Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер - Таня Драго

зависимости от настроения владельца, с узором, напоминающим морские волны.

Тепло, уже ставшее знакомым, пробежало по моим рукам, и когда я разжала ладони, на них лежала брошь, от которой исходило мягкое серебристое сияние. Серебро стало белым, почти светящимся, а центральный камень теперь переливался всеми оттенками лазури, как живое море в миниатюре.

Я протянула украшение матери:

— Надеюсь, теперь ты будешь носить её чаще.

Ринтана Арвея взяла брошь дрожащими пальцами. Её глаза расширились, когда камень отреагировал на её прикосновение, меняя цвет с лазурного на глубокий пурпурный.

— Невероятно, — прошептала она, и слёзы заблестели в её глазах. — Это... это настоящий дар Радналов! Даже твой дед не мог создавать такие живые камни!

Она прикрепила брошь к вороту платья, и украшение засияло ярче, идеально дополняя её наряд, словно было создано специально для него.

— О, Лиралин! — мать бросилась ко мне, обнимая с неожиданной силой. — Ты спасёшь нас! Твой дар вернёт былую славу Радналам!

Я осторожно высвободилась из её объятий, улыбаясь:

— Я рада, что тебе нравится брошь, мама.

Ринтана Арвея отступила на шаг, её лицо внезапно приобрело деловое выражение. Взгляд стал расчётливым, почти хищным.

— Нужно немедленно известить халидэла Латора! — заявила она, расправляя плечи. — Возможно, ещё не поздно исправить недоразумение с помолвкой! Он должен узнать, что твой дар проявился, и какой силы!

Я почувствовала, как внутри поднимается волна возмущения. Конечно, мне следовало ожидать такой реакции. Для ринтаны Арвеи, воспитанной в традициях этого мира, проявление дара означало только одно — возможность вернуть выгодную партию. Восстановить помолвку с драконом, который публично унизил её дочь.

Но я вам не Лиралин. И терпеть альфа-мудащера не входит в мои планы.

— Нет, — ответила я, и мой голос прозвучал тверже, чем я намеревалась.

Ринтана Арвея застыла с открытым ртом:

— Что значит "нет"?

— Я не стану восстанавливать помолвку с халидэлом Латором, — я аккуратно поправила серебряную вышивку на рукаве. — Мужчина, который отверг меня публично из-за отсутствия дара, не заслуживает меня теперь, когда дар проявился.

Лицо матери медленно изменилось — недоумение сменилось шоком, затем возмущением.

— Лиралин! О чём ты говоришь? — её голос дрогнул. — Это же наш единственный шанс восстановить положение семьи! Без союза с драконами мы обречены!

Я спокойно подошла к окну, рассматривая заброшенный сад внизу. Солнечный свет падал на запущенные клумбы, заросшие дорожки, разрушающуюся беседку. Печальная картина упадка когда-то величественного поместья. Но я видела не только упадок — я видела потенциал. Как всегда. А потенциал тут – огромен.

— Существуют и другие пути, мама, — сказала я, поворачиваясь к ней. — Мы не нуждаемся в милости драконов.

— Безумие! — воскликнула Арвея, всплеснув руками. — Абсолютное безумие! Какие ещё пути? Пять поколений мы ждали этого союза! Пять поколений все наши надежды были связаны с браком Радналов и Авельтанов!

Дверь в комнату снова открылась, и на пороге появился ринтан Карис. Я отметила изменения в его внешности: он побрился, волосы были аккуратно зачёсаны и собраны в хвост, одежда выглядела свежей и чистой. Но главное отличие было в его глазах — они больше не были затуманены алкоголем и безнадёжностью. В них появился проблеск того, каким, должно быть, был ринтан Карис до своего падения — проницательным, гордым, решительным.

— О чём такой громкий спор с утра пораньше? — спросил он, входя в комнату.

Ринтана Арвея стремительно повернулась к мужу:

— Карис! Вразуми свою дочь! Она отказывается воспользоваться шансом восстановить помолвку с халидэлом Латором!

Я ожидала, что отец поддержит мать. В конце концов, в этом мире браки явно заключались по расчёту, а не по любви. Союз с драконами сулил финансовое спасение и восстановление престижа рода. Логичное решение с точки зрения аристократа на грани разорения. Но ринтан Карис удивил меня. Он медленно прошёл через комнату, остановившись рядом со мной у окна, и положил руку мне на плечо:

— Арвея, девочка права, — сказал он спокойно, но твёрдо. — Драконы показали своё истинное отношение к нам. Пора Радналам вспомнить о гордости.

Ринтана Арвея уставилась на мужа как на предателя:

— Гордость? — её голос поднялся почти до визга. — Гордость не спасёт нас от кредиторов! Гордость не починит крышу над нашими головами! Гордость не вернёт Радналам былое величие!

— Возможно, нет, — ответил Карис, и в его голосе я услышала спокойную уверенность, — но унижение перед теми, кто отверг нас, точно не вернёт.

Я почувствовала прилив тёплой благодарности к этому человеку. Может быть, он и сломался под грузом ответственности, но, похоже, в нём всё ещё оставалось что-то от того аристократа, каким он должен был быть.

Воспользовавшись моментом, я решила представить альтернативу, которую обдумывала с момента пробуждения в этом мире:

— У меня есть план, — сказала я, и оба родителя повернулись ко мне. — Мы можем использовать мой дар не для заключения выгодного брака, а для создания ценных предметов. Артефактов, украшений, предметов роскоши — всего, что можно продать за хорошие деньги.

Я указала на преображённую брошь на груди матери:

— Вот эта брошь, например. В её нынешнем виде она стоит как минимум в десять раз больше, чем в прежнем. А я могу создавать десятки таких каждый день.

Мать медленно коснулась украшения, которое ответило на её прикосновение переливом цвета. Я видела, как в её глазах борются жадность и предрассудки.

— Торговля? — наконец выдавила она, и это слово прозвучало как ругательство. — Ты предлагаешь нам опуститься до уровня простолюдинов?!

Я сдержала желание закатить глаза. Поразительно, как люди могут цепляться за предрассудки даже на краю пропасти. В моём мире я сталкивалась с подобным мышлением у владельцев разоряющихся компаний, которые предпочитали банкротство изменению бизнес-модели.

— Я предлагаю нам выжить, мама, — ответила я терпеливо. — И не просто выжить, а процветать. Мы можем создать ювелирную мастерскую, где я буду улучшать изделия других мастеров. Или открыть салон магических артефактов. Возможностей множество.

Ринтан Карис задумчиво потёр подбородок:

— Это... нетрадиционный подход, — сказал он медленно, — но в нём есть здравый смысл. В конце концов, наши предки использовали свой дар для создания великих вещей. Они не торговали, конечно, но...

— Но они и не голодали! — горячо возразила Арвея. — У них был престиж, уважение, влияние! А что будет у нас? Лавка в торговом квартале?

Я