Папа по контракту, или Дракона нет, но вы держитесь! - Селина Катрин

нянь застесняется показаться в таком виде и просидит тут целый день, то сильно заблуждаются. Понятия не имею, какие нормы приличий у азиатов, но маленькие попы я смогу надрать и так. Выяснить только, кому именно… Хотя наверняка всем четверым.

Выйти из комнаты, как выяснилось, тоже оказалось не самой простой задачей. Буквально метрах в трёх от спальни ожидало ещё одно испытание. Прямо по центру коридора обнаружился паук. Большой. Мохнатый. Красно-коричневый. С лапами, которые, кажется, могли бы обнять футбольный мяч.

Я так и замер, раздумывая, что делать. «Убивать пауков нельзя, они естественные хищники, которые помогают контролировать популяцию комаров, мух и тараканов. Один паук может за день поймать десятки насекомых, предотвращая распространение инфекций, которые они могут переносить», – всплыло откуда-то из глубин памяти. Видимо, из школьных лет. Второй мыслью было то, что касаться такого «красавчика» тоже нельзя, ибо кто его знает, какое зверьё в этих широтах ядовитое, а какое нет. На ум пришло правило листка и стакана для перемещения мелких насекомых. Не сказать, что экземпляр передо мной «мелкий», но делать что-то надо было.

Стакана в ближайшей видимости не наблюдалось, зато неподалёку стояла массивная напольная ваза, расписанная голубыми драконами и белоснежными цветами лотоса. Широкое горло – идеально, чтобы пролез мохнатый.

– Так… надеюсь, эта ваза не стоит дороже моей годовой зарплаты, – пробормотал я, осторожно подхватывая её за горлышко.

Вторым этапом было найти листик. Тут же вспомнилась картина с одинокой горой в моей спальне. Безжалостно достав её из рамки, я вооружился бумажным полотном. Дальше всё пошло по накатанной, как когда-то в студенчестве в общаге, с одной разницей: паук был раз в десять больше привычного и вазон – с половину моего роста.

Проделав нехилую комбинацию действий, уже через три минуты я гулял по замку с огромным сосудом и пытался найти хоть кого-то. Курятник оказался воистину гигантским. Руки даже слегка устали нести массивную керамику, пока я гулял по пустынным коридорам. На каждом новом повороте складывалось ощущение, что я уже видел эту картину на стене, этот фонарь и эту роспись с карпами. Замок будто издевался надо мной, закручивая коридоры в спирали лабиринта Минотавра. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что оставлять хлебные крошки, как Гензель и Гретель, было бы неплохой идеей. Хотя, учитывая местных пауков, они бы эти крошки и слопали.

Внезапно нос уловил аппетитный запах. Поворот коридора – и я очутился в просторном помещении, полном пара и шума. На контрасте с тишиной замка оно оказалось удивительно оживлённым. Кокку Аянэ суетилась у открытого огня, что-то варила в одинаковых миниатюрных кастрюльках и одновременно шинковала морковь так быстро, как не снилось поварам мишленовских ресторанов. В воздухе терпко пахло имбирём, соевым соусом, чем-то рыбным и чем-то жареным, от чего желудок болезненно сжался, напоминая, что его давно не кормили.

Во второй части помещения стоял низкий длинный стол, на котором уже были расставлены аккуратные маленькие чашки с рисом, тарелки с сушёной рыбой, миски с супом и какими-то зелёными водорослями. Знакомая банда из четырёх детей сидела на циновках и активно обсуждала предстоящий день.

– Чем займёмся сегодня? – Юми была сама непосредственность.

– Хочу в деревню сбегать. Говорят, там во-о-от такие слизни завелись. – Рём развел руки до ширины плеч. Сём закивал, а Теон фыркнул.

– Вот и я говорю, что ерундой они занимаются. А между прочим, слухи недавно ходили, что на восточном берегу острова камни светились, – задумчиво протянула девочка, ковыряя палочками содержимое пиалы.

– Это там, где Мёртвые души десять лет назад прорыв устраивали? – Близнецы широко распахнули глаза.

– Возможно, не стоит туда соваться, – заговорил Теон, чем меня, несомненно, порадовал. Правда, потом добавил: – Для такого похода надо хорошо подготовиться и всё разведать. Да и вдруг кто-то из погибших воинов обидится, что мы туда пришли без подношений?

– А кто первым обидится, когда я вас всех за уши перетаскаю? – прервал я беседу этих вредителей.

Все четверо резко замолчали. Сём застыл с открытым ртом, Рём попытался спрятаться за миской с рисом, Юми затаила дыхание, а Теон медленно поднял взгляд и уставился на меня, не меняя выражения лица.

– Эм… Ивэнь-сан! – Сём первым пришёл в себя и быстро спрятал за спину деревянные палочки, словно я застукал их за ограблением банка, а не за поглощением завтрака. – Вы проснулись! Какая неожиданность!

Судя по всеобщей реакции, моё появление на кухне и впрямь стало неожиданностью.

– Доброе утро, господин Ивэнь… – голос Аянэ донёсся от плиты, но тут же его прервал звонкий лязг упавшего ножа.

Я перевёл взгляд на пожилую женщину, которая замерла, словно время вокруг неё остановилось. Глаза повара расширились, а губы чуть приоткрылись в немом удивлении.

Отлично, Вань. Ввалился на чужую территорию без приглашения, с гигантской вазой, судя по всему, какой-то древней династии, словно это было самое естественное утро в её жизни.

Я очнулся и пристроил вазон на край стола.

– М-м-м… я тут пришёл с пушистиком в гости. Не знаю, куда его деть. Госпожа Аянэ, вы не можете помочь… деть его куда-нибудь? Не знаю, как у вас водится.

Взгляд кокку переместился на предмет в моих руках и стал вопросительным.

– Пушистик?

– Видимо, кто-то на ночь окна не закрывает. Заполз. Это паук такой мохнатый, красно-коричневый.

– Красно-коричневый? – Голос пожилой женщины опустился до подозрительно хриплого шёпота. Она укоризненно посмотрела на детей: – А если бы он укусил? Вы об этом подумали?!

– Мы его обкурили благовониями, он должен был спать… и охранять Ивэня, – произнесла Юми неожиданно виноватым тоном.

«Значит, и это детская проделка, – подумал со вздохом. – Похоже, чьи-то попы вообще не в курсе, что такое ремень».

– Господин Ивэнь, дайте мне вазу. Я отпущу паука. – Аянэ вытерла ладони о подол платья и потянулась к сосуду, который я, как дурак, таскал с собой последние полчаса по замку. На этот раз я отодвинул вазу.

– А вам точно нормально? Справитесь?

– Да, конечно. У меня есть… опыт, – произнесла женщина и взглянула так, что откуда-то пришло понимание: она точно справится.

Я молча уступил паука, придерживая пергамент сверху горлышка, и, когда кокку вышла из кухни, грозно посмотрел на детей.

– Вы думаете, это было смешно?

– Да, очень забавно. – Юми неожиданно улыбнулась. – Аянэ уронила нож! С ней такого никогда не случалось! Она никогда не видела голых мужчин. – И уставилась на меня изучающе.

Тьфу, блин. Я думал, дело в вазе!

Ах да, об этом.

– И кто стащил мою футболку? А главное, зачем?

Мальчишки хмуро переглянулись, а улыбка Юми слегка потухла.

– Так… я взяла. У неё