Пекарня полная чудес - Анастасия Барм

– Посмотрите, сам страж решил посетить городской праздник, – она улыбнулась, дерзко глядя прямо на Фитча, – может, и танцем порадуете?

– Вполне возможно, – отозвался Тернер, спокойно выдерживая взгляд Нэйлы.

Нэйла слегка изогнула брови, явно удивленная таким ответом, а я тихонько улыбнулась – булочки подействовали.

– Прошу простить мою задержку, – присоединился к нашей компании Лион, сдержанно кивая Нэйле и Тернеру.

– Нэйла, Тернер – это Лион, – просто представила я графа, помня о том, что он просил оставить титулы в стороне. Он украдкой послал мне благодарную улыбку.

– Я прервал вашу беседу? – Лион вопросительно посмотрел на стража, но ответила ему Нэйла:

– Нет, лишь присоединились. Мы обсуждали танцы. – Она взяла со стола стопку с какой-то крепкой настойкой, выпила залпом и бросила стопку себе под ноги. Стекло со звоном разлетелось в стороны, цветочница вскинула руку и громко произнесла: – Объявляю Танец Огня!

Музыканты смолкли на мгновение, а после затянули прелюдию к танцу. Нэйла с вызовом посмотрела на Тернера, ожидая от него ответа. Я тоже покосилась в его сторону. Страж замер каменной статуей, в его распахнутых глазах читался неподдельный испуг. Да, булочки булочками, но к такому он пока точно не был готов. Это мгновение молчаливого ступора стоило ему всего – Нэйла усмехнулась, развернулась к Лиону, и он принял ее приглашение. Танец Огня всегда объявлялся женщиной. Это был очень чувственный танец, наполненный касаниями и тесным контактом с партнером. Я смотрела, как Нэйла медленно и грациозно обходит Лиона по кругу, касаясь пальчиками его груди, плеч, спины, а потом под тягучий аккорд мелодии обхватывает его обеими руками за плечи, ее браслеты звенят в такт музыке. Лион был сосредоточен и будто даже серьезен, однако двигался с присущей южанам гибкостью, подхватывая партнершу и жарко прижимая ее к своей груди. Алое платье горело, это поистине выглядело так, словно молодой граф пытался укротить непокорное пламя. И у него получалось. От них сложно было оторвать взгляд, народ расступился, освобождая место в круге для их пары. Я осторожно глянула на Тернера. Он стоял прямо, руки были скрещены на груди, а на скулах играли желваки. Я тихонько вздохнула. Мелодия набирала громкость, Лион умело кружил Нэйлу в своих руках, а она бросала дерзкие взгляды на Тернера, добавляя ему смятения. На последнем аккорде цветочница выгнулась дугой, сверкая золотыми лентами в волосах, ее грудь вздымалась в сумасшедшем ритме, Лион склонился к ее шее, музыка оборвалась, они замерли, и через мгновение площадь взорвалась аплодисментами и восхищенными выкриками. Я увлеклась танцем и не заметила, что осталась одна – Тернер не смог больше выносить этой пытки и покинул карнавал. Граф легко поцеловал пальчики партнерши, оканчивая танец, и направился ко мне.

– Полагаю, во дворце подобных танцев точно не танцуют, – иронично сказала я, когда Лион подошел ближе.

– Мне жаль, что я стал невольной причиной раздора между вашими друзьями, – смущенно ответил граф, – но отказать женщине я не мог.

– Не переживайте, Лион, в этой ситуации вы скорее жертва, – я похлопала его по плечу, улыбаясь.

Ночь уже полностью вступила в свои права, опускаясь на плечи зябкой прохладой. Я получше закуталась в сюртук Лиона, вдыхая его запах. От молодого графа пахло последним днем лета, теплым солнцем и чем-то терпким, неуловимо ускользающим от понимания. Возможно, той самой несбывшейся мечтой. Но я была уверена, что Лион на верном пути и совсем скоро сможет обрести себя.

Остаток ночи мы много разговаривали, согреваясь горячим хмельным напитком, иногда Лиона утягивали в танцевальный круг южанки, и это меня не удивляло – после их триумфального Танца Огня с Нэйлой каждая хотела для себя капельку внимания молодого графа. Лион вежливо соглашался, но всякий раз после танца возвращался к нашей беседе. Я тоже не оставалась без внимания, расслабившись от хмеля, подарила несколько танцев незнакомцам.

– Знаете, Амара, – задумчиво проговорил Лион, усаживаясь рядом со мной на бортик фонтана, – когда ехал сюда с матушкой, я и не предполагал, что так хорошо проведу время.

– Это все традиционные напитки, Лион, – хихикнула я, уже с трудом контролируя свое тело, – признаться, мне сегодня тоже было очень хорошо. А ведь я не хотела идти! – я вскинула поднятый палец вверх, потеряла равновесие и чуть не плюхнулась в фонтан. Граф поймал меня, не скрывая веселой улыбки.

– Предлагаю нам перейти на «ты», Амара, – он усадил меня обратно на бортик, придерживая одной рукой за плечи, – ведь мы решили, что оставим условности за границей нашего общения.

– Согласна. – Я положила голову ему на плечо, чувствуя, как тело окончательно расслабляется, а из головы ускользают последние мысли.

С Лионом я чувствовала себя в безопасности. Он не переступал границы, оказывая дружеское внимание и заботу. Многие южане имели горячий нрав и часто очень быстро переходили к личному контакту. На Юге среди простых людей было принято обниматься и целоваться при встрече, только знать еще придерживалась этикета, хоть и чуть более вольно. Я еще не совсем привыкла к таким проявлениям в общении, все же на Севере объятия считались уместными только с самыми близкими людьми.

Я смутно помнила, как добралась до пекарни. Кажется, Лион даже нес меня на руках пару кварталов. Иногда в мое сонное сознание проникал звонкий голос мадам Фелл, они о чем-то беседовали с графом, как старые друзья. Это было странно, откуда бы им друг друга знать, но поразмыслить об этом я не могла, напряжение прошлого дня и хмель сделали свое дело.

Следующее утро было тяжелым. Голова гудела, тело болело, во рту пересохло. Я со стоном поднялась с кровати, обещая себе больше никогда столько не пить. Сегодня третий, заключительный день праздника Светлой Осени, а значит, можно не беспокоиться о посетителях – этот день традиционно считался выходным для всех. Я с трудом привела себя в порядок, проведя в ванне не меньше часа, давая мышцам возможность расслабиться после вчерашних танцев. Магия отзывалась вяло, с неохотой, поэтому, как только вода стала остывать, я не решилась тратить свой резерв на подогрев, а закончила водные процедуры.

Спустившись на первый этаж, обнаружила на окне графин с настоем ромашки, мяты и череды, без труда догадавшись, что так обо мне позаботилась мадам Фелл. Я с благодарностью приняла ее подарок, с удовольствием глотнув восстанавливающего напитка. За окном уже вовсю светило солнце, разгоняя ночную прохладу. Как все-таки хороша осень на Юге!

Немного придя в себя, накинула на плечи легкий платок и вышла на улицу. Нэйла хлопотала над своими цветами, кафе мадам Фелл отличалось молчаливой пустотой – видимо, хозяйка куда-то уехала.

– Амара, кем был вчерашний мужчина, Лион? – привлекла к себе мое внимание вопросом цветочница. – Он же не местный, да и наверняка из знати.

– Мой друг, приезжает ко мне иногда за кексами, – не стала я вдаваться в подробности. – Чем вызвано твое любопытство?

– Еще никто так хорошо не танцевал со мной Танец Огня, – пожала плечами Нэйла, – чувствуется в нем настоящий мужской стержень, понимаешь?

– Понимаю, – я улыбнулась, – ты хотела бы продолжить общение?

– Еще не определилась, – отозвалась Нэйла, бросая взгляд в конец квартала, откуда начинался патрульный путь стража.

– Нэйла, Лион – хороший человек, – я решила вступиться за графа, – если ты хочешь использовать его в своих играх, вызывая ревность Тернера, то лучше не стоит.

– Тернера? – Нэйла будто в настоящем удивлении подняла брови. – При чем здесь он? Обычный страж, неспособный даже заинтересовать настоящую женщину. – Она фыркнула, как кошка, и снова занялась букетами.

Я покачала головой. Очевидно, Тернер слишком скромен и медлит с первым шагом, а Нэйла слишком горда, чтобы самой пойти навстречу. Я вернулась в пекарню. Раз сегодня выходной, то я могу заняться любимым делом. Достала муку и специи из кладовки, замесила тесто, наслаждаясь каждым мгновением этого процесса. Затем раскатала небольшие заготовки для рогаликов, выложила в центр начинку из осенних ягод с сахаром и корицей, завернула тесто в конвертики, смазала их сверху яйцом и отправила в печь. Пока рогалики выпекались, я занялась уборкой – отпустила магию, метелки и тряпочки тут же бросились мне на помощь, а я провела ревизию в кладовой, составляя список