжается! — бодро заявила Элара. — А сейчас — марш ужинать. Говорят, в главном зале уже накрыли для первокурсников. Я умираю с голода!

Главный обеденный зал гудел как улей. Огромное пространство тянулось под сводами, на которых мягко сияли зачарованные кристаллы, освещая помещение золотистым светом. Воздух пропитали запахи тушеного мяса, свежего хлеба и острых пряностей, так что желудок тут же предательски заурчал. В углу тихо играл сам себе оркестр: трубы и барабаны двигались без музыкантов, оживленные магией.

Мы с Эларой и Лео втиснулись за длинный стол между гномом в кожаном жилете, который ел так, будто собирался выиграть соревнование по скорости поглощения еды, и высоким эльфом с ледяным профилем, глядящим на свою тарелку так, словно любое блюдо здесь ниже его достоинства.

Напротив нас устроились двое странноватых первокурсников. Один — тот самый парень с молочно-белыми глазами без зрачков. Рядом с ним сидела девушка с серо-зеленой кожей и тонкими, как у летучей мыши, перепонками между пальцами. Она ела аккуратно, но то и дело бросала в мою сторону быстрые взгляды. Впрочем, не она одна.

— Смотри. — Элара ткнула меня локтем, когда я поймала очередной косой взгляд. — Похоже, слухи о списке уже разлетелись.

— Замечательно, — прошипела я. — Теперь я не просто новенькая провинциалка, а новенькая под личной опекой дракона. Чудесная комбинация.

Лео поправил очки и буркнул:

— Ты хотя бы в списке. А некоторые вообще за дверью остались. Пусть завидуют молча.

Я кивнула, хотя внутри у меня холодком отозвалась мысль: завидуют-то молча, но смотрят так, словно я им что-то должна. И в этой академии слишком многое решает не дружба, а сила.

Парящий поднос поставил передо мной тарелку с жареной курицей, и я впервые за день позволила себе расслабиться. Теплый жир стекал по хрустящей корочке, а запах был настолько реальным, что пробил даже мой ком в горле. Я оторвала кусочек и вдруг поймала себя на том, что впервые за долгое время улыбаюсь искренне.

Но улыбка быстро померкла, когда в зал вошла группа старших студентов в темно-синих мантиях. Они оглядывали нас так, будто выбирали новых подопытных кроликов. Один из них, высокий парень с серебряным шевроном на груди, задержал взгляд на мне дольше, чем хотелось бы. Его губы скривились в ухмылке.

— Кажется, про твою звездочку знают не только первокурсники, — шепнул Лео, и я тут же подавилась куском курицы.

Глава